Северянка. Наследница холодных земель

Глава 9

Глава 9

Руки и ноги налились тяжестью, а тело кололо мелкими иголками. Озноб расплылся по телу, и я обняла себя, пытаясь согреться.

Чьи-то руки отбросили волосы от моего лица, а тяжелая ладонь легла на мой лоб.

– Шан сай! (савронское наречие), – где-то вдалеке пробасил мужской голос.

– Только не это? – повторила негромко.

– Но ладж мо (не бросай меня), – прошептала одними губами.

Мне все время казалось, что моё тело окунали в жерло вулкана, а потом бросали в сугроб и снег накрывал пеленой.

В темной дымке расплывались лица людей. Маркиз де Сайнтел хмуро уставился взглядом с укором. Белла, прикрыв рот обеими руками, качающая головой на прощание. Мой младший брат Артур, которого я крепко обняла на прощание. Дилара, закрывающая двери перед моим лицом. Неясные образы расплывались призрачной дымкой и собирались в фигуру высокой женщины, пепельные волосы которой развевал ветер. Глаза сияющего неба и чистая улыбка, от которой становилось легче.

– Мама, – я протянула руки, чтобы дотронуться до нее.

Ладонь была теплой и я со всей силы, что была в моих руках, ухватилась за неё.

– Ты теперь не уйдешь?

Мама улыбалась и гладила мои волосы.

***

Я с трудом открыла тяжелые веки. В укрытии было тепло. Я лежала, укрытая несколькими плащами, прижатая к обнаженному торсу мужчины, грудь которого поднималась в такт мерному дыханию.

В этих объятиях по необыкновенному было уютно. Непривычно… Но настолько хорошо, что я испугалась.

Ох…

Я дотронулась до прочной ткани на груди и спустилась до бедра, где заканчивался край этого одеяния. Из одежды на мне широкая рубаха… И точно не моя. Голова гудела, а дыхание было тяжелым и прерывистым.

– Очнулась? – от низкого мужского голоса вздрогнула.

– Что случилось, Лэйдон? – с трудом выдавила несколько слов. В горле пекло, словно там раскаленный песок, собранный с берега моря.

– Лихорадка и простуда. Ты заболела, Эми, – коротко пояснил Лэйдон и осторожно спустил руки с моей талии. – Кто-то не выдержал натиска северных ветров.

– Я осталась в одном кизете на морозе, который разорвали на части, – я вспомнила, как чужие мужские руки рвали на мне одежду. От воспоминания передернула плечами.

– Когда мы поедем в Саврон? – слова произносить было тяжело. Внутри все скручивало до болевых спазмов.

– Мы застряли на несколько дней, – Лэйдон поднялся и подошел к очагу.

Высокая фигура сложена превосходно. Широкие плечи, литые мышцы освещал огонь очага, бросая пляшущие блики на Лэйдона. Я предполагала, что под слоями одежды мужчина выглядит великолепно и не ошиблась…

Не отрывая взгляда, скользила по рельефным мышцам плеч и груди, плоскому животу. И в таком расслабленном состоянии в мужчине чувствовалась сила. Не грубая, скорее волевая и созидательная.

Лэйдон присел у очага и подбросил кусочки торфа в огонь.

– Я уже хорошо себя чувствую, – я присела, подтягивая плащ к подбородку.

– Ты еще не окрепла, и тебя едва хватит на пару часов, – возразил Лэйдон, повернув голову ко мне. – Не меньше двух дней придется задержаться в укрытии. А там посмотрим по твоему самочувствию.

Мда… Судьба начала чинить препятствия, как только на горизонте замаячил Саврон. Но я чувствую, что тело налито тяжестью, и я с трудом могу даже пошевелиться. Дышать тяжело, словно на груди груда камней, а укрытие слегка кружиться вместе с её хозяином.

У меня два дня, чтобы восстановиться…

Лэйдон взял в руки железную миску и подошел вплотную.

– Что это? – спросила, разглядывая бело-серую массу в посудине. – Это нужно съесть?

Я поморщила нос.

– Это нужно втереть в тело, – от ответа Лэйдона закашляла.

– Топленый жир с отваром из джиджи – лучшее средство от простуды. Я второй день втираю мазь, и если на немного тебе стало лучше, это ничего не значит. Сними рубаху и повернись спиной, – твердым тоном дал указание Лэйдон.

Оу…

Брови поползли вверх, но я расстегнула пуговицы широкой рубахи и повернулась спиной. На спину легли мужские руки, растирая серую массу от лопаток до поясницы.

Каждое уверенное прикосновение рождало столько откликов в моем теле и голове, что на краткие мгновения пока мужские руки чертили узоры на спине, забыла о том, что я умудрилась заболеть.

– Грудь разотрешь сама, – Лэйдон остановился и поднялся с постели.

– Грудь? – я поднял глаза, прижимая рубаху к подбородку.

Спина приятно пекла от массы, что втёр Лэйдон. Мужчина достал широкий кизет черного цвета и набросил на обнаженный торс.

– А когда я… Ммм… Была без сознания? – от понимания, что Лэйдон видел меня обнаженной по пояс, смутила так, что на щеках выступил румянец.

– Правильно думаешь, гувернантка Эмили, – усмехнулся Лэйдон, подхватывая котелок у очага. – Но по-другому никак. При лихорадке всё тело натирается соком джиджи и лидана. Я старался не смотреть. Хотя должен признать, что это было очень сложно… – вогнал в краску Лэйдон очередным признанием.