Сёстры по крови и лжи

Глава 1. Смерть без слёз

Линн Беллвуд научила меня троим вещам.

Первое: если тебя бьют — бей в ответ, но так, чтобы нападавший не понял, откуда прилетело. Второе: настоящая магия не в заклинаниях, а в умении исчезнуть, когда на тебя смотрят. Третье: никогда, слышишь, Мира, никогда не доверяй мужчинам в мантиях с золотыми нашивками.

Она не успела добавить четвёртое: что делать, когда эти самые мужчины в мантиях скидывают её с башни, а потом называют смерть «несчастным случаем во время практики полётов».

Четыре месяца. Четыре месяца я жила с этим «несчастным случаем».

И каждую ночь видела одно и то же: Линн стоит на парапете, её рыжие волосы треплет ветер, а в глазах — не страх, а удивление. Будто она не верила, что мир может быть настолько подлым.

— Мира, — говорила она во сне. — Не приходи за мной. Живи.

Но я не умела жить без неё. И не собиралась учиться.

***

Четырнадцатое сентября. День, когда я перестала быть Мирой Беллвуд — воровкой-карманницей, подбирающей объедки на кухне трактира «Кривой Клык». И стала кое-чем похуже.

Я сидела на корточках возле могилы сестры. Кладбище при храме Святой Тернии — бедняцкое, заросшее сорняками. Надгробие Линн — деревянный крест, который я сама сколотила из досок от ящика из-под рыбы. Надпись кривая, выжжена гвоздём:

Линн Беллвуд. 19 лет. Её убили за правду, но похоронили как дуру.

— Это я дура, — прошептала я, прижимаясь лбом к холодной земле. — Сказала же: не ходи в эту академию. Ты меня не слушала.

Земля молчала. Она всегда молчит.

Я достала из кармана потрёпанное письмо — последнее письмо Линн, отправленное за день до смерти. Клочок пергамента, пропитанный слезами и чернилами:

«Мира, я в беде. Ректор Хейз и его племянник Дориан… они обвинили меня в краже „Ока Азатота“. Артефакт нашли в моей комнате. Но я не брала! Это подстава. Если со мной что-то случится — не верь ни одному их слову. Они убивают правду. Твоя Линн».

Три раза я ходила в магистрат. Три раза меня вышвыривали, как бездомную кошку. Последний раз стражник — здоровенный детина с блестящей лысиной — сказал: «Слушай, мелкая, твоя сестра была воровкой и наркоманкой. Отвянь. Иначе посадим и тебя».

Я не отвязалась.

Я выкрала из магистрата дело Линн. Семь страниц фальшивых показаний, три поддельные подписи свидетелей и одна фраза, которую я запомнила навсегда: «Подозреваемая Беллвуд, находясь в состоянии магического опьянения, выпрыгнула из окна башни без разрешения».

Она не прыгала. Линн боялась высоты. Даже на стул за пыльной книгой не залезала.

Я свернула письмо в трубочку, сунула в карман и поднялась. Колени дрожали, но это была не слабость. Это была ярость — такая чистая и холодная, что пальцы сами собой сжались в кулаки.

— Клянусь, — сказала я могиле. — Я вырву их имена из истории. Сотру их репутации в пыль. Ректор Хейз. Дориан Хейз. Элиан Фрост. Маркус Вейн. Они будут умолять о смерти. А я им улыбнусь.

Тишина.

А потом из-за креста выскользнула тень.