Сетбол нашей любви

Глава 1

Ближе к вечеру мне пришло вот такое сообщение с неизвестного номера.

<неизвестный номер>

Привет, новенькая. Роуз дала твой номер чтобы я помог тебе в проекте по физике, в котором мы с тобой теперь работаем в паре. Завтра покажу то, что я уже успел сделать.

Следом пришло еще одно:

Надеюсь, мы с тобой сработаемся.

Я вспомнила ту мрачную морду Теранса и поежилась. Интересно, он меня придушит, если из-за него научный проект выйдет не таким, как он ожидает? Я не знала, что ему ответить, так что поставила на его сообщения реакции «палец вверх» и вернулась к сочинению по литературе. Лучше написать его сразу, чем тратить время потом. Потом мне казалось слишком пугающим и неизвестным из-за совместного проекта по физике.

***

Еще на подходе к ступеням школы я увидела грозно возвышающегося одноклассника. Помня заверения Роуз, что Улльсон Теренс только с виду грозен и страшен, я подошла к нему и посмотрела на него, чуть запрокинув голову назад. Он кивнул в знак приветствия и начал рыться в сумке. Наконец он достал несколько ксерокопированных листков и протянул мне. Я взяла их и бегло просмотрела – там аккуратным убористым почерком были записаны основные тезисы их совместной научной работы и схемы будущего генератора электромагнитных волн. Даже сейчас было ясно, что работы будет много...

– И ты бы делал все это один? – я не удержалась от вопроса.

Теренс кивнул. Я кивнула в ответ и засунула листки к себе в тетрадь по физике. Повисла неловкая пауза и я перекатилась с носка на пятку.

– Ну, тогда я пойду? У меня сейчас по расписанию французский. Или у тебя тоже? – неуверенно проговорила я.

Теренс опять молча кивнул и вы отправились вместе к кабинету французского.

Второй день в новой школе прошел без происшествий. Роуз, как обычно, болтала без умолку, она даже не спросила как проходит налаживание контакта с молчаливым и грозным Улльсоном. Видимо, считает, что ничего не может пойти с ним не так. Я тоже подуспокоилась, грозная внешность Теренса уже не вызывала такого животного страха. Но сложно как-то начать общаться с парнем, у которого будто ограниченное количество слов на день, и он лишний раз не открывает рот, кроме как ответить на уроке по делу.

После уроков я пошла в библиотеку, разрыв в программе по точным наукам стал настолько очевидным, что игнорировать его было нельзя. Я зарылась в учебник по математике, но физику оставила на потом. Быть может, башковитый Теренс во время подготовки подтянет?

В библиотеке я просидела почти до закрытия, а потом потащилась домой пешком. Идти было не так далеко, так что выпрашивать машину не видела смысла. Возни с ней было больше.

Около девяти вечера пришло сообщение от Теренса:

Завтра у меня нет тренировки и мы сможем поработать в библиотеке.

Тренировки? Отличная зацепка, которая поможет поболтать с ним подольше. Люди же с готовностью рассказывают о своих увлечениях?

Я спросила, каким видом спорта он занимается.

Пришел лаконичный ответ:

Волейболом.

Конечно, текстовые сообщения не могут с точностью передать интонацию, которую вкладывал человек, но мне показалось, он ответил едва ли не раздраженно. Все его сообщение для меня сквозило аурой «не лезь ко мне с расспросами». Писать какую-то банальщину типа «ого, этот вид спорта тебе подходит, ведь ты такой высокий» я не решилась, как и давить дальше, разводя Теренса на разговор. Я опять поставила реакцию на его сообщение и отложила телефон.

Ну, завтра будет тяжелый день, нужно хорошенько выспаться. С этими мыслями я быстро занырнула под одеяло и отрубилась.

Сегодня в расписании были почти одни гуманитарные науки, и Теренса была не видать. Я направилась прямо к библиотеке, и уже в начале коридора увидела его рослую фигуру, стоящую у двери. Он копался в телефоне, так что я подходя негромко кашлянула, привлекая к себе внимание.

Теренс кивнул в знак приветствия и пропустил меня первой в библиотеку, распахнув дверь.

Нет, так точно дело не пойдет! Не могу, не могу вообще работать с человеком, который слова лишнего не говорит. Надо попытаться зайти на разговор еще раз. Я нервно потерла кончик носа и бросила осторожный взгляд на его профиль.

– Давно в волейбол играешь? – Я решила прощупать то, о чем он сам говорил вчера.

Теренс скосил на меня взгляд и кивнул. Такая реакция вновь сбила с мысли.

– Я слышала, что в нашей школе достаточно сильная команда, но команде все не выйти за пределы игр в штате... – продолжила развивать мысль я.

Он опять кивнул.

– Думаю, с таким мощным игроком как ты, в этом году все обязательно получится! – улыбнулась я.

Теренс бросил на меня очень серьезный взгляд, и я мгновенно сникла. Видимо, ерунду сказала... Энтузиазм к разговорам окончательно улетучился, и я умолкла.

Он занял один из немногих свободных столов прямо у стеллажей библиотеки и начал доставать из сумки нужные книги. Я осторожно присела на соседний стул и огляделась – по сравнению с прошлой школой читальный зал тут был раза в два больше. Из-за того, что занятый нами стол был рядом с проходом и мимо нас то и дело проходили другие старшеклассники. Я понадеялась, что сможешь сосредоточиться.

Я почувствовала легкое прикосновение к плечу и вздрогнула. Теренс коснулся меня, чтобы привлечь внимание. И… Мне это не показалось противным или чем-то, что нарушает мои личные границы. Я улыбнулась ему и придвинулась к столу.

– Извини, отвлеклась.

Я неловко побарабанила пальцами по столу.

– С чего начнем?

Теренс еще мгновение собирался с мыслями, а потом заговорил:

– Тебе больше по душе теория или практика?

– Уточни.

– Я предлагаю разделить наш проект на части. Кто-то будет собирать генератор электромагнитных волн, а кто-то займется теоретической частью и описанием опытов. Мы будем помогать друг другу, что бы ты не выбрала, но из-за тренировок у меня на неделе свободны только два вечера.