Северные Ведьмы.

Глава 24 Начальник стражи

Тронный зал наводнил гул, создаваемый, многочисленной толпой приглашённых на торжественную церемонию назначения — Начальника стражи. Все сходили с ума от любопытства, почему не было турнира, кто такой этот молодой человек, почему именно он, на сколько они близки с Чесим Ахитой, что их связывает и ещё много других вопросов на которых ни у кого не было ответа, только сплетни и предположения, одно другого пикантнее.

Авиадна сидела на своём троне, с каменным лицом и с застывшей приветственной улыбкой. Ей начал надоедать церемониал, сопровождающий каждое событие в её жизни. Больше всего она сейчас хотела, оказаться один на один со своим Начальником стражи, чтобы допросить несчастного идиота, почему на его руке отсутствует палец.

Ведьма была абсолютно уверена в том, что Дишану не по силам, быть владельцем Шёпота Ледяной Души, но этот неуч, всегда умудрялся оказываться в гуще событий, зачастую прямым виновником, которых и являлся.

Кольцо с кристаллом приятно холодило голую кожу груди, она чувствовала его острые края под одеждой.

Для торжественного мероприятия Авиадна выбрала платье с высоким воротом, который полностью закрывал шею. Следы от синяков полностью сошли за пару дней, благодаря использованию заклинания исцеления, любезно подсказанного внутренним голосом. Дворцовый лекарь был в полном восторге от своего средства, девушка не стала огорчать его подробностями, целиком переложив своё чудесное выздоровление на его заслуги.

Сегодня ей хотелось быть максимально закрытой, холодной и внимательной. Среди приглашённых мог находиться, настоящий хозяин кольца, истинный враг, в дела которого девушка совершенно случайно вмешалась, забрала игрушку и при этом нанесла увечье телу.

Внутренний голос, обычно такой назойливый, ехидный, ироничный тоже сосредоточенно молчал. Авиадна чувствовала, что где-то там в глубине подсознания он искал заклинание, которое могло бы чем-то помочь. Девушка понимала, как затруднительна данная ситуация, потому что она на виду, а противник в тени, действовать ему проще и безопасней.

Все её попытки узнать от слуг, не были ли им известны несчастные случаи в дни полнолуния, сопровождающиеся потерей пальца, приводили только к одному пострадавшему — Дишану.

Авиадна поняла, любое событие происходящее в замке и его окрестностях, тут же обрастает такой грудой нелепых подробностей, что полностью теряется любой смысл расспросов.

Ей оставалось только ждать момента, когда они останутся один на один и она сама, лично, с пристрастием, при этой мысли она еле сдержала мстительную улыбку, допросит этого дурака.

Согласно порядку церемонии, сначала надлежало представить Начальника Стражи Совету, после придворным и другим стражникам, потом он должен торжественно присягнуть в верности королевству, а в самом конце, когда все придворные покинут зал, он должен присягнуть на верность Чесим Ахите на священном огне, его при помощи магии должна разжечь Авиадна, в широкой золотой чаше, покрытой древними рунами. Чаша стояла на тумбе посреди зала, каждый присутствующий с интересом и священным трепетом разглядывал её.

Ничего удивительного, поскольку чаше приписывалось свойство тут же убивать намертво неверного и лживого клятвопреступника, но девушка в этом сомневалась, она прочитала руны и по смыслу поняла, если намерения, дающего клятву верности не чисты, она способна поменять цвет пламени, видимой только для Чесим Ахиты.

Ей стало смешно при мысли о чистых намерениях Дишана, она предполагала, что во время произнесения им клятв верности, бедная чаша расколется.

Девушка чуть не фыркнула от смеха, но смогла сдержаться.

Наконец, все кто были приглашены на церемонию, явились. Толпа гостей растянулась по бокам зала открывая проход для Дишана к золотой чаше. Для церемонии ему за три дня пошили костюм из тёмной плотной ткани, с вышитой эмблемой на груди в виде золотой короны и щита. К костюму прилагался плащ с меховой опушкой и глубоким капюшоном. Обут он был в высокие чёрные сапоги, начищенные до блеска.

На его лице расплывалась торжественная улыбка, ему очень нравилось, что он нарядный и привлекает общее внимание. Его забинтованная правая рука лежала на эфесе шпаги, украшенной драгоценными камнями.

«Надо проследить, чтобы он их не отковырял, тебе же позориться» — посоветовал внутренний голос.

Девушка слегка встрепенулась от неожиданности, она так глубоко ушла в свои размышления, что внезапное вмешательство внутреннего голоса, испугало её.

— Приветствую вас уважаемая Чесим Ахита и блистательные жители города — начал церемонейстер, это почётная миссия выпала на долю представителя рыбной артели Лауку. Его обветренное, худое лицо выглядело забавным среди холёных придворных.

— Здесь и сейчас мы приветствуем нового Начальника стражи, для нашей великолепной королевы. Прошу вас господин Дишан, подойдите ко мне.

Тот повиновался, делая шаг, он старался вытягивать ногу, на солдатский манер, но понятия не имел, как это делать, поэтому походка выглядела слегка карикатурной. Все с недоумением уставились на Дишана, но тот из-за своей самовлюбленности, совершенно ничего не заметил.

Дошагав до Лаука, Дишан замер, ожидая следующих команд.

— Как ваша фамилия, достойный воин? — обратился к нему Глава рыбной артели.

Дишан на секунду смутился, и растерянно посмотрел по сторонам, в поисках подсказки, но тут его глаза озорно сверкнули и тот выпалил:

— Пантес!

У Авиадны приподнялась одна бровь в изумлении, она усилием воли вернула её на место и опять приняла, невозмутимый, отстранённый вид.

«Хорошо женишок, ничего не сказать, у него хоть что-то настоящее есть?» — возмутился внутренний голос.

«А что, мне очень нравится его новая фамилия, теперь он с ней никогда не расстанется, я уж позабочусь».

Теперь, когда ведьма располагала памятью Смока, ей не стоило большого труда распознать, что Дишан использовал части слов, южного наречия, популярного среди разбойничьей среды, чтобы составить из них комбинацию так, что фамилия его переводилась, как «Ледяная жопа» или «Обмороженная жопа». Тонкости перевода она решила оставить без внимания.