Бет стояла перед зеркалом в своем номере, сжимая раковину так, что костяшки пальцев побелели. Холодная вода капала с подбородка, но не могла смыть следы вчерашнего — синяк на бедре, царапины на спине, запах его кожи, въевшийся в её собственное тело.
Она резко дернула шнур телефона.
— Марк, организуй пресс-релиз. Тренировки с Кроуфордом отменяются.
— Ты уверена? Матч через...
— Сейчас же!
Телефон грохнулся о стену. В тот же момент в дверь постучали — три четких удара, как выстрелы.
— Уходи.
Дверь открылась без приглашения. Дэнни стоял на пороге, одетый в ту же рубашку, что вчера, только теперь на ней были видны следы её помады. В руках он держал два стакана кофе.
— Доброе утро, — его голос звучал хрипло. — Думал, тебе нужно...
— Ты слышал меня по телефону. — Бет не обернулась. — Всё кончено.
Он поставил стаканы на стол, не пролив ни капли. Его движения были такими же точными, как за шахматной доской.
— Это из-за вчерашнего?
— Это из-за всего! — Она наконец повернулась к нему. — Из-за твоих игр, твоих секретов, твоего... — Голос сорвался.
Дэнни сделал шаг вперед, но она отпрянула, как от удара током.
— Не подходи ко мне. Никогда.
Он замер. Впервые за всё время его глаза стали по-настоящему пустыми — без насмешки, без вызова.
— Как скажешь, Королева.
Когда дверь закрылась за ним, Бет вдруг поняла, что ожидала... чего? Что он будет спорить? Умолять? Прижмёт её к стене снова?
Но Дэнни просто ушел. И это больнее всего.
Через час.
Бет сидела в холле отеля, когда к её столику подкатили тележку с завтраком. На серебряном подносе среди фруктов лежала шахматная фигура — чёрный ферзь. И записка:
"e4-e5. Всегда твой ход."
Её пальцы сжали фигурку так сильно, что острые края впились в ладонь. Но она не бросила её. Не смогла.
Отредактировано: 22.06.2025