Северный мир 3. Пробуждение

Глава 34. Последнее зло колдуна

Велислава шла вслед за колдуном, опираясь на руку прислужницы, сопровождающей их. Молодой женщине казалось, что Великий Маг ― единственный человек, который заботится о ней; о встрече с мужем она не помнила. Это всё было действием морока.

Троица спустилась в подземелье. Запах сырости ударил молодой женщине в нос, это немного будто бы привело её в чувство: взглянув вокруг себя, она ужаснулась тому, где оказалась. Страх обуял её душу, но успокоительный туман в голове пока был сильнее. Она продолжила двигаться туда, куда её вела провожатая.

Колдун уверенно шёл вперёд. Он исполнился уверенности, что сможет передвинуть камни с помощью силы Велиславы. Даже если она не переживёт проявление огня, то расчистит ему проход, и он сможет спасти свою жизнь.

На развилке в центре подземелья Маг остановился. Вдали, на выходе, который был проходим, слышался гул битвы. Прислужница хотела повернуть в ту сторону, но колдун указал ей направление вглубь подземелья. Женщина не посмела ослушаться, хотя её очень пугал выбранный путь. Двигались медленно, так как быстро идти Велислава не могла даже под мороком колдуна.

Через некоторое время путники достигли своей цели. В стене виднелся небольшой проход, ведущий в сторону от того, по которому они только что шли. Колдун кивнул головой, и женщины свернули в этот ход.

Чем больше они шли, чем чётче Велислава воспринимала происходящее, морок стал терять над ней свою силу, а вот шевеление детей в животе было всё сильнее. Малыши толкались и будто хотели что-то сказать матери, но она не понимала их послания. Зато всё чётче ощущала, что сейчас будет решаться её судьба. Она вспомнила, что только что видела мужа, и он остался сражаться с приспешниками Нави. Забыв о себе, она просила Богов дать Белозару силы победить тьму, что нападала на него.

Ноги Велиславы начали подкашиваться. Прислужница больше не могла вести её, поскольку сама была слаба. В подземелье не хватало воздуха, из-за чего обеим женщинам было тяжело дышать.

Наконец колдун остановился.

В свете факела Велислава рассмотрела впереди завал из камней. Она даже обрадовалась ему: поскольку пути дальше не было, она могла отдохнуть. Опустившись на ближайший камень, она тяжело вздохнула. Воздуха не хватало. Сыновья в животе неистово толкались, причиняя ей боль.

Колдун осматривал камни. Он водил руками по их поверхности, пытаясь понять, какой заговор лежит на них. Бормоча себе под нос разные строки, он чувствовал, что всё не то.

― Подойди сюда, ― сказал он сидящей рядом Велиславе.

Та с недоумением посмотрела на него.

Колдун взял её руки и приложил к одному из камней. Будто удар пронзил ладони женщины. Он вскрикнула и отпрянула назад. Символ на камне стал более заметен: он будто светился изнутри. Теперь Маг мог прочитать его.

― Отлично, ― сказал колдун, ― ты активируешь камни, а я соберу их воедино.

― Нет, я не буду, ― еле слышно ответила женщина, ― это причиняет мне боль, я долго не выдержу.

― Это неважно, ― равнодушно ответил старик, ― главное, чтобы мы разобрали туннель. Моя жизнь важнее твоей и даже твоих сыновей. Я готов отказаться от идеи поработить свет, лишь бы выбраться отсюда. В тереме уже очень много магии, и мне не выйти незамеченным сынами Перуна. Поэтому мой единственный путь спасения ― здесь.

Белозар стоял перед лицом приспешников Нави. Никогда в жизни ему не выпадало сражаться с потусторонними силами.

Они наступали на него со всех сторон, проявляясь лишь странными звуками, холодом и мурашками, которые пробегали по коже от приближения неупокоенных душ. Биться с ними, как с обычными воинами, было нельзя. Тьма была неосязаема, лишь угадывалась в виде теней, что давал мерцающий свет факелов. И боролись они не как воины, а как предатели, порождая в душе сына Перуна разные воспоминания, приносящие боль. Именно через подавление воли действовали они, пытаясь подловить воина, уничтожить его веру и надежду ― и этим сделать его бессильным против них, неспособным защищать Правь.

Перед глазами Белозара проплывали картины юности, ранний уход матери, беспросветное горе, окутавшее их с братьями после этого.

«Где были твои Боги, когда позволили забрать её у детей? ― шептала тьма. ― Разве любящие покровители так поступают? Разве хорошо детям расти без женской ласки?»

Воин сбрасывал с себя морок, что ложился на него вслед за этими словами, но приспешники тьмы продолжали одолевать его разум. Они разворачивали перед ним картину со свадебным огнём, который не принял их с Цветаной союз.

«Разве благосклонные Боги мешают счастью своих детей?» ― вопрошали создания тьмы.

Потом Белозару показали жену, которая брела в тёмном подземелье: «Почему твои покровители не защитили Велиславу и своих сыновей? Разве дети не достойны этого?»

Негодование уже поднималось в душе воина, его вновь накрывало чувство обиды, которое он испытал, когда ему пришлось отказаться от своей любви к Цветане по решению Богов. Но вид Велиславы, бредущей по каменному туннелю, вернул его волю.

«Мои покровители дали мне силу, ― сказал он приспешникам Нави, вившимся вокруг него, ― и этого достаточно, чтобы победить вас».

Невиданной силы огонь появился вокруг него. Стены и камни раскалились от жара, окутавшего их.

Порождения тьмы издали жуткий вопль; холод, извергаемый ими, пытался погасить пламя, но оказался бессилен перед чистой душой и верой. Приспешники тьмы, оставленные колдуном для борьбы с Белозаром, пали, упокоенные навсегда силой его огня.

Немного придя в себя, воин кинулся в погоню за колдуном. Его напарник, с которым они были в келье, лежал без сил и не мог пойти в подземелье. Сын Перуна один бросился выручать жену.

Спустившись в подземелье, он быстро прошёл уже знакомой тропой и свернул в заваленный камнями ход. В видении, которое ему показали служители тьмы, пытаясь сбить с толку, он узнал рядом с Велиславой камни, на которые были нанесены символы. Он помнил, что они находятся в боковом ходе, заканчивающимся тупиком. Зачем колдун повёл туда его жену, Белозар не знал.