Сёстры-Близнецы. Том I

XX ПРЕДЛОЖЕНИЕ МАРКИЗА ДЕ ЛА ВЬЕВИЛЯ

На политическом небосклоне поднималась звезда кардинала Ришелье, но 1 января 1624 года первым министром был назначен месье де Ла Вьевиль. Он принялся за формирование кабинета министров и справедливо опасаясь Ришелье, не включил его в списки. Королева-мать отказалась входить в совет, где нет её протеже. 

– Вы представить себе не можете, что управление казной он разделил между четырьмя дармоедами! – восклицал Бассомпьер, находясь в гостях у сестёр, где присутствовали ещё три дамы и столько же кавалеров.

– И что же из этого будет? – спросила одна из дам.

– Ничего хорошего, – ответила Вероника, – Подобное разделение власти показывает всю слабость Ла Вьевиля и его министерства. Это неизбежно приведёт к увеличению бумажной волокиты и неразберихи, если…

– Что, если? – спросил один из дворян.

– Если это не способ брать взятки.

– По крайне мере королева-мать напоминает разъярённую львицу. – вставила своё слово Луиза де Конти. – Министр боится её и то влияние, которое она оказывает на царственного сына. Ришелье её любовник, вот она и хочет его протолкнуть, как можно выше.

– Но надо всё же признать, что кардинал куда более умен, чем эта ходячая бездарность. – заметил Рауль.

– И стихи он неплохо пишет и говорит красиво, не то, что некоторые. – сказала Аврора.

– Согласен, – заметил герцог де Монморанси. – Я рад мадемуазель, что наши мнения в этом вопросе сходятся. С кардиналом есть о чём поговорить, с Ла Вьевиля не о чем, лишь о соколиной охоте. Иногда, это начинает утомлять.

– Говорят, что англичане хотят заключить брак принца Уэльского Карла с мадам Руаяль. – сообщил новость маркиз де Бассомпьер.

– Не думаю, что его умение лазить через высокие заборы, поможет ему покорить сердце нашей принцессы, – усмехнулась мадам де Конти, тонко намекая на случай в Испании, после которого принц был вынужден отправиться домой.

А случай состоял в следующем: в 1623 году принц Уэльский Карл с Бекингемом поехали в Испанию договариваться о женитьбе на испанской инфанте. Переговоры зашли в тупик и верный друг принца граф Бекингем, дабы развеять его скуку, решил помочь поскорее увидеть принцессу. Однажды, когда инфанта Мария Анна прогуливалась в саду за высокой стеной в обществе своих дуэний, Карл при помощи своего закадычного друга взобрался на стену и оказался в саду, тем самым вызвав страшный переполох, но принц был очарован Марией Анной. В итоге старый испанский гранд, в обязанности которого входило следить за неприкосновенностью инфанты попросил выйти его, правда уже через дверь, но этот случай получил огласку, переговоры были сорваны и Карл ни с чем возвратился в Англию.

– Мы не испанцы. И слава богу, не держим наших принцесс взаперти. –сказал Рауль, с нежностью посмотрев на Веронику.

Все вспомнили как принц и его компаньон проезжали через Париж, когда ехали в Испанию в прошлом году. Правда они ехали инкогнито, что, однако не помещало им быть принятыми при дворе Людовика XIII.

– Если этот брак случится он будет многим выгоден, но сейчас не до этого, самим бы удержаться на плаву. – сказал маркиз де Бассомпьер.

Где-то в одиннадцать часов все разошлись, остались только Рауль и Вероника, Аврора тактично оставила влюблённых наедине.

Вероника стояла около окна и смотрела на Рауля, а тот не мог оторвать от неё восхищённый взгляд и у обоих на лицах появилась улыбка.

– Почему ты так красива? – спросил Рауль. – Это безумие. Я хотел бы быть с тобой всегда.

– Это твоя любовь Рауль, – Вероника села рядом и взглянула на него, – это она делает меня безумно красивой.

Рауль трепетно провёл рукой по её щеке, а затем с такой же нежностью её поцеловал в губы.

– Тем тяжелее мне будет без тебя, Вероника. – с грустью сказал он.

Вероника с огромным удивлением посмотрела на него.

– Объяснись.

– Мы весь вечер говорили о де Ла Вьевиле, знаешь, он снаряжает экспедицию.

Удивлённое выражение лица Вероники сменилось на испуганное. Она всё поняла и спросила:

– Куда?

– В Германию, с маркизом де Мареско. Напомнить немецким князьям о нашем существовании.

– Но война же…

– Вот поэтому я там и нужен, чтобы охранять господина посла. 

Вероника встала и беспокойно прошлась по комнате.

– Знаешь, Вероника, мне самому не нравиться эта затея. Что-то мне подсказывает, что это бесполезно. Но я солдат…

– Но ты мог бы от этого отказаться? –отчаянно спросила Вероника.

– Нет, – Рауль иронично усмехнулся, – Ла Вьевиль предложил королю эту экспедицию, король поддержал. Приказ королевский, поэтому отказаться невозможно.

Вероника стояла около окна, и пыталась переварить услышанную новость, она находилась в трансе и лишь водила пальцами по стеклу.

– Вероника… – позвал её Рауль. – Вероника… – Рауль подошёл сзади и 
обнял. – Не молчи, прошу.

Она повернулась к нему, её глаза выражали отчаянье и решимость. Она заговорила.