Шаманка-3. Судьба слепого мага

Глава 13. И снова кочевники

— Что происходит?! — кричал Линней, избивая подвешенный к потолочной балке мешок с песком. Пыль оседала на мокрое от пота тело. — Духи предков, древние боги, я вас спрашиваю! Что происходит?

Но духи молчали. Всё, чего он смог добиться после возвращения из дворца Верховной, короткое “не лезь”. Хоть размозжи об стену голову. “Не лезь туда”. Коронованная дрянь собиралась казнить его сестру, а ему запрещали вмешиваться. И ведь помнил из прошлой жизни, что так бывает. В одном случае. Если душа Анны уже согласилась умереть. Это объясняло, почему ни в чём не повинная воспитательница постоянно оговаривала себя. Отказалась защищаться. Сдалась.

— Зачем, о, боги, зачем?

Мешок треснул от последнего удара, пролив тяжёлый песок на пол, будто кровь. Линней отступил на шаг. Голова кружилась, руки гудели. И, что самое неприятное, он отчаянно не понимал, как всё могло зайти так далеко.

Вильгельмина постаралась? Да, в обвинении Анны её роль была решающей. Но от того, с каким упорством Верховная настаивала на измене, даже бывалых законников оторопь брала.

“Там что-то личное, — хмурил брови лучший фитоллийский адвокат. — Постарайтесь вспомнить, что именно. Станет легче работать”.

Но он не помнил. Бездна, да они разговаривали всего несколько раз! На свадьбе Софии, на похоронах матери. Чем он мог оскорбить правительницу, что такого непростительного совершил? За что его на просьбу о помиловании с головой макнули в грязь?

“Приходите ко мне ночью. В спальню”.

Издевательство чистой воды. Хлёсткая пощёчина, плевок в лицо. У ведьм было особое отношение к предложениям рассчитаться за что-то телом. Они зверели от одного намёка. И Велена в открытую предложила это ему. Унизила.

— Маленькая принцесса выросла в большую…

Он шумно выдохнул и прикусил язык, вспомнив, что выражаться подобным образом не стоит даже в собственном доме. В сарае на заднем дворе. Мало ли кто мог проходить мимо и услышать? Проблем и так через край. Жизни не хватит обдумать. А думать нужно. Сесть на табурет, успокоиться и вернуться к самому началу.

Кому мешала Анна? Очевидно, что никому, она подвернулась под горячую руку. И вот то, что сделала Верховная, напоминало ловушку уже для самого Линнея. Он должен был согласиться. Прийти в спальню, раздеться… Если бы успел. Потому что под крики о насилии его схватила бы охрана дворца. Или верные правительнице боевые ведьмы. Всё, конец истории. Казнили бы его даже быстрее, чем Анну.

— Казнили бы, — повторил он вслух. — И снова вопрос “зачем”.

Что-то крутилось в голове, оставалось поймать. Фитоллийское посольство возле источника, бессалийские инквизиторы. Дартмунд, ведьмы. Стоп! Рядом особняк Гвидичи. Разведчики клана следили за ним. А Линней, пользуясь рангом командира, иногда спрашивал, что там да как. У Франко появились деньги. Слишком большие для бюджета академии. Неужели всё из-за этого? Велена не могла простить обмана с драконами и стремилась окончательно уничтожить старшего Гвидичи. Вместе с женой. И мешал ей шаманский щит.

— Если она о нём знала, — тихо пробормотал Линней, запустил пальцы в волосы и зло их дёрнул.

Знала Велена или нет? Шпионская сеть ведьм после неудавшегося переворота и сожжения Веданы сильно пострадала. Никто уже не делал на неё крупных ставок. Но всё-таки. Суть связи щита с его саяр-та, с Софией, известна только верхушке клана. Как могла просочиться во дворец тайна такого уровня?

— Считай, что просочилась, — сам себе сказал он. — Так безопаснее.

Воровать нужно Анну из тюрьмы. Спрятать сначала её, а потом думать, как защитить Софию. Видимо, пока жив шаманский щит, ведьмы ничего серьёзного делать не будут.

— Краст, — позвал Линней своего заместителя через зеркало. — Ты ходил вокруг королевской тюрьмы? Что заметил?

— Я рядом с вашим домом, командир, — послышался голос вместе с шумом хрустящих под сапогами мелких камней. — Нужно передать нечто важное. Лично в руки.

— Я в сарае. Тренируюсь. Скажи слугам, тебя проводят.

За окном начало темнеть, когда порог временного тренировочного полигона переступил тот, кого в отрядах за глаза называли коршуном. И нет, его маленький аккуратный нос ничем не напоминал массивный клюв хищной птицы. Ещё пять лет назад Краст был инструктором в академии. Любил на тренировках подхватывать отстающих в забегах мальчишек заклинанием воздушной петли и сажать на ночь в земляную яму. Как коршун отбившихся от клушки цыплят. Поэтому для тех, кто плохо бегал, не было ничего страшнее его взгляда в спину.

— Охрану усилили, — доложил он и покашлял в кулак. — Целый отряд дозорных пригнали. На том и прокололись. Я передал через новенького вашу записку. Он же принёс ответ.

В груди от внезапной радости сладко заныло. Первая хорошая новость за долгое время! Теперь Анна знала, что брат хочет её спасти. И чем она должна помочь со своей стороны — тоже. Но ответная записка оказалась неожиданно длинной. И нахлынувшее было воодушевление с каждым прочитанным словом угасало.