Шахмара, сын Шахмары

Глава 13. Спасти змей и умереть?

Нежный голос, полуулыбка, добрые советы по обработке ран – одному Всевышнему известно, скольких сил стоило мне все это. Слова Эфы «Я не хочу стать пищей для Черного ворона» начинают иметь иное, очень, очень зловещее звучание. Вся полученная информация, все фрагментарные знания о страшном обряде выстраиваются в целостную картину. И почему я не верила, даже не вспомнила о сказке, которая через века смогла дойти аж до моего реального мира, хотя какой из этих миров реальнее, мне было уже сложно понять. В сказке злые силы мечтали обрести сверхспособности именно путем поедания змеи – Шахмары. К горлу подступает тошнота, так как воображение тут же начинает рисовать картины данного обряда. Только здесь вместо жертвы используются змеи – молоды, сильные или даже совсем змееныши – для совсем юных воинов. Как не допустить жестокое убийство, как найти террариум с будущими жертвами обряда? Мой добрый Песик, он слышит все мои бормотания, видит все мои терзания и, как всегда, готов к бою:

– Ау, ау! У меня отличный нюх, Зейнап!

– Так-то оно так, но ты уже дважды чудом спасся из когтей воронов, а если третий раз окажется роковым? Вороны тебя точно не пощадят, добрая ты душа!

– Ау, ау! А у нас разве есть выбор? Тебя охраняют так, что ты дальше метра одна не пройдешь.

Песик в своем репертуаре – пришла, как ему кажется, гениальная идея, все, он – воин, сыщик, помощник. Вот и сейчас Песик мчится со всех лап, импровизируя веселую игру, а на деле – пытается брать след.

Искренне завидую его свободе. Он, как и я, вроде находится под покровительством Черного ворона, но ему оставили его свободу, более того, он и в деревню мог бы вернуться при желании, а я одна десяти шагов сделать не могу. Я пыталась говорить Ворону, что раз у нас союз, значит, мы должны доверять друг другу, что мне необходима свобода, хотя бы свобода передвижения по лесу, но он расхохотался:

– О нет, дорогая, свободу ты у меня будешь заслуживать годами, а не тремя днями врачевания. Во всем остальном тебя не ограничиваю. Я даже этому псу разрешаю оставаться с тобой в одном помещении, будь добра, цени это.

Ну да, действительно, это мой единственный настоящий друг здесь. Все вокруг привыкли, что мы живем в одном шалаше, что он по несколько раз на дню прибегает к шалашу медицинской помощи, где я принимаю больных.

– И от тебя я тоже жду ответной благодарности, – продолжил тогда Черный ворон. Наши земли очень давно, слишком давно не принимали в себя целительную влагу дождя.

– Но вы же знаете почему! Дух дождя по-особенному любил Шахмару, и теперь избегает тех мест, где ее обижали. Не только в вашем лесу, но и вокруг Йылан-кале дождя практически не бывает, хотя люди-то куда меньше виноваты в изгнании Шахмары!

– Вот именно об этом тебе и стоит поговорить с духом, прошло достаточно времени, хватит показывать характер. Иначе мои воины потеряют изрядную часть силы и мощи, а если ты думаешь, что это хорошо для Йылан-кале, глубоко заблуждаешься.

Я давно, очень давно не общалась с Духом дождя. В этой жизни – вообще никогда, я даже не знаю, получится ли у меня. Но в чем уверена, так это в том, что сначала я должна покаяться перед правительницей Шахмарой. С тем грузом, который лежит у меня на сердце, ни один дух ко мне не сможет приблизиться. К счастью, Черный ворон не только разрешил мне пойти к памятнику Шахмаре, но и дал щедрые дары для нее: кувшин молока, печенье, три вороньих пера. Вот эту логику я никак не могла понять: как можно поклоняться и даже бояться прогневить дух Шахмары и одновременно пытаться поработить ее народ?

Я долго молилась Всевышнему перед памятником Шахмары, и только затем обратилась к ее духу. Передо мной, пусть на мгновение, но открылась иная реальность, мне казалось, что я истинно слышу голос и мысли Шахмары, а охранник не мог уловить ни единого звука – ветер магическим образом уносил вдаль, вглубь каждое сказанное слово. Однако он вовремя увидел, как упала без чувств от переполнявшей меня некой энергии, некого света. Я запомнила последние слова Шахмары:

– Дождь будет, целительный дождь прольется совсем скоро – не успеет на небе зародиться новая луна. И это будет хорошее предзнаменование для Йылан-кале. Но все будет не так легко, Зейнап, будет очень нелегко. Будут и потери, и еще какие. Постарайся спасти змеек из террариума, они – будущее Йылан-кале, без них у Йылан-кале не будет будущего. Твой Песик на верном пути, надо найти дерево с отметкой тотемного ворона, и копать уже под ним. Вороны всегда прячут жертв под этим деревом.

Я медленно прихожу в себя. Выпиваю воду, которую дает охранник, и мы медленно движемся к той части леса, которую освоили вороны, возвращается в лагерь врага, где я играю роль друга.

И все же как хорошо, что есть Песик, он найдет дерево, через сутки, двое, но найдет. Нужны лопаты. Тоже не проблема.

Сразу иду к Черному ворону:

– Мне нужна лопата. Дух дождя примет жертву и даст вам дождь. Копать буду я. Песик – мой помощник.

Черный Ворон соглашается, но тут же добавляет:

– Ты же понимаешь, что одну я тебя не отпущу?

– Так заботишься и оберегаешь? – переспрашиваю с ухмылкой.

На самом деле я и не надеялась, что куда-либо пойду без этой долбанной охраны.

– Скорее, не доверяю, – парирует Ворон.

– У меня впереди еще достаточно времени, чтобы заслужить твое доверие, – стараюсь отвечать как можно менее фальшиво.