Северный мир 4. Посвящение

Глава 15. Помощь Млады

Тем временем я вернулась из покоев Лебедяны, оставив маленькую княжну на попечении Цветаны. Я надеялась найти утешение в объятьях мужа, рассказать ему о том, что второй жены Доброслава больше нет, выплакать свою боль на его плече. Но меня встретило пустое помещение.

«Почему он так долго отсутствует?» ― удивилась я.

И ещё больше забеспокоилась, увидев, что Рады тоже нет, она-то точно должна была вернуться. Но в детской спали лишь мои сыновья, заботливо уложенные прислужницами.

Я вышла во двор. Окинула взглядом окружающий меня мир и, как учила меня бабушка, представила его прозрачным, будто все предметы были из одинаковой тонкой материи, без границ и форм. И сама стала такой же. Это давало мне возможность видеть то, что открыто высокому дереву, и слышать то, что говорят люди за стенами.

Спросив, где задержалась моя дочь, я увидела её лежащей на чём-то жёстком в темноте, а снаружи раздавался скрип повозки и топот коней. Лицо Рады ничего не выражало: казалось, она отсутствует в этом мире и не понимает, что с ней происходит.

«Её похитили? ― не веря своему видению, подумала я. ― Этого не может быть. Рада была вместе с княжичем, Светозар никогда бы не отдал её. Да и Демид был рядом. Неужели они могли упустить мою девочку?»

В ушах всё ещё отдавался шум быстро едущей повозки, подтверждая правдивость видения. Я внимательно посмотрела на дочь: она была в забытьи. И это был не сон, а специально наведённый морок.

Выбежав во внешний двор терема, я начала искать, кто мог бы отвезти меня в город. Мне надо было поговорить с Демидом, рассказать ему то, что я видела.

― Приготовьте мне повозку! ― крикнула я ближайшему прислужнику.

Он с удивлением посмотрел на меня. Я провела в тереме не так много времени, и меня мало кто знал. А не обладая титулом и публичным признанием княжеской четы, я не имела права давать указания. Поэтому мужчина не торопился выполнять мою просьбу.

― Что вы хотите? ― услышала я голос из-за спины.

Ко мне подошёл воин, которого я как-то видела с Демидом. Скорее всего, он узнал меня и решил помочь.

― Мне надо в город к мужу, ― ответила я.

― Давайте я съезжу за ним, ― предложил дружинник.

― Нет, мне надо лично передать ему очень важную весть, ― проговорила я, ― могли бы вы сопроводить меня?

Я попросила это, глядя на хмельных князей и их свиту, стоящих неподалёку. Заметил это и воин.

― Хорошо, я поеду с вами, ― согласился он.

Мне подали повозку, а дружинник поехал рядом верхом.

― Куда путь держим? ― прозвучал вопрос.

― На главную площадь, где сегодня был праздник, ― ответила я, пытаясь настроиться на эмоции мужа и увидеть мир его глазами.

Так я могла бы определить, что находится вокруг него и указать вознице, куда нам ехать.

Но соединиться с сознанием Демида у меня не получилось. Видимо, он был очень встревожен и не чувствовал моих мысленных прикосновений, на которые обычно откликался.

Начинало смеркаться. Летние вечера в это время хоть и долгие, но неизменно переходят в сумерки. Подъехав к площади, где недавно закончилось гуляние, я была неприятно удивлена тем, как грязно и неуютно здесь стало.

На земле лежали остатки еды, осколки кувшинов и блюд. Хмельные селяне громко разговаривали, некоторые ругались. Те, кто были «в себе», уже ушли. Остались лишь те, которых я всегда опасалась. Среди них тенью мелькали прислужницы, пытающиеся убрать уцелевшую кухонную утварь. Оценив происходящее, мой сопровождающий сказал:

― Вам здесь небезопасно, и лучше не показываться из повозки.

Я согласилась и закрыла глаза, пытаясь почувствовать след мужа. Аккуратно отогнув полог, я осмотрелась вокруг. Мой взгляд упал на хозяйственные постройки, которые использовались во время праздника в качестве поварен.

― Нам туда, ― сказала я дружиннику, и он дал указание вознице.

Мы подъехали к строениям. Там было многолюдно. Селяне просили прислужниц дать им остатки еды, но у тех не было такого указания. Наверное, Цветана забыла отдать его. Поэтому работающие на празднике женщины сопротивлялись и пытались разогнать просящих.

― Отдайте им пищу, ― громко сказала я, выходя из повозки.

Люди уставились на меня.

― Я ― названая сестра нашей княгини, ― продолжала я, беря на себя ответственность за происходящее, ― вы видели меня во время праздника на возвышении, рядом с князьями. Я разрешаю отдать остатки пира тем, кто пожелает взять. И вы сами можете вдоволь поесть.

Прислужницы расступились, и народ хлынул к приготовленным блюдам.

― Скажите мне, ― продолжала я, ― не было ли здесь знатных воинов? Которую искали девицу, подобную княжне? Или, может, вы сами её видели?

― Спрашивали уже у нас, ― ответила одна из женщин, ― приходил княжич с рослым воином, мы сказали, что здесь девицы не было, но проходила она мимо с приезжей прислужницей в её помещения.

С этими словами мне показали направление, куда ушёл Демид и где до него побывала Рада. Мой охранник собрался сопроводить меня туда, но это было уже не надо. Стоя там, где недавно прошли мои родные, я чётко чувствовала след мужа и дочери. Только шли они в разных направлениях. Находясь здесь, я вновь попробовала соединиться с сознанием Демида

― Ладо мой, ― обратилась я мысленно к нему, ― услышь меня.

Где-то далеко он остановился и прислушался ко мне.

― Ты скачешь не туда, ― продолжала я, ― Радамилу увезли в повозке к южным воротам города. Она уже миновала их и едет в беспамятстве дальше. Вокруг нашей дочери чужие люди. До ближайшего селения по этой дороге им полдня пути. Но её везут не туда, скоро поворот будет в сторону сопредельного княжества. Их путь лежит туда. По злой воле чужеземца везут её. Прошу тебя, настигни их, спаси нашу дочь от поругания.

На моих глазах выступили слёзы. Я ясно почувствовала недозволенные вне брака желания вокруг Рады. И шли они от влиятельного мо́лодца, который намеревался забрать себе честь моей дочери, не считаясь ни с чем.