Шаман Вейгарда

Глава 17 Возвращение

Спустя два дня драккар достиг Вейгарда. Гребцы налегали на вёсла без отдыха, чувствуя близость родной земли. За время пути Эйвир много общался с Улфаром, и в глазах шамана читалось беспокойство. Он то и дело всматривался вдаль, ожидая увидеть знакомые берега. Волк не отходил от шамана. Казалось, они вели разговор без слов, понимая друг друга с полувзгляда.

Бьёрн же проводил время в обществе Хильды. Наконец, он смог преподнести ей шкатулку, которую купил в Лиорне. Девушке больше всего понравилась брошь в виде ветки вишнёвого дерева – нежная, с листьями из изумрудов и серебряными лепестками, покрытыми эмалью. В центре цветков блестели жемчужины. Юноша рассказал Хильде о приключениях, немного их приукрасив.

Эйвир лишь усмехался в усы, слушая истории о том, как Бьёрн сразил призрачного коня ударом щита в костяной лоб. И как храбро рвал цепи в темнице, наводя ужас на охрану цитадели. Хильда старалась скрыть улыбку, что Бьёрн принимал, за восторг его храбростью.

Когда драккар вошёл в родную гавань, в воздухе кружились редкие снежинки. Вершины гор уже укрылись белым одеялом. На тёмной полосе леса ещё виднелся жёлтый узор, будто ржавчина на забытом шлеме. К серому куполу неба поднимался дым очагов Вейгарда. Шаман смотрел на селение с напряжением.

Их встречали воины во главе с конунгом. Хильда с опаской смотрела на мрачных воинов в кольчугах и накидках из волчьих шкур. В её глазах мелькнул страх, когда она увидела Хрёрра – сурового, как осенняя туча, готовая разразиться громом и молниями. Она инстинктивно прильнула к мужу.

– Не бойся, – тихо сказал ей Бьёрн. Взял девушку за руку и помог сойти на песчаный берег.

Хильда перевела взгляд на конунга, прижимая ладонь к груди. Ресницы её дрожали, ветер играл с рыжими прядями волос. Простое платье, подпоясанное шёлковой лентой, синее, как небо, невероятно шло ей.

Бьёрн поклонился Хрёрру, соблюдая древний обычай.

– Конунг, я вернулся из долгого похода. И не один, а с женой. Это Хильда, дочь ярла Райвена со Скалистого Архипелага.

На лице Хрёрра медленно, словно солнце из-за туч, проступила улыбка.

– Что ж, ты привёз не просто жену, а цвет этого мира. Дочь Райвена, говоришь? Удачный союз, ничего не скажешь. Добро пожаловать в Вейгард, дочь гордых волков.

Он прижал кулак к груди и склонил голову, приветствуя девушку. Потом окинул взглядом сушу, моряков, сошедших с корабля, и посмотрел в глаза Бьёрна.

– А где тот, за кем ты последовал?

Бьёрн достал из сумки свиток с печатью.

– Прежде, чем ты поговоришь с ним, конунг, прими послание Верка со Стормгарда.

Хрёрр взял свиток, бегло просмотрел и кивнул.

– Весной в Хеймдрасе Совет? Что ж, это разумно. Выгодные союзы нужны всем.

Он свернул письмо и сунул за пояс. Улыбка исчезла, словно её и не было.

– Но это не отменяет моего вопроса. Где Эйвир? И где Торвин?

Эйвир прошёл сквозь толпу и предстал перед правителем – похудевший, осунувшийся, со шрамами на шее в виде руны «Путь». Туника цвета еловой коры висела на нём свободно. На поясе – нож для обрядов, штаны заправлены в высокие сапоги. Он поклонился конунгу, и амулеты на шее глухо звякнули. За спиной привычно висел бубен.

– Вот и ты, – произнёс Хрёрр, глядя на Эйвира исподлобья. – Ты же отправился на поиски отца.

– Да, конунг.

– Так где же он? – Мужчина сложил руки на груди. Лицо его напоминало каменную маску, но Эйвир почувствовал, что конунг едва сдерживал душивший его гнев.

– Я приведу его домой сегодня ночью.

– Что? – Хрёрр приложил ладонь к уху, делая вид, что не расслышал. – Ты ходил по чужим землям, пока зима дышала нам в спину, а он оказался рядом? И где же он прятался? В тени моего чертога?!

– Он не прятался, – тихо сказал Эйвир. – Он был потерян. Теперь я знаю, где искать.

– Потерян? – Хрёрр усмехнулся, но в улыбке не было тепла. – Болота не прощают ошибок, мальчик.

Он шагнул ближе, нависая над шаманом.

– У тебя есть одна ночь. До первого петуха. Если Торвин не вернётся… я пошлю воинов по твоему следу. И мне будет всё равно, каким они тебя найдут – живым или мёртвым. Защита Вейгарда должна быть восстановлена.

– Я понял, конунг, – кивнул Эйвир.

– Тогда поторопись.

Из толпы вышел юноша – высокий, в кольчуге, с мечом на поясе. Олаф. Сын Хрёрра. Пятнадцать зим назад Торвин вернул его с того света и теперь он пришёл отдать долг.

– Я поеду с ним, отец, – сказал Олаф. – Я обязан.

Хрёрр нахмурился, но не возразил.

– Хорошо. Идите вдвоём. И чтобы до рассвета Торвин был здесь.

Толпа начала расходиться, подчиняясь знаку конунга. Воины возвращались к делам. И только одна фигура осталась стоять у кромки воды.

Женщина в льняном платье, подпоясанном кожаным ремнём. Жена Торвина. Мать Эйвира.

Она не плакала. Просто подошла, положила руки на плечи сыну и заглянула в лицо. В её взгляде была вся боль разлуки и вся сила севера.