Шаман Вейгарда

Предисловие

Когда-то первый скальд сел у первого очага – и никто его не слушал. Но он всё равно спел древнюю песнь.

Потому что мир просил – даже если не знал, что просит.

И из этого пения родилась память.

Из памяти – закон.

Из закона – народ.

Пролог

Терракотовая пустыня не прощала ошибок. Воздух здесь дрожал от зноя и обжигал лёгкие при каждом вдохе. Даже насекомые зарылись так глубоко, что забыли саму суть солнечного света. Казалось, жизнь покинула эти места навсегда, оставив лишь вечную тишину. Изредка её нарушали стоны – заблудшие путники брели сквозь пустоши Забвения, ведомые миражами, чтобы найти свою смерть.

Здесь, в вечном зное, тянулся к небу храм, посвящённый давно забытому богу. Тень от его резких очертаний падала на землю неудачной шуткой творца.

Внутри – росчерки рун на обветшалых стенах и следы ритуальных костров на полу, полузасыпанные, почти стёртые из памяти. Трещины рассекли алтарь, стоявший в центре зала.

И всё же в эту тишину вошёл человек.

Мужчина в потёртом дорожном плаще ступал по раскалённому камню. Сапоги из тонкой кожи не издавали ни звука. Хлопковая рубашка подчёркивала проседь в волосах.

Его звали Морвен. Когда-то это имя произносили с гордостью. Теперь его шептали, как проклятие. Учёный, низвергнутый до уровня шута.

На руках он нёс тело женщины. Он бережно возложил её на алтарь.

Молодая, свежая – жизнь совсем недавно покинула её – она лежала под сенью храма.

Простое шёлковое платье выглядело немного неряшливо. Всем видом оно выдавало долгий путь своей обладательницы. Кружево на рукавах местами потрёпано, а когда-то его украшал речной жемчуг. Скромная диадема в каштановых волосах и обручальное кольцо выдавали её положение в обществе.

Морвен провёл пальцем по холодной щеке.

– Ты всегда смеялась, когда я называл тебя моей жемчужиной. Ты говорила, что жемчуг не блестит. А я ответил тебе, что он рождён северным сиянием.

Порыв ветра взметнул песок.

– Песок… всё песок, – прошептал Морвен, целуя Лиру в холодеющие губы. – Время, жизнь, даже воспоминания. Даже наша любовь – горсть песка на ладони.

– Ты думаешь, что можешь остановить меня?

Голос звучал не снаружи. Он скрёбся внутри черепа, словно сухой ветер в ущелье.

– Я не пыль! Я – Время! И только я решаю, чему течь, а чему застыть.

– Я не требую власти! – Голос Морвена сорвался на крик. – Я молю о милосердии!

На полузабытом языке он прочитал заклинание. Круг рунических знаков, крови и горячих слёз замкнулся вокруг алтаря.

Шорох под куполом храма напомнил смех.

– Милосердие – для тех, кто не крадёт у богов!

Морвен вытащил из-под плаща хрустальную склянку с ярким, ослепительно белым песком.

– Я хочу вернуть её улыбку. Услышать её смех. Ощутить прикосновение её рук…

Он высыпал содержимое склянки на алтарь и поверил в чудо.

Древний ритуал, найденный в фолиантах из самых глубоких пещер, сработал. Вихрь песка взметнулся от пола до потолка. Стены храма дрогнули и рухнули.

– Лира… прости меня… - прошептал Морвен. Голос его дрожал. – Я хотел спасти тебя… Я не хотел быть злом! Я хотел остановить боль… но песок не слушается…

Его стон перешёл в шелест. Тело рассыпалось на миллиарды песчинок, которые разнёс по пустыне порыв ветра.

Молнии вспороли ночное небо. Земля застонала и всё стихло.

В ту же ночь, за тысячи километров отсюда, северный волк на далёком острове Вейгард поднял голову и завыл от страха. А в гибельных топях острова древний Корн`Гул, опустив свои костяные пальцы на землю, почувствовал дрожь – и улыбнулся.

В Библиотеке Трёх Миров мудрый Ноктис закрыл глаза и прошептал:

– Он сделал это…

Время больше не было единым. Оно стало рассыпаться как песок из разбитой сферы.