Сёстры-Близнецы. Том I

XXV СВАДЬБА

Восемнадцатого августа Ришелье возглавил королевский совет. На этот раз официально, его министерство получило от короля полномочия на долгий срок. И хотя король не питал к Ришелье должного доверия, считая его человеком маршала д'Анкра, он чувствовал, что кардинал единственный, кто сможет помочь ему в управлении Францией.

А двадцатого августа Аврора встретилась с ним в коридорах Лувра.

– Поздравляю вас, господин первый министр, – сказала она, присев перед ним в реверансе. – Теперь у вас будет ни мало врагов, но я верю в вас. Вы нужны этой стране.

Он хитро улыбнулся, предложил руку и повёл по галерее.

– Я хочу быть благодарным, – сказал он. – Господь дал мне этот шанс, и я ему благодарен, так же как и тем людям, которые помогали мне, в том числе и вы. Что я могу для вас сделать?

–Не стоит Ваше Высокопреосвященство, – ответила Аврора – у меня всё есть, и я счастлива.

– Счастливы? – спросил Ришелье.

– Да, знаете у меня есть повод для радости.

– Ваша сестра выходит замуж. Я думаю, она счастлива не меньше вас.

– Думаю да. Хотя знаете, у меня к вам будет одна нестандартная просьба господин кардинал и я хочу обговорить её с вами наедине.

– Даже так? – удивился Ришелье. – Ну что ж, пойдёмте.

Когда Ришелье услышал просьбу, он очень удивился.

– Как это освободить крестьян, которые работают на вашей ферме от налогов на полгода? Мадемуазель должна быть в курсе, что крестьяне обязаны платить Габель и Талью.

– Я помню о них, ваше преосвященство. И могу заверить, что налоги исправно выплачиваются. И я прошу вас их не отменить, а ввести послабления.

– Но чем вы объясните такую необходимость?

– Я хочу попробовать новое производство, а что бы это сделать нужны вложения. Так как, доход от всех деревень практически уходит к сборщикам налогов, а мне достаётся лишь пять процентов от владения, то я не могу в полной мере вкладывать в производство.

– Вы занимаетесь коммерцией? – ещё более удивлённо просил он.

– С чего вы это взяли? Нет, это не коммерция, работают мои крестьяне. А я лишь помогаю им, если они об этом меня просят.

– И какое же у вас производство?

– Белошвейное. А дело обстоит вот так, ко мне в деревню из Лиона приехала одна очень интересная женщина – белошвейка. Так вот, благодаря ей, мы обучили искусству рукоделия десять наиболее способных девушек, – она подняла рукав, – эти рукава их работа. А наши аристократы очень любят тонкое бельё и вышивку. В том, числе и Вы.

Ришелье, как ценитель, посмотрел ткань.

– Я вижу, что это очень хорошая работа. Посмотрю, что могу сделать для вас. Вы Аврора очень красивая женщина и видеть вас одинокой просто ужасно. Было бы прекрасно, если бы вы стали моей. Вы не пожалеете! Скажите, что согласны быть моей.

Аврора поддалась напору первого министра. Она не хотела, терять дружбу Ришелье,

тому же любовником он действительно оказался хорошим.

– В ваших объятиях можно растаять и вознестись до небес. Неужели вас не смущает совершенный вами грех?

– Грех можно всегда отмолить. Наверное, я не удивлю вас, если скажу, что Вы всегда возбуждали меня. Не забывайте, что я не только кардинал, но и ещё человек, со своими слабостями. Но прошу вас, оставить нашу связь в тайне от всех.

– Конечно, ваше преосвященство, – деловито сказала Аврора. – Не проживайте, я умею молчать. 

Все последние дни Вероника испытывала страх перед свадьбой. Но особенно сильно её раздражала Луиза, та была недовольна выбором брата и из всех сил старалась расстроить свадьбу.

– Нет, вы только подумайте тётя. Эта Вероника потеряла совесть и поддалась на уговоры гвардейца, который спас от рук того слуги, где они уединились, что делали, никто не знает, но я точно уверенна, что этот брак, до добра не доведёт.

– А что за история? – спросила графиня Роморартен.

– Это случилось, когда Рауль был в германских княжествах. В тот день Вероника была в Лувре и когда она вышла из дворца, её схватил какой-то слуга, такой неприятный, рослый детина. Она даже не сопротивлялась! К ней на помощь кинулись два гвардейца. И после того, как они ей помогли, она естественно их отблагодарила.

– То есть ты хочешь сказать, что мадемуазель Радзивилл-Долгорукая изменила моему племяннику, а он про это не знает?

– Вот именно.

В этот момент вошёл Рауль. Шарлотта взглянула на племянника.

– А где Вероника? Все эти дни вы вместе, а сегодня ты один.

– Она пошла к портному на примерку, – ответил Рауль. – Её платье практически готово.

– Я думаю она будет прекрасной невестой, – ехидно заметила Луиза.

– Рауль, а ты доверяешь Веронике? – следом спросила Шарлотта.

– Так же как и себе, – ответил Рауль, – она ни разу меня не подводила, – он взял с тарелки яблоко.

Но озабоченные лица тёти и сестры насторожили его.

– Что у вас происходит? К чему эти вопросы?

– Рауль, я плохо знаю Веронику, но ты точно уверен, что она твоя? Ты не делишь её с другим мужчиной? – напрямую спросила Шарлотта племянника.

Лицо Рауля стало удивлённым.

– С чего вы взяли, что я делю её с другим мужчиной?

– Мне Луиза рассказала историю, о том, что когда ты находился в посольстве, в Лувре случился инцидент …

– Конечно знаю! – воскликнул Рауль, не дослушав графиню. – Мне Вероника рассказала, как всё было. Это всего лишь недоразумение, а тех гвардейцев я похвалил за храбрость и благородство. Такие поступки нужно поощрять.

Видя, что все её старания рассыпаются в пух и прах Луиза встала, наклонилась к брату и прошептала на ухо:

– Она обманет тебя. 

Вероника сидела в гостиной, она только что вернулась с примерки платья.

– Оно прекрасно. Платье привезут вечером перед свадьбой, и ты сможешь увидеть его во всём великолепии, - сказала Вероника сестре.

– Во всём великолепии я увижу его только на тебе, – с улыбкой ответила Аврора. – Даже не вериться, что осталось каких-то два дня.