Северный мир 3. Пробуждение

Глава 25. Темница

Тёмный колдун устремил свой взгляд в сопредельные земли. Происходящее там ему не нравилось. Его посланники давно должны были вернуться, ведя с собой войско местного князя, но всё не могли выступить. А тем временем запасы зерна на Северных землях таяли. Засевать землю было нечем, только если возвращать селянам собранное в качестве дани. Но делать этого князь не хотел. Его кладовые были закрыты для простого люда.

Но больше всего колдуна раздражало даже не это, а изменения, которые начали происходить с амулетами на груди его собственных воинов. Ему было всё труднее наполнять талисманы своими посланиями и управлять через них дружинниками.

«Кто-то вмешивается в моё колдовство, сбивает его, сводит с камней, ― думал Великий Маг, ― только я не знаю ни одного колдуна или волхва, кому бы это было под силу. Влияние моих помощников из мира Нави так велико, что сбить их волю невозможно для смертного. Неужели Боги против меня? Или кто-то проникает на мою территорию и вносит смуту в умы дружинников?»

Ответов на это у колдуна не было, и он принялся творить своё тёмное колдовство, чтобы вновь наполнить им талисманы воинов.

Белозар уже две Луны не видел Велиславу. Воевода запретил дружинникам покидать гридницы.

Это вызвало недовольство среди воинов. Они давно привыкли к расслабленной жизни, когда служба легка, жена близко, а столкновение с врагами далеко.

― Времена изменились, ― сказал воевода, ― князь дал наказ держать дружину наготове, теперь в любой момент выступить можем. Так что отлучки из гридниц недопустимы. Враг на подступах к нашей земле.

― А кто на нас идёт? ― спросил кто-то из воинов.

― Князь сопредельной стороны, где солнце в два раза жарче, чем у нас.

Белозар с удивлением слушал воеводу. Он знал, что Цветана из тех мест, но не мог поверить, что её родные решили завоевать Северные земли. Выяснить у Демида, не является ли это частью плана, он не мог, так как брат уже давно не появлялся в городе. Глубокий снежный покров мешал охоте, а значит, и новых шкур не было.

Ещё сын Перуна жалел, что не отправил жену к своим родным. Живя под одной крышей с Демидом и Младой, Велислава была бы в безопасности, в отличие от пребывания в чужом ей городе, среди посторонних людей. В крайней близости от князя и колдуна. Но сделать воин уже ничего не мог. Ему оставалось надеяться на благоразумие жены, которая ближе ко времени появления наследника вернётся в родное селение.

Невозможность выбраться к Велиславе оборачивалась для него ещё и необходимостью постоянно носить амулет, так как снять его было возможно только вдали от колдуна. И Белозар всё больше подпадал под влияние талисмана.

Со временем он начал замечать косые взгляды дружинников. Особенно тех, с кем он ездил усмирять восстание. Далибор говорил ему, что окружающие подозревают в Белозаре не простого воина, и это вызывает напряжение.

Сам же сын Перуна метался между разрывающими его чувствами. Он помнил долг и честь, о которых говорил ему отец, но вместе с этим внутри себя ощущал разрастающиеся гордыню и тщеславие. Корней их он не мог найти, но понимал, что чужеродны они ему. А они пускали ростки внутри него и набирали силу. Он уже мог повысить голос на равного себе или отчитать новичка.

Воевода, которого колдун попросил не трогать Белозара, делал вид, что не обращает на это внимания, хотя не понимал, почему Великий Маг содействует нарушению дисциплины. Но, привыкнув не перечить колдуну, наблюдал со стороны за тем, что происходит. Видел, как благородный воин превращается в заносчивого и злого.

В какой-то момент Белозар начал ловить себя на том, что ощущает превосходство над окружающими его воинами и проявляет неуважение к ним. Считает, что их простая, человеческая сила ничтожна по сравнению с поясом Бога внутри него.

Но вовремя остановился и понял, что сейчас ничем не отличается от Боремира, который уже поплатился за свою гордыню.

Воин зло схватил свой талисман, сдавил его в руке и порвал тесёмку, на которой он висел на его груди. Та упала на землю, оставив камень в руке воина. Мужчина с ненавистью посмотрел на него: именно от этой безжизненной тверди к нему текли негативные мысли и стремления.

Бросив амулет на землю, Белозар принялся его топтать, пытаясь стереть его в пыль. Дружинники смотрели на него с изумлением.

― Амулет ― символ воина, ― сказал один из них, ― уничтожая его, ты отказываешься от клятвы верности и становишься предателем.

― Если я продолжу носить его, то предам себя, ― был ответ.

Воевода смотрел на происходящее с интересом. Он давно заметил, что не все воины способны долго носить талисман, плохо им от него. Но не потому, что предатели, наоборот: потому что верны своей земле и чувствуют исходящее от камня дурное влияние колдуна.

Седовласый воин не любил ни его, ни нового князя и незаметно для них старался оберегать таких, как Белозар. Чувствовал, что скоро они пригодятся. Но сейчас он должен быть вмешаться и проявить твёрдость, иначе реагировать на поругание символа дружинника было нельзя.

― Ты перешёл границу, ― сказал он, обращаясь к Белозару, ― и понесёшь наказание. Темница давно пустует. Посидишь там до новой Луны, а дальше посмотрим, как быть с тобой.

Далибор проводил друга тревожным взглядом. Он знал, что немногие возвращались из той темницы. Время, проводимое в темноте, голоде и холоде, многих сводило с ума. Также говорили, что Великий Маг имеет власть над тем местом и искушает воинов, сидящих там.

Белозар всего этого не знал, он шёл, радуясь, что грудь его свободна от амулета. И значит, и от калечащих его душу посланий колдуна.

В темнице было сыро. Оставшись один, воин начал обдумывать произошедшее с ним и понял, что сделал это неслучайно. Он должен был оказаться здесь. Что-то важное было рядом с его темницей, и его привели сюда не козни колдуна, а рука отца.

Белозар будто услышал его дыхание за своей спиной и тихий голос:

― Ночью обследуй подземные ходы.