Сгорая во льдах Антарктики

Глава 5. Эль

Дорогие читатели! Это последняя глава в 2020 году! Поздравляю Вас с наступающим Новым Годом и благодарю за то, что остаётесь свидетелями истории Дани и Эль! Желаю Вам в будущем году исполнения всех планов и только хороших книг! Ещё раз спасибо <3

 Я правда сошла с ума и согласилась на разговор с раздражающим с первого взгляда парнем? А нет, простите, с моим тёзкой? Ну да, после услышанного сегодня сойти с ума – это обязательный минимум.

Качели, как обычно выглядят неприветливо. Ни за что бы в здравом уме не села на это орудие самоубийства. Наверное, я метнула в их сторону уже десяток уничижительных взглядов, и моему спутнику это надоело. Он предлагает мне помощь! Мне же не пять лет, конечно, я могу забраться на качели! Вопрос в другом. Хочу ли я?

Я сажусь на деревяшку и не могу отогнать от себя дурных мыслей. Посмею ли я испортить своим родным планы на новую лучшую жизнь? Моя болезнь в них, конечно, не входила.

– Удивительно, правда? – Внезапно начинает парень. – Знаю, что это довольно обычная вещь, но я ещё никогда не встречал человека с таким же именем.

Он либо плохой мечтатель, либо очень хороший стратег. Я отвечаю то, что думаю, ведь я всё равно больше с ним никогда не встречусь.

– Я не считаю это удивительным, в жизни всякое бывает.

А потом мой новый знакомый, которого, все близкие оказывается зовут Дэни, своими глупыми репликами про судьбу и прочее начинает доказывать мне, что он нарцисс. Я просто не могу сдержать смеха.

– Никакой я не нарцисс! Я художник! – Парирует он, а я отвечаю, что он и правда похож на художника.

– А что ты рисуешь? Просто калякаешь или правда настоящие картины? – Дэни немного смущается и проводит рукой по волосам.

– Мне хочется думать, что это настоящие картины. Но пара критиков действительно называла их каляканием. У меня даже были выставки. В настоящих галереях.

– Ну а на чём ты специализируешься?

– Вот сейчас ты снова скажешь, что я хвастун!

– Ну, я же сама спросила.

– Я люблю рисовать природу, пейзажи, добавляя туда сюрреалистические элементы. Или иллюстрации к произведениям. И портреты пастелью. – Говоря о картинах, Дэни начинает преображаться. Всего пара слов, а он уже так светится как новогодняя гирлянда. Мда, не очень хорошая раковая метафора. Так шутил мой знакомый Тоби.

– Значит, ты наделён талантом. Это очень ценно. – Отвечаю я немного грустно. У меня нет никаких талантов. Раньше я думала, что им была победа над раком. А теперь…

– Я должен спросить. Что-то случилось? – У меня не получается скрыть скверного настроения. Да и не то чтобы я его скрывала. Какой в этом смысл? Пусть все знают, что жить мне осталось всего месяц.

– Погоди, я не понял…Ты же не хочешь сказать, что ты… – Меня не раздражает его отрицание, это нормальное явление. Меня раздражает собственное спокойствие.

– Да, Дэни. Я умираю. У меня рак. Наверное, стоило это сказать вслух, чтобы и самой это признать.

Я говорю ему, что давно уже к этому готова. Смерть давно уже ходит со мной за руку… Он резко встаёт с качели, не зная, куда себя деть. Мне кажется, что ему нужен был повод. Просто повод, чтобы слететь с катушек, разозлиться и выместить всю ту злость, которую он копил долгие годы, хотя думал, что он не способен злиться. Все способны на злость. Все мы люди. Пока мы живы.

– И что нам делать? – Дэни задаёт мне странный вопрос. Мне хочется рассмеяться, но что-то меня сдерживает. Он ведёт себя так будто знает меня как минимум три года, а не тридцать минут!

– Нам? Ничего. Я попробую химию. Ну и может…попробую всё то, чего никогда не пробовала. Из-за рака я всегда была в депрессии и немного трусихой. – Дэни, наконец, поднимает на меня взгляд и оглядывает так, будто я с ног до головы чем-то испачкана.

– Это всё ерунда! Ты столько лет боролась, и у тебя получилось! И на этот раз получится. Видишь этот росточек? – Он указывает на выбившийся из толщи асфальта, прямо там, где заканчивается песок, небольшой зелёный организм, только начинающий жизнь. – Я всегда думал о таких людях, как ты с восхищением. И сравнивал их с такими вот ростками. Представь только! Здесь залили асфальт, по нему прошёлся бетоноукладчик! А малыш всё равно хочет жить, ни смотря ни на что он переборол все преграды. – Монолог Дэни походил на эксцентричную сценку актера местного театра.

– Ты долго это репетировал? – Отшучиваюсь я.

– Ни разу!  – Улыбается Дэни.

– Дело в том, что мы ничего не решаем. Ни росток. Ни я. Я не особо набожный человек, но я верю в то, что человек по своей сути…не может решить ничего глобального. Особенно вопросы жизни или смерти.

– Тебе просто нужно с ней поговорить.

– С кем? – Спрашиваю я Дэни, который делает вид, что он профессор и поправляет на носу несуществующие очки, чтобы рассмешить меня.

– Со Вселенной, конечно! Закричи! Скажи ей, чтобы проваливала со своими решениями. Что теперь ты решаешь вопросы жизни и смерти! Эй, Вселенная! – Дэни по-настоящему выкрикивает последние слова, так что я уже не могу сдержать ни смеха, ни стыда.

– Тише, Дэни, тебя же услышат! Это территория больницы!