Северный мир 4. Посвящение

Глава 18. Сердце отца

В какой-то момент острая молния пронзила Демида. Так бывало, когда недалеко от него проходила инициация воина Перуна.

Демид удивлённо прислушался к своим ощущениям и потянулся вниманием к тому человеку, от которого исходил пробуждённый огонь. Он увидел хрупкую фигуру с огненными браслетами на руках. Воин провёл множество посвящений, но никогда не видел, чтобы пояс Перуна загорался на запястьях человека: такое было впервые. Да и ощущения при инициации воинов были другие, здесь же чувствовалась изначальная мягкость вместе с твёрдостью духа.

Демид внимательно изучил своё видение и понял, что это его дочь познала силу Перуна. О таком ему приходилось слышать только в былинах.

Просмотрев направление, куда двигался пробуждённый огонь, Демид понял, что Рада всё больше отдаляется от него. Он чувствовал её смятение, страх и боль ― но вместе с ними решимость и готовность бороться до конца.

― Я знаю, где моя дочь! ― крикнул он своим соратникам.

Те остановились и с удивлением посмотрели на него. В их глазах был немой вопрос.

― Она пробудила в себе огонь Перуна, и я могу отследить её передвижение, ― пояснил Демид.

― Разве женщинам доступна эта сила? ― поражённо спросил Вышеслав.

― Да, мой дед говорил, что некоторые дочери нашего рода обладали этим даром, но давно это было, да и девочки в наших семьях рождаются редко, ― ответил сын огня.

― Рада сама по себе ― редкий цветок, а теперь ещё и огненный, ― проговорил Светозар. ― Где нам её найти?

― Моя дочь удаляется от дороги, по которой мы едем. В темноте она не может найти нужное направление, ей кажется, что она спешит нам навстречу, но это не так. Надеюсь, что почувствует нас и повернёт в нужную сторону. А нам надо оставить коней и пробираться за ней через лес: на дороге мы её не настигнем. Мы должны спешить. Не знаю, как Радамиле удалось сбежать, но думаю, похитители организуют погоню.

Всадники спешились, привязали лошадей и, взяв факелы, пошли в темноту леса.

Тем временем к шатру Тихобора приблизилась женщина, которая опутала Раду паутиной. Сердце прислужницы было неспокойно. Княжич был ей, как сын. Она растила его с самого рождения и сейчас чувствовала, что теряет. Нить его жизни ещё никогда не была такой тонкой.

На входе стояли двое охранников. Они весело переговаривались, поедая пищу, которую им принесли другие прислужницы. А изнутри шатра уже шёл запах смерти. Пришедшая не могла его ни с чем спутать его. Она кинулась вперёд, но воины перекрыли путь своими кинжалами.

― Княжич сказал никого не пускать, он сам справится с пленницей, ― проговорил один из них, ― или ты хочешь помочь Тихобору в укрощении девицы?

Они сально рассмеялась.

― Пустите меня, глупцы, ― проговорила она, ― неужели вы не чувствуете? Палёным пахнет.

― Это наши соратники жгут костры и жарят мясо, ― отмахнулись от неё воины.

― Вы не слышали подозрительных звуков из шатра?

― Нет, ничего особенного не было, ― пожал плечами воин, ― недавно была слышна борьба, видать, девица оказалась строптивой. Потом начались хрипы, значит, завалил княжич непокорную.

Мужчины рассмеялись.

― Я всё же проверю, как бы беды не было, ― сказала женщина и вновь шагнула вперёд, уперевшись в кинжалы. ― Пустите меня, увижу, что с Тихобором всё хорошо, и выйду.

Охранники переглянулись и пропустили её. А через мгновение услышали жуткий крик. Ворвавшись в шатёр вслед за прислужницей, они увидели обугленное тело Тихобора и занявшиеся огнём противоположные боковины шатра.

Около тела княжича на коленях стояла рыдающая прислужница. Она пыталась оживить его, но всё было тщетно.

Один из воинов выбежал наружу и протрубил в горн, пока другой пытался потушить разгорающийся пожар. Дружинники, услышав звук сбора, вскочили со своих мест.

― Княжича погубила чужеземная девица! ― прокричал охранник, чувствуя свою вину за то, что не уберёг правителя. ― Она не могла уйти далеко. Берите факелы, настигнем беглянку и предадим страшной казни за нашего Тихобора.

Воины схватили оружие и факелы и двинулись прочёсывать лес.

Радамила, успевшая немного отойти от стоянки, тоже слышала звук горна. Она поняла, что нашли тело Тихобора, а сейчас идут за ней. В это же время ей показалось, что надо изменить направление движения: так ей виделось послание отца.

Лес был густой с часто поваленными деревьями. Перебираться через них было очень трудно. Это замедляло движение девицы. Радамила уже слышала позади себя шум погони.

За её спиной мелькали огни, воины перекрикивались, направляя друг друга. Девице было страшно представить, как люди княжича отыграются за гибель правителя.

Она побежала с удвоенной силой. Некогда красивые ленты цеплялись за торчащие ветви и лапы ёлок, за кусты и низко растущие деревья.

«Только бы успеть добраться до отца», ― думала она.

Пробираясь сквозь заросли леса, Рада чувствовала себя затравленным зверем, которого окружают. Её ноги путались в подоле длинного платья, дыхание сбилось. Страх подкатывал внутренней тошнотой. Ладони с содранными пузырями от ожогов сильно болели, не позволяя ей хвататься руками за ветви и помогать себе в движении.

Сердце гулко стучало. Радамила только сейчас начала осознавать, в какой переплёт она попала. Раньше она думала, что главное ― вырваться из плена и добраться до своих. Но не предполагала, что сожжёт чужеземного княжича своей проснувшейся силой.

«Это ведь может привести к новому противостоянию, ― мелькало в её голове. ― Северные земли только что отпраздновали воцарение мира, а я опять привела на них врагов. У моего похитителя есть отец, не знаю, какими землями он правит, но гибель сына вряд ли простит. Может, мне лучше остаться здесь, сдаться преследователям и отвести беду от своего края?»

Она чуть замедлила свой бег, не зная, как поступить. Но оглянувшись назад и увидев мелькающие между деревьев факелы, вновь услышав крики преследователей, поняла, что будет защищать себя до последнего вздоха и не сдастся им живой.