Шагая вдоль петли

Глава первая – Первый день

Глава первая – Первый день.

«Ч.Э» и прочие тонкости перевода физико-магических величин.

Я протирал пыль на ресепшене. Настасьи сегодня нет – у неё выходной. Через четыре часа, по её словам, должен прийти другой работник. Плюс, я всё ещё помнил про некоего Макса, который должен мне всё рассказать и показать, но он всё не приходил. Я начал ковыряться в кассе, жать на разные кнопки, надеясь, что ничего не сломаю. Опыт работы с аппаратом у меня, конечно, был, но эта касса оказалась слишком уж старой, полностью механической.

«Странно то, что они доверили тебе кассу. Фактически они доверили её незнакомцу. Подозрительно, не находишь?»

- Нахожу, - я заговорил вслух, - Но это не моя беда. Воровать я всё равно не намерен.

Я нажал на кнопку у торца аппарата, и он выплюнул в мою сторону выдвижной ящичек, заполненный вечнозелёными.

- Ого, недурно, - я удивился.

Откуда же у них такой большой заработок? Я глянул тарифы, люди платили исключительно за часы, проведённые в этом месте. Типичное антикафе, но почему-то ни на одной вывеске или брошюре не написано, что это именно антикафе. Сверившись с тарифами, я пришёл в ещё больший ступор. Посчитав в уме, я понял, что чтобы заработать хотя бы ПОЛОВИНУ от суммы, хранящейся в кассе, “Петле”, именно так и называлось заведение, необходимо было принимать по пятьдесят человек в день. Плюс чаевые, конечно, всякие там минорные услуги, но они всё равно не покрывали той астрономической суммы, что грозно взирала на меня из глубин кассового аппарата.

Дверь открылась, зазвенел колокольчик, из проёма показалось лицо бородатого мужчины лет двадцати пяти. Его дутая салатовая куртка своим цветом въелась в сетчатки моих глаз. Она была настолько кислотно-яркой, что мне инстинктивно захотелось проморгаться. Он шмыгнул носом, поставил на ресепшен синюю коробку, оказавшуюся переноской для животных.

- А где Коля? – бородатый обратился ко мне.

- Кто это?

- Наш работник, а ты новенький? Настя что-то про тебя говорила… - он закатил глаза, как бы пытаясь вспомнить, потом краем взгляда заметил висящий на вешалке ярко-красный шарф, - О, это моё. Боялся, что потерял.

- Да, я новый, а вы, как я понял, Максим…

- А я Макс, - он упрятал шарф в рукав своей куртки и повесил её на крючок.

- Я Саша. Очень приятно.

- Очень, - повторил он вслед.

Макс прищурился, начал на меня пялиться, стало неловко.

- Ну да, как Настя и сказала, самый обычный, - он упёрся локтями о стойку и наклонился ближе ко мне. - Ты по лестнице сюда спустился?

- Опять этот вопрос. Как будто сюда можно попасть иным способом. И что значит “обычный”.

- То и значит, самый, что не на есть обычный. А попасть сюда, и вправду, можно разными способами. Лестница – способ непопулярный. Ну ладно, это позже. Пойдём, Бафомета покормим.

- Бафомета? – я нахмурился.

- Ага, - он кивнул, потянулся руками в переноску и извлёк из него толстенное рыжее чудо с наглой усатой мордой, — это кот.

- А хозяин у него кто, царь Соломон? – я не смог сдержаться, чтобы не съязвить.

- Нет, хозяйка нашенская. Хотя корни есть, кажется… Корни у неё есть. Пойдём уже, что стоять.

Макс обхватил кота двумя руками, животное было очень большим и увесистым. Мы пошли вдоль коридора.

- Головой об шкаф ударился? – невзначай спросил Макс.

- Ну да.

- Молодец, - бородатый говорил слишком обыденно. Неужели и он будет надомной весь день подшучивать?

Мы обошли пианино, спутник с ним поздоровался, передал мне кота и водрузил на патефон, стоящий на старинном комоде в углу, блестящую чёрную пластинку с изображением миловидной собачки, слушающей граммофон. Кажется, именно эти пластинки слушал Бродский. Взгляд мой опустился на кота, животное глядело на меня с недоверием, но лежало смирно. Патефон поскрипел и запел музыку.

Макс и я прошли на кухню, отпустили Бафомета, налив ему в миску молока. Животное жадно локало.

- Ты вещи личные где хранишь? – спросил он у меня.

- В карманах, - ответил я, поглаживая рыжего.

- У нас есть шкафчики в каморке, всё туда. Телефон, ключи, паспорт, если носишь… Особенно паспорт, а то находятся у нас тут шутники…

- А что они делают? - поинтересовался с некоторой опаской.

Макс с легкостью запрыгнул на стойку свесил ноги и достал сигарету.

- По мелочи, - он сделал затяжку, - иногда отзеркаливают фото, иногда коверкают имя, иногда меняют пол. Поэтому лучше храни в шкафчике, оттуда никто не возьмёт. Там пронумеровано: ключ, ящик; всё просто. – я заметил, как Макс уставился на кофемашину.

- Сделать? – я кивнул в сторону машины.

- А сможешь? – он удивлённо на меня уставился.

Почему, когда они говорят что-то идиотское, лица у них совершенно серьёзные, а когда речь заходит о обыденных вещах, пялятся на меня, как на разукрашенное пугало.