Северный мир 3. Пробуждение

Глава 14. Отъезд княжича

Лебедяне было неспокойно. Как только она увидела статного воина на пороге своего дома, поняла, что прошлое мужа навсегда пришло в их жизнь. То прошлое, о котором она ничего не знала. Ратислав никогда не рассказывал о своей семье и о том, кем был и где жил до ратного похода с князем. Спрашивать сама она боялась.

Из обрывков фраз, что доносились до неё из разговора мужчин, она решила, что они оба ― приближённые старого князя. Говорили они о дружине, о сопредельных землях, о княжне молодой.

«Какой муж у меня знатный, ― думала Лебедяна, ― не просто так знахарка говорила, всё сбылось. Только счастья мне от этого никакого. Если знатен Ратислав, то может и жену вторую взять, равную себе. А я с сыновьями куда?»

Тяжело было на сердце от этих дум. А взгляд мужа с каждым днём становился суровее, зрело в нём решение сложное; чувствовало это сердце женское, да сделать ничего не могло.

Демид с Доброславом несколько дней собирали мужчин в охотничий отряд. Много добрых молодцев было на этой земле. И каждый стремился поехать, как только узнавал, что не только охоте, но и ратному делу будет посвящён поход.

Сначала Демид планировал брать с собой только сыновей Перуна, но, видя, что другие мужчины тоже хотят обучаться мастерству воина, решил объединить отряды.

Мощь и сила, проявляемые воинами огня при инициации, поднимали дух и веру других бойцов. Они видели, что сами Боги поддерживают их.

Старейшины селения, будучи людьми нового князя, удивлялись такому потоку желающих. И начинали что-то подозревать. Но Демид сказал им, что общался с самим Великим Магом и получил у него разрешение на большую охоту и пожелание привезти побольше шкур крупных зверей, так как дружина князя расширяется.

― А мой брат остался служить князю, ― продолжал воин, ― так что у вас нет повода сомневаться в моих намерениях. Если вы не верите мне, то можете сами узнать в расположении дружины.

Желающих подвергнуть сомнениям слова Демида не оказалось. Некоторые даже спрашивали, как устроиться в дружину князя, так как были наслышаны о жаловании воина. И мужчины, двумя отрядами по десять человек, отправились на охоту.

Вместе с ними отправился и Ратислав. Он решил уйти с мужчинами, чтобы не было вопросов, куда он направляется. Жене сказал, что уходит служить князю и останется в расположении дружины.

― Ладо мой, останься, ― просила Лебедяна, ― жили мы без княжеского жалования и дальше проживём. Куда ты меня одну с пятью детьми оставляешь? Как я мальчиков одна подниму? Ни одного старшего мужчины в роду рядом нет. Кто в сыновьях воинский дух воспитает? Кто их доблести научит?

― Я вернусь, ― обещал княжич, ― за тобой и сыновьями. А пока я должен ехать, от этого зависит моя судьба. И наших сыновей тоже.

Лебедяна не могла оторваться от мужа, рыдая на его плече. Проклинала тот день, когда перестала давать Ратиславу зелье, что морок на его разум наводило. Забыла она уже о том, что в какой-то момент тело мужа перестало переваривать отраву, и он чуть не ушёл в мир Нави.

Утром мужчины отбыли. Женщина не знала, когда вновь увидит лю́бого, но чувствовала, что вернётся он совсем другим человеком.

Тёмный колдун стоял перед князем. Тот был разгневан волнениями, происходящими в Северных землях.

― Поместники сообщают мне о недовольных, что одолевают их своими требованиями отдать часть уплаченной дани, ― с досадой говорил князь.

― В это солнце урожай был малым, частые дожди не дали вызреть росткам. Люди понимают, что у них не хватит запасов до весны, ― ответил колдун.

Он не стал говорить князю, что сам напустил ненастья на Северные земли. И теперь недовольство селян помогало ему исполнить договор с приспешниками Нави, которые питались людскими страданиями.

― Что с этим делать? Я не могу раздать зерно обратно, нам надо кормить дружинников и прислужников, ― сказал князь.

― Можно пообещать, что все, кто будет жить спокойно, получат весной мешок зерна для посева, ― предложил старик.

― Где мы его возьмём?

― Захватим соседние земли, ― продолжал колдун, ― не зря же ты держишь такую многочисленную дружину. Засиделись воины в гридницах. Хотят размять руки сильные, почувствовать свист ветра в ушах, скача на врага чужеземного.

― И кого ты предлагаешь завоевать? ― спросил князь. ― Мы все земли, до которых дотянуться могли, уже прибрали. На остальных сильные князья сидят. Не отдадут свои земли просто. А с сильными у нас не получится тягаться.

― А мы их хитростью возьмём, ― объяснил старик, ― есть у нас сопредельное государство, оно со старым князем в родстве состояло. Да на помощь ему прийти не успело, вовремя я к ним с другой стороны врагов подослал.

Князь заинтересованно посмотрел на колдуна.

― Продолжай, ― сказал он.

― Слышал я, что горюют они до сих пор о дочери своей, на нашей земле сгинувшей. Отомстить хотят, да боятся пока, ― отвечал старик. ― А мы с ними вот как поступим. Я зашлю к ним вроде как наших противников, что хотят тебя свергнуть. Они донесут сопредельному князю, что дочь его жива, и наследника им пообещаем, будто в здравии он. Да только в плену мать с сыном, освободить их надобно. Они на нас походом пойдут, захотят врасплох застать, а мы их на подступах встретим, как старого князя, в ловушку заманим. А когда большую часть дружинников положим, так и земли их себе заберём.

Князь удовлетворённо кивнул головой.

― Хороший план, ― сказал он, ― хитрый. Не теряешь ты хватку. А что с настоящей княжной? Нашли её? Столько солнц ищем, а она как сквозь землю провалилась.

― Не видно Цветаны в Яви, не могу нащупать её. Скрывают её чары великие, два Рода могучих хранят её и наследника. Но чувствую, что скоро она появится. Наследник уже в возраст вступает, захотят ему вернуть земли, на этом и раскроются.

― Следи хорошо, чтобы удара в спину не случилось, пока мои воины на чужой земле воевать будут.

Колдун кивнул.

Доброслав доехал вместе с охотничьим отрядом до первой развилки. Старался держаться позади всех, чтобы незаметно свернуть в сторону, когда другие мужчины устремятся к лесу. Так и вышло: скоро он остался один посреди дороги. Оглянулся ― вокруг ни души, лишь золотистые деревья качаются на ветру, сбрасывая свои ажурные одежды и укрывая ими землю, как покрывалом.