Шаман Вейгарда

Глава 5. Фьоргварт

В Ульфсхейм вернулись к восходу седьмого дня. Селение встретило их тишиной после бури – не праздничной, не скорбной, а понимающей.

Хильда ждала у колодца. Она не бежала навстречу – стояла, как берёза у входа в пещеру Хальвара. Тихо трепеща.

– Ты идёшь дальше, – предположила она, когда Бьёрн подошёл. Мрачный как туча перед грозой.

– Да, – ответил он. – На Туманные острова. Узы данной клятвы ведут меня.

Она кивнула. Сняла с пояса мешочек из оленьей кожи.

– Возьми. Травы от лихорадки, корень живокости, порошок из багульника. Они с Лундхольма. Помогут тебе, если море забудет, что ты – человек.

Бьёрн взял. Склонил голову – не в поклоне, а в благодарности, что не требует слов. Положил ладонь на её руку – не как жених, а как тот, кто знает: эта женщина видит его насквозь.

– Ты говорила… – начал он, – что твоя судьба оседлает волны и прибудет издалека.

Хильда улыбнулась.

– Я всё ещё думаю, что это ты. Но судьба – не человек. Она – ветер. И иногда дует не туда, куда хочется сердцу.

Она отвернулась. Посмотрела на север, в сторону Фьоргварта.

– Иди. Пока я не передумала просить тебя остаться.

Бьёрн кивнул. Повернулся, и тогда Хильда сказала тихо:

– Если вернёшься… найди меня у Камня Истины. Я буду ждать.

Он не обернулся. Но сердце его сжалось от обещания, данного без слов.

В Хеймдрас возвращались с тяжёлым предчувствием ещё одного расставания.

Эйвира тревожило не столько то, что ждало впереди, сколько Бьёрн – тому предстояло выбрать между отцом и другом.

Сам шаман молчал. Их путь нарушал лишь топот конских копыт да шелест ветра в прибрежных соснах.

Улфар бежал рядом – и в глазах его сияли звёзды. Свет, что рождается там, где молчит страх.

Хеймдрас встретил их тишиной после бури.

Дым над очагами поднимался ровно, без дрожи, будто мир задержал дыхание, чтобы не спугнуть тех, кто вернулся с края.

Ветер у берега шелестел ветвями сосен, как старый друг.

Лошади сами свернули к гавани: здесь камни были знакомы, здесь запах соли смешивался с ароматом вереска, здесь вода в колодце пела ту же песню, что и в день отъезда.

Но что-то изменилось. Не в селении. В том, как оно теперь смотрело на путников – не как на своих, а как на тех, кто ступил за черту и вернулся… не совсем целым. И в этой перемене – не страх, а уважение. Потому что Хеймдрас знал: те, кто уходят к скалистому уступу, либо не возвращаются, либо приносят с собой тишину тяжелее камня.

Едва спрыгнув с коня, Эйвир направился к высокому дому ярла. Бьёрн шёл чуть позади, глазами выискивая отца среди знакомых лиц.

Тот оказался в зале советов – стоял у очага, беседуя с Верком. По тону их разговора было ясно: они не просто ладили – они уже нашли общий язык, как два дерева, чьи корни коснулись под землёй.

Увидев вошедших, Верк подал знак Эрику замолчать. Поднялся с трона и приветственно развёл руки с желанием обнять Эйвира и Бьёрна, как старых друзей. Но не сдвинулся с места – неподвижный утёс, что веками слушает шторм, но не отвечает ему.

– Вы вернулись. Райвен сдержал слово?

– Да, – кивнул Эйвир. – Он проводил нас к Хальвару.

В его глазах мелькнула недетская решимость того, кто уже переступил край и теперь смотрит в бездну с немым вопросом.

– И что сказал слепец? – глухо спросил ярл, будто уже знал ответ и боялся его услышать.

Эйвир молчал. Старался сдержаться, но ему казалось, Верк чувствует весь груз, что лёг на плечи юноши в пещере под скалистым уступом.

– Туманные острова, – выступил вперёд Бьёрн. Голос – не просьба, а приговор. – Нам нужен драккар.

– Туманные… что? – Эрик опешил. Он знал десятки легенд о гибельных туманах, ведущих в никуда. Иногда из этих туманов возвращались безумцы – не узнавали родных и шли умирать в ущелья. – Я надеюсь, это шутка?

– Нет, отец. Хальвар отправил Эйвира на Туманные острова. Нам нужен драккар. – Бьёрн нахмурился. – Иначе мы отправимся туда вплавь.

– Но… – Верк задумчиво провёл рукой по бороде, глядя на Эйвира. Юноша осунулся, повзрослел. Между бровей – морщина, глаза светились не знанием, а тем, что остаётся после него: усталостью, болью, ясностью. – Дорогу к этим островам никто никогда не находил… Я слышал о серебристых туманах, что скрывают их. Думал – просто легенда.

– Это не легенда, ярл, – вздохнул Эйвир. – Хальвар сказал: там есть Библиотека. И мудрец, что её хранит, может мне помочь.

– А как ты найдёшь то, чего нет ни на одной карте?

– Фьоргварт. Свет Маяка укажет путь.

– О, боги! – Эрик ударил ладонью по столу. – Да этот старик безумен! Бьёрн, – он повернулся к сыну, голос дрогнул, – ну подумай сам: сколько кораблей разбилось у Фьоргварта? При всём желании вы не подойдёте к нему!

– Вы думаете, я хочу плыть в туман ради славы? – Эйвир поднял глаза. Голос его – не громкий, но резкий. – Чёрные древа – не порча. Не колдовство. Это рана. И если её не зашить – мир начнёт гнить изнутри, как труп под снегом. Уже сейчас Торвин держит края этой раны. А я должен найти нить, чтобы зашить её. Иначе… – он замолчал. Но в зале стало холоднее, как будто Морок уже коснулся порога.