Шаман-2. Родительская любовь

Глава 8. Сердце отца

Изга

Мазур вернулся с диктофоном в кармане. Уселся обратно на водительское место, сказал общее «да, получилось», и включил запись.

Усков Юрий Иванович говорил, как все умудрённые опытом старики, привыкшие, что их слушают, смакуя каждое слово. Медленно, с паузами в нужных местах, с хорошей лексикой. Образование чувствовалось, сотни прочитанных книг. Хирург Извольский не делал операций на сердце, но понимал, о чём речь.

Карл Риман страдал от ишемической болезни сердца. Атеросклеротические бляшки сужали просвет сосудов. По результатам коронографии четыре месяца назад ему назначили операцию аортокоронарного шунтирования. Нормальный кровоток восстановили, обойдя места сужения коронарного сосуда с помощью трёх шунтов. Операция сложная, но делают её давно, опыт у хирургов огромный. После операции Карл Риман некоторое время провёл на аппарате искусственной вентиляции лёгких, две недели ждал, когда заживут крупные раны на грудине и голени. Три месяца носил грудной бандаж, чтобы срослась рассечённая кость, но потом его терпение кончилось. Вышел на работу и прекратил реабилитацию. Итог предсказуемый. Новые атеросклеротические бляшки снова сузили коронарный сосуд. В повторной операции Юрий Иванович ему отказал.

— Давать прогноз Усков тоже отказался, — Мазур выключил диктофон и спрятал в карман, — как я его ни уговаривал. Бормотал что-то про «от года до десяти лет», и что это не прогноз. Саму новость Карл узнал две недели назад. Думаю, если бы вы с Ириной не прилетели на свадьбу, он отправил бы кого-нибудь за дочерью в тайгу. Не доживёт он до совершеннолетия нового наследника. Совершенно точно не доживёт.

— Сердечная недостаточность будет нарастать, — вслух рассуждал Изга. — Наступит время, когда, перевернув две-три страницы в книге, Карл уже устанет. Передавать власть над строительной империей нужно сейчас. Пока Ира ещё в теме основных процессов, не выскочила замуж и не начала рожать детей одного за другим. Не выходя из декрета, ага. Это паника, Мазур. Гибнет дело всей жизни. Он настолько испуган, что готов держать дочь в плену.

— А на хер его послать она не пробовала?

— Так послала же, — Изга усмехнулся и потёр пальцем висок. — Полгода назад. Я надеялся, что он её услышал. Возможно, так и было. Он промолчал об операции, не требовал сидеть возле его постели. Такое ощущение, что крест на Ирине поставил, но всё изменилось. Теперь дочь снова нужна. И я не знаю, как забрать её у отца.

— Очень просто, — будничным тоном сказал фсбэшник. — Карлу ведь инфаркт грозит? Знаешь, есть десяток проверенных способов ускорить процесс. Вот тебе и желанный разрыв связи. И никаких проблем со свадьбой. А наследство продать можно. Но я знаю, о чём ты сейчас подумаешь. Неизвестно, как отреагирует Ирина. Есть куча примеров, когда дети, не желающие касаться семейного бизнеса при жизни отцов-тиранов, с радостью вставали у руля после их смерти. Ты готов переехать за ней в столицу?

— Нет, не готов.

В голове продолжали роиться возможные решения проблемы. Например, нанять исполнительного директора, чтобы он управлял империей, пока сын Карла растёт. Толковых специалистов достаточно. Можно поискать среди знакомых Конта или Соколовского. Пообещать хорошую зарплату, изредка контролировать и не прикасаться к управлению империей совсем. Но опять же. Согласиться ли Ирина оставаться в стороне? Выдержат ли её нервы, если что-то пойдёт не так?

Кстати, а ведь это тоже вариант. Уничтожить «Альянс», чтобы за него перестали драться. Извести внеплановыми прокурорскими проверками, нашествием других надзорных органов, вредить репутации, отбивать крупных клиентов. Но война требует времени, сил и денег. Не получится ли, что тонущий корабль потянет за собой пассажиров, а потом, словно в насмешку, залатает пробоины и выживет? Всё будет напрасно.

Нет, Изга зря взялся за варианты, идущие из головы. Из разума. Ему не переиграть тех, кто десятилетиями варится в мире больших денег. Даже с помощью своих могущественных друзей не переиграть. Нужно слушать подсказки от Вселенной, замечать её знаки. Первый узел распутался — Карл серьёзно болен. Но если взять среднюю цифру прогноза, то протянет ещё лет пять. Достаточно, чтобы намертво привязать к себе Ирину. Значит, нужно что-то другое.

— Не сыграла зацепка, — расстроенно цокнул языком шаман. — Не дала новой информации. Мы ещё на мальчишнике догадались, что Карл болен и переживает за «Альянс».

— Будем искать другие способы? — Мазур провёл рукой по рулю и лукаво сощурился. — Психологические? Обработаем Ирину в лучших традициях моей конторы, заставив заранее подписать отказ от наследства? Или ты всё-таки возьмёшь в руки бубен?

— Без толку. Всё самое действенное я уже опробовал — связь устояла. Дальше только сидеть на берегу реки и с мудрым смирением ждать, когда мимо проплывёт труп врага. Я не хочу так. Устал поступать правильно, надеяться на Вселенную и обходиться без жертв. Карл Риман непрошибаем. С ним невозможно договориться. Всё, что мне осталось, силой отнять у него Ирину. Пошли на штурм. Если новостей от Родиона нет, будем думать, как обойтись без него.

— Родион появится, — склонил голову Мазур и запустил двигатель. — Потерпи, шаман. Возвращаемся к нашим, приводим их в чувство и готовимся, готовимся, готовимся.

***

Ирина

В Лапино организовали кафе на первом этаже. Раньше друзья и родственники, сопровождающие пациентов на операции, ждали новостей, сидя на кожаных диванах. Теперь то же самое можно было делать за столиком и перед телевизором. Да и беременным кафе было в радость. После сдачи анализов натощак они часто бросались в аптечный киоск за гематогеном. Бедные голодные женщины. Сейчас их ждали сэндвичи, лёгкие закуски и салаты.