Сгусток Отроков

Глава 1. Нэл - сын Посейдона

Жалкое зрелище.

Некогда высшая ступень эволюции, разумные люди — деградировали до первобытного строя. Завернутые в лохмотья где только не найденной одежды, обмениваются ракушкам, камнями, вещами... Валюта потеряла свою ценность. Она ведь не красивая и вовсе не полезная. То ли дело блестяшки, бусы.

Тьфу...

Ну вот что ты пыришься на меня своими Дурными глазенками, торгаш? Помылся бы хоть, умыл грязную рожу...

И это еще самые сознательные, сохранившие хоть крупицу цивилизованности. С кем мне приходится жить... Отец, отец...

— Буга-Уга-Ага-Га?

— И тебе того же. Давай свою Гу-гу.

— Га-га?

— Да хоть Га-га, хоть Гу-га... Как же вы меня все достали, дураки дурацкие. Давай.

Под красным навесом в конце улицы-барахолки, взамен на игрушку-зайку, продавец в женской шубе на голое тело передал мне пачку «картинок».

Для него — картинок, для меня — целые сочинения манги с длинным сюжетом и смыслом.

Смыслом, которого Дурные лишены. Не все, но слишком многие. Этот вон даже двух слов связать не мог...

— Привет! Еда?

— Здорово. Чем кормишь?

— Картофель! Картофель Жар! Могу варить. Могу Жар! Молоко!

— Сыр, то есть?

— Молоко!

— Понял. Давай жареную, и сверху сыром. Большую порцию.

По соседству от рейдера, надыбившего невесть откуда запечатанные издания манги на русском, Дурной повар держал палатку-ресторан. Нет. Ресторан — громкое слово. Трапезная.

Этот хоть мог сложить слова в какую-то связь да логику.

Время есть. Кристина еще наверняка даже не накрасилась. Опять я слишком рано...

Пластмассовые грязные столы, хлипкие стулья... Эх, отец, отец, во что мы превратились...

— Молоко-Картофель!

— Спасибо. Кетчуп дашь?

— Красный?! Красный есть, Желтый есть!

— Только кетчуп.

— Красный!

Молодой, моего возраста паренек ушмыгнул за стойку так резко. Хм. Интересно... Может, с ним получится провернуть трюк? Парень вроде соображает...

— Красный!

Поварёнок, сварганивший за считанные минуты картошку во фритюрнице, тащил уже пяток пакетиков кетчупа к моему столу. Клиентов у него много. Барахолка — людное место, оживленное. А так учтиво обращается с каждым, походу. Даже не пришлось представляться сыном главы. Парень каждого гостя обслуживает лично и с особым рвением. Славный малый.

— Постой.

— Вода?

— Нет. Повтори. Красный — это кетчуп.

— Красный — это кетчуп. Кетчуп?

— Запомнил?

— Запомнил! Желтый?

— Горчица.

— Красный — кетчуп. Желтый — горчица. Молоко — сыр?

— Гляди-ка! Не зря подумал, что смышленый!

— Смышленый! Учить? Учить больше?

— Да. Будем учить. Ты знаешь, кто я?

— Нет. Не знать.

— Тогда откуда знаешь, что я учить собрался?

— Много слов. Умный! Хотеть учиться. Угадать. Надеяться!

— Что ж, повезло тебе, чувачок, что у тебя трапезничаю.

— Трапезничаю?

— Ем.

— Трапезничаю. Да.

— Как тебя зовут, Дурной?

— Даг!

— Даг. Очень приятно. Я Нэл. Сын Посейдона.

— Глава?!

— Глава, глава... Приходи в наш Бахчисарай.

— Впустить?! Можно? Как?!

— Скажи: «Я Даг, не Дурной, а Славный малый. Впустите, меня позвал Нэл». Не слишком сложно?

— Сложно...

— Тогда, видимо, не будет обучения. Извини, время тратить готовы только на уже почти «правленных» мозгами, способных запоминать, схватывать...

— Я Даг, не Дурной, а Славный малый. Впустите, меня позвал Нэл. Запомнить!

— Ох ты ж! Вот и славненько. Если и правда — Славный малый, то скоро увидимся.

— Когда?

— В любое время, как тебе удобнее.

— Вечер?

— Да хоть ночью. Встретят, проводят, комнату выделят. Накормят, напоят...

— Спать уложат! Печку растопят, съедят!

— Так ты у нас еще и начитанный!

— Читать — чуть. Не много.

— Замечательно. Ты все понимаешь, что я говорю, да?

— Все!

— Скажи, откуда натасканный? Сам уродился, или кто помогал развиваться?

— Бабушка. Бабушка «правленная». Бабушка не испортиться вовсе.

— Бабушку тоже приводи. Обеспечим всем, чем только нужно. Таким в учителя надо, а не в трущобах пропадать.

— Хорошо! Угостить, без платы!

— Нет, я заплачу уж. Держи.

Украшенная золотыми узорами рукоятка кинжала в серебряных ножнах теперь красовалась в ладонях у Дага.

— Дорого!

— Богато. Ты забыл, мы это поселение основали, как бы. Ну, отец...

— Не могу!

— Можешь, можешь. Не стесняйся. Знал бы, как тяжело отыскивать таких Славных, как ты. А не испорченные, как твоя Бабушка, это вообще кладезь. Что ж вы вечно по задворкам каким-то мотаетесь, да не вылезаете в люди!

— Убьют.

— Тоже верно. Убьют. Мой косяк, забываю, что умных не любят.

Казалось бы, безобразный шрам на левом плече в виде звезды, после выпендрежа знаниями и красноречием перед агрессивными Дурнями, должен всегда о таком напоминать... Так за свои девятнадцать ни хрена и не усвоил.

— Работать дальше! Спасибо! УвидетЬся позже!

— Увидеться, только в письме мягкий знак, не нужно его произносить. Дети — другое слово.

— Увидеться позже. Спасибо!

Вот и поговорили. Парень по имени Даг. Даг... Ну и имя! Хотя мое, Нелей — не лучше. С учетом, что местные иногда двух слов связать не могут... Нэл им явно попроще. Отец, отец, что ж ты такое наворотил!

Манга, манга... Картинки, связывающие воедино действо историй. Без диалогов, не понятных обывателям поселения, да и вообще мало кому, доносят лишь часть информации. Не столь ценны для народа Дурней. Для меня — чуть ценнее.

Я — сын Главы. А толку и бенефитов — под ноль. Разве что меня не затронула общая Дурость, благодаря Отцу и его генам. Скорее, счастливая случайность, чем нечто особенное. Таких все-таки кучка. Пусть и малая. А почему так случилось, что нам повезло и мутаген не подействовал — кто его знает...