Северный мир 2. Падение

Глава 36. Откровение Богов

Валид стоял перед образами Богов, которые молча внимали ему.

― За что вы так поступили со мной? ― обратился он к ним, не стесняясь своего негодования.

― Ты должен был понять, что не все события в жизни можно изменить, ― услышал Валид в ответ.

― Зачем тогда я жил по вашим наказам?

― Ты исправил деяния своих предков и заложил хорошую основу для грядущих жизней, ― сказали ему.

― Зачем мне другая жизнь, если в этой я дважды потерял самых дорогих сердцу людей? ― в душевной муке проговорил мужчина.

― Ты думаешь только о себе, ― прозвучало в ответ, ― и не хочешь признавать, что у каждого человека своя судьба. Жизнь Желаны и ваших сыновей не зависит от тебя и даже полностью не зависит от них самих. Лишь малая часть того, что влияет на человеческую судьбу, видна здесь и сейчас.

― Если им суждено было вновь погибнуть, зачем вы дали мне возможность побыть с ними? ― спросил Валид.

― А разве не об этом ты молил столько солнц? ― услышал он слова. ― Просил хоть раз прикоснуться к жене, обнять её, сказать, как она лю́ба для тебя. Вновь увидеть ваших сыновей… Разве не этого ты хотел?

― Но я не знал, что мне предстоит вновь потерять их, ― тихо сказал мужчина.

― Ты должен был понять неизбежность некоторых поворотов судьбы. И постоянство других…

Валид смотрел на фигуры Богов перед ним, пытаясь понять, о чём они хотят сказать последней фразой.

― Идя по этой нити судьбы, ― продолжил голос, ― после пожара на площади ты бы вернулся в своё селение, но не смог продолжать жить в доме, где ещё недавно был счастлив с Желаной. Ты бы ушёл подальше от людей, поселился в лесу, и селяне со временем сочли бы тебя колдуном, потому что не понимали, как ты живёшь один в глуши и боялись тебя. И много солнц спустя Родослава бы пришла к тебе, спасаясь бегством от несправедливости селян, и вы так же бы потеряли двух своих сыновей. Потому что твой Род не может пока иметь наследников. Устав от потери детей, ты бы своей жертвой спас мать Млады. И Явь осталась прежней.

Мужчина внимательно слушал и не верил, что все его усилия прошли напрасно. Увидев объятые пламенем повозки, он потерял веру.

― Значит, всё бесполезно, и люди бессильны перед своей судьбой? ― спросил он.

― Человеку дано достаточно сил, чтобы полотно его судьбы имело разный узор, и лишь некоторые события неотвратимы. Для их изменения требуются усилия не одного, а многих людей его Рода, и если все они будут действовать сообща, то могут избежать многого, ― прозвучали слова, и образы начали таять.

Валид вдруг ощутил себя на холодной земле. После жара пламени, рядом с которым он пребывал долгое время, это было необычно. Оглянувшись, мужчина увидел вокруг себя каменные валуны и тропы между ними. Осознав, что он вновь находится в лабиринте, понял, что вернулся в тело волка.

Встать сразу не получилось: привыкнув ходить прямо, он пытался сделать так же, но волк опирался на четыре лапы. Его мучила жажда. Тело зверя не имело возможности носить при себе ёмкость с водой, как это делал Ведмурд, ходя по лабиринту.

Валид вновь опустился на землю. Он не знал, сколько времени прошло с момента его вступления на каменный путь. Поэтому не мог определить степень истощения тела волка. Потом собрал все свои силы и, сделав несколько неуверенных шагов, за ближайшим поворотом наткнулся на источник, что бил из-под земли.

Прильнув к воде, он почувствовал, как влага наполняет его измученное тело. Но больше всего на свете хотел, чтобы эта вода оказалась на площади, где стояла его повозка, и он успел залить ею полыхнувшее пламя.

Из обрывков разговоров, что он слышал, мечась между повозками, понял, что огонь начался совсем рядом с его родными: полыхнула соседняя повозка. В ней были люди, что впервые купили у торговцев специальные травы, которые надо воскуривать на углях. Вероятно, они принесли горячие угли из ближайшего костра в свою повозку. Как так случилось, что они их не затушили, было неизвестно.

Мужчина вспомнил, что именно эта повозка привлекла его внимание, когда он уходил к источнику набрать студёной воды. Как он корил и винил себя за то, что не обратил на это внимания. Да и гибель родных всё ещё отзывалась нестерпимой болью. Несмотря на всё, что он услышал от Богов, смириться с этим было очень сложно.

Бредя по каменному пути, Валид не понимал, зачем его вернули в Явь. После того как он вновь был среди людей в теле человека, имел возможность обнимать своих родных, жить и чувствовать их, вернуться в волчью шкуру было наказанием, как и повторная потеря близких. На его шее будто висел камень, который тянул к земле. В лапах не было сил. Сознание металось между воспоминаниями и действительностью.

Он оглядывался по сторонам, размышляя о том, на каком камне можно остаться навсегда, разбежавшись и ударившись об него.

Смысла выходить из лабиринта Валид не видел. Продолжать свою жизнь в теле волка и надеяться на грядущее казалось нелепым после того, что он увидел и прожил за последнее время.

«Сколько времени я находился в прошлом? ― думал он. ― И был ли я там? Или это лишь морок, позволивший увидеть то, что я хотел?»

Ответов на эти вопросы не было.

А путь продолжался. Спирали начали заворачиваться в другую сторону, и Валид почувствовал, как меняется пространство вокруг него. От размеренной, спокойной обстановки, в которой он совсем недавно жил со своей семьёй, не осталось и следа.

Вокруг кружилась тьма. Она душила и сжимала. Не давала дышать. Давила сверху, мешая контролировать своё тело. Не давала посмотреть вверх. Только под ноги. Только на землю. Думать получалось лишь о своём следующем шаге.

Пытаясь стряхнуть налетевшие ощущения, Валид остановился. Но стоять было ещё тяжелее. Дорога неумолимо влекла вперёд, не разрешая остановиться и задуматься. И даже будучи сильным и тренированным животным, способным преодолевать огромные расстояния, волку было тяжело двигаться в таком темпе.