Северные Ведьмы.

Глава 4. Сделка.

Окна публичного дома светились мягким оранжевым светом в темноте осеннего вечера, из приоткрытых форточек лилась музыка и смех. Заведение досуга госпожи Эльзиель пользовалось популярностью у богатых горожан. Бывшая куртизанка знала: для того, чтобы хорошо зарабатывать, нужны самые лучшие девочки. Она лично отбирала каждую претендентку на работу, бесцеремонно заглядывала в их сокровенные места, с холодным расчётом дельца прикидывала сколько каждая может принести, как быстро сломается.

Госпожа Эльзиель любила себя, деньги и ощущение бесконечного праздника, ей нравилась ночная жизнь. Её истасканное лицо, покрытое слоем косметики, в свете ночных ламп выглядело ещё красивым, время от времени, постояльцы в пьяном кутеже принимали её за девочку, она смеялась, била веером по рукам и изображала оскорблённую добродетель. Госпожа была не прочь провести время с мужчиной, но тело подводило, обрюзгшее от алкоголя и жирной пищи, оно больше не ласкало мужской взгляд, получив пару раз грубые комментарии по поводу своего внешнего вида, госпожа Эльзиель завязала с клиентами, сосредоточившись на работе девочек. Красота молодых куртизанок вызывала в ней жгучую зависть, своими чёрными щупальцами она прочно засела в сердце и мозгу. Попавших к ней в сети красоток, ждала самая тяжелая работа, женщина эксплуатировала их не щадя, подкладывая под самых отъявленных негодяев и жестоких клиентов. Чтобы забыться от своих несчастий, девушки прибегали к алкоголю, и буквально через год такой жизни, свежесть с их лица исчезала, появлялся дьявольский блеск в глазах, невинная, нежная красота заменялась на демонстративную сексуальность.

Часть девушек сходили с ума и кончали жизнь самоубийством, часть спивалась, проводя свои дни на улицах, отдаваясь первому встречному за стакан выпивки, других поджидали болезни внутренних органов или инфекции. Несмотря на всё это, в желающих поступить на службу не было отбоя. Наивных дурочек манила лёгкость и роскошь беспутной жизни. Они с завистью смотрели на наряды известных куртизанок, на их кареты, богато обставленные дома, но это был лишь красивый фасад, за ширмой которого кипел котёл страстей, сжигающий и развращающий души. Некоторые думали, что всегда смогут остановиться, выйти из адского клуба, откроют свой салон и будут на старости жить в своё удовольствие богато и уважаемо, как госпожа Эльзиель, но она была пока одна, кому это удалось, а в доме удовольствий побывало сотни девушек.

Сегодня хозяйке заведения было тоскливо на душе, она проверила работу своего детища и, сославшись на важные дела, ушла к себе в комнаты, находящиеся в отдельном крыле здания, куда вёл незаметный проход по узкому коридору. У входа стояла охрана, два высоких амбала с непроницаемыми лицами, госпожа заботилась о них, хорошо платила, прощала шалости, взамен рассчитывая на их защиту.

Зайдя к себе в комнату, она закрыла дверь на плотный засов, госпожа Эльзиель понимала, что преданность жалкая валюта, размениваемая легко и почти за бесценок.

- Я так скучал. – неожиданно прошептал мужской голос над её ухом, крепкие руки обвили талию.

- А, это ты, негодник. – Эльзиель сделала слабую попытку вырваться, затем прижалась спиной к груди мужчины.

- Конечно, я так давно не видел своего ангела, не пил нектар нежных губ. – мужчина развернул её к себе и поцеловал, сначала нежно, потом всё более страстно.

Из груди женщины вырвался стон желания.

- Любимая, я готов накинуться на тебя и замучить ласками, но я с дороги, голодный, как сотня рабов, может быть, ты меня сначала накормишь, а я тебя так отблагодарю, что ты будешь умолять меня о пощаде. – на этих словах он ущипнул её за ягодицу, не сильно, так как ему помешали юбки платья, но Эльзиель при этом взвизгнула, как будто ей было больно. Она чувствовала себя кокетливой девушкой, молодой, желанной, для того чтобы сильнее себя убедить в этом, она произнесла, специально меняя голос, слегка пискляво:

- Дишан, какой же ты грубиян.

- Какой есть. – мужчина ещё раз её поцеловал.

- Оставайся тут и не бедокурь, я принесу тебе еды.

- И вина.

- Жди.

Госпожа Эльзиель, сияя от счастья, упорхнула за едой и напитком для своего гостя. Дишан в это время осмотрелся, комната была обставлено роскошно, но в ней было грязно: заляпанные столы следами пролитого вина, полинявшая от прикосновения грязных рук обивка стульев, разбросанные вещи, несвежее бельё на широкой постели, неаккуратно брошенные платья горой высились на бельевом сундуке.

Мужчина был неприхотлив, его мало беспокоил беспорядок и несвежие простыни. Вот уже несколько месяцев, как он охотится за статуэткой, спать ему, где только не приходилось.

Он с удовольствием растянулся на широкой кровати во весь рост, не снимая сапог. Телу было непривычно мягко и удобно, через несколько минут его храп разливался по всей комнате.

Госпожа Эльзиель вернулась через пол часа с подносом, на котором в серебряной тарелке дышало паром тушеное мясо с овощами, рядом лежал ломоть хлеба и сыра, в широком кармане юбок, плескалась бутылка южного вина, она знала, что её гость особенно любил этот сорт. Женщина поставила поднос на стол, смахнув при этом с него пару чулок.

- Просыпайся и ешь, мне некогда тут с тобой рассиживаться. – привычный деловой тон вернулся к ней.

Дишан моментально открыл глаза, притянул Эльзиель к себе.

- Пожалуй, начну с десерта. – сказал он, целуя её плечо.