Сгорая во льдах Антарктики

Глава 3. Эль

– Нет, мам, я справлюсь. Мне уже не пятнадцать.

– Я прекрасно это знаю, но тебе нужна поддержка. Не отрицай.

– Нужна. Вот поэтому вы и пойдёте со мной за результатами. На МРТ мне дадут послушать классическую музыку, так что всё не так страшно. – Я рада, что этим утром мне не нужно завтракать, и я беру любимый тост из ржаного хлеба с арахисовой пастой и бананом с собой. Кусок в горло не лезет.

Мама ещё немного нахваливает местную больницу, нигде ещё не было такой быстрой записи. Она просто вписала данные на сайте, а уже через пару часов нам позвонили и пригласили на обследование. В восемь утра по пути на работу папа сначала завозит Кристиана в школу, а потом и меня в больницу. Он устроился бухгалтером в одну франшизу сети ресторанов. Он, конечно, спрашивает, точно ли я буду в порядке, хотя прекрасно знает, что я отвечу. Я отвечаю, конечно, пап, но это настолько же ложь, как и сказать, что у меня на левой руке есть указательный палец.

У меня в сумке том энциклопедии – все мои карты, обследования, истории болезни. Кажется, что эта кипа бумаг притягивает меня к самой земле, где мне давно уже место.

Соберись, Эль! Что за ерунда?! Три года ремиссии, а ты ведёшь себя как неисправимый пессимист. Я осматриваю большой больничный комплекс, расположенный в  старых, н модернизированных зданиях из красного кирпича. «Больница Святого Галариона» – гласила вывеска. Ну что ж, святой, давай продолжим мою ремиссию и постараемся больше не встречаться. Я кладу свою трофейную кожаную куртку в пакет, чтобы не сдавать в гардероб. Она одна в таком роде.

Женщина на стойке информации сориентировала меня и рассказала, что онкологический центр находится в соседнем корпусе, но анализы мне нужно будет сдавать здесь. Хотелось бы каждый раз не дрожать при слове «онкология», но у меня не выходит. Каждый раз как тот первый после результатов школьного медосмотра.

В онкоцентре намного светлее, чем в главном корпусе. Или мне просто хочется, чтобы так казалось. А ещё мне кажется, что людей здесь больше. Дети, взрослые, я замечаю всего несколько людей, по которым видно – у них рак. Но больше всего я ненавижу пялиться, доставлять кому-то неудобство. Людям итак некомфортно, поверьте мне, совсем недавно я была на их месте.

И вот я стаю напротив кабинета номер восемь. «Джейн Филцер. Онколог» – написано на пластиковой дверной табличке. Всё хорошо, у меня нет жалоб. Всё хорошо, у меня нет жалоб – повторяю я про себя, чтобы не забыть.

– Добрый день, Мисс Смит.  Рассказывайте, что вас беспокоит? – Миссис Филцер очень эффектная женщина лет сорока. Мне нравится её нюдовая помада.

– Здравствуйте. Всё хорошо, у меня нет жалоб. – Я достаю из сумки свою энциклопедию и быстро выуживаю торчащую выписку из моей прошлой больницы. Вся история больницы на паре листов А4. Время – самый ценный ресурс. Так говорит папа.

– Очень хорошо, что жалоб у вас нет. Значит сделаем анализы, общий, на маркеры, ну, и конечно, МРТ. Если пойдёте сразу, то успеете до десяти часов.

– Большое спасибо. – Она возвращает мне историю болезни с парой новых бумажек. На выходе Миссис Филцер очень добродушно бросает:

– Буду ждать вас завтра после обеда с результатами анализов. Только завтра у нас санитарная обработка, приходите в главный корпус. И передавайте привет отцу. – Я лишь киваю и в недоумении покидаю кабинет. Неужели отец обо всём договорился? Да быть не может. У нас нет лишних денег, особенно после переезда.

Кровь я сдаю очень быстро, а на МРТ меня принимают так, будто это частная, а не государственная клиника. Я стараюсь не дрожать, внутри аппарата нельзя двигаться. На меня вновь надевают наушники, дают в руки грушу, чтобы в случае чего, я дала знак. Я не разбираюсь в классической музыке, но мне гораздо приятнее слышать что-то, кроме ужасного грохота и гула в этой космической капсуле. На выходе из кабинета я решаюсь спросить у медбрата, можно ли узнать мне одну вещь?

– Есть ли видимые метастазы? Это же видно. Пожалуйста. – Я просто не выдержу больше суток в неведении.

– Я спрошу врача, но ничего не могу обещать. На трассе произошла авария, а мы ближайшая больница. Сейчас здесь такое будет! Подождите в коридоре.

– Опись будет завтра, мисс Смит! –  Слышу крик врача из дальнего кабинета.

В коридоре действия дельно настоящее сумасшествие: около кабинета уже несколько каталок с окровавленными людьми. Мне кажется, что здесь так холодно, что я перестаю чувствовать пальцы. Надеваю куртку и снова пытаюсь допросить выглянувшего из кабинета медбрата.

– Простите. Не могли бы вы…Простите…

– Мы же вам сказали, что опись будет завтра! Приходите завтра к обеду, не задерживайте нас. – Чувствую себя мерзко. В который раз извиняюсь и, смотря под ноги, чтобы не глазеть на раненых, лежащих на каталках уношусь прочь.

Слева от онкологического центра находится небольшая детская площадка. Я замечаю пару качелей и вспоминаю как в детстве улетела на несколько метров с похожего «аттракциона». Я разбила колени и с тех пор ни разу на них не качалась.

Я вспоминаю о бутерброде уже дома. Я люблю тишину, но в этом старом и пока ещё чужом доме, от неё мне становится не по себе. Я включаю на телефоне очередную программу про природу и заставляю съесть себя хотя бы половину.

Родители на работе, Кристиан в школе, и только у меня пока нет занятия. Я открываю интернет - нужно поискать вакансии и позвонить по тем местам, которые я уже заприметила.