Шаманка-3. Судьба слепого мага

Глава 17. Счастливая семейная жизнь

Франко сыто улыбался после близости. Румяный, разгорячённый и всё ещё голодный до ласк. Наша страсть напоминала безумие. Что-то глубокое и непостижимое. Многогранное, как осколки разбитого зеркала на полу.

— Подожди, — попросила я, — не вставай. Нужно позвать слуг с веником и совком.

Увлеклись мы с мужем. Падая на кровать, сбили тяжёлый канделябр со столика. Он врезался в зеркало, рухнул на пол и закатился куда-то под комод.

— Забудь, — Франко махнул рукой и потянулся ко мне, чтобы обнять. — Утром уберутся. А если ты захочешь выйти на балкон, я перенесу нас обоих по воздуху.

Ответить я не смогла. Прерванный было поцелуй продолжился. Тягучий, сладкий. И тело отзывалось, мне хотелось ещё, но поболтать хотелось больше.

Исследования источника вышли на первые результаты. Сработал фокус с расширением поля. Теперь оно чувствовалось далеко за пределами трактира “Медвежий угол”. До Белых Сорок и нашего особняка не дошло, но на клочке земли, принадлежащем короне, уже можно было строить задуманную Дартмундом школу. Колыбель новой магической знати. Не мудрено, что учёные академики и чиновники из министерств вцепились в моего мужа мёртвой хваткой. Он уже не успевал вернуться к ужину. Приезжал домой глубокой ночью и уезжал с рассветом. А украденное для нас время предпочитал проводить в постели.

Возражала ли я? Нет, конечно. Но за две недели такого режима, накопилось несколько важных дел, которые хотелось обсудить.

— Стой, — рассмеялась я, когда Франко впился поцелуем в шею. — Неугомонный. Ты так похудеешь. Почти не ешь, не спишь. Пропадаешь на источнике целыми сутками. Всех денег не заработаешь, как говорила моя бабушка.

— Не в золоте дело, — он всё-таки отпустил меня и лёг рядом. — Мне нравится то, чем я занимаюсь. Обуздать источник с чёрным уровнем силы, найти к нему ключик — возбуждает почти так же, как близость твоего тела. Я доволен жизнью. Я счастлив как никогда.

Ценное признание. Приятное, к тому же. Да, моего непосредственного вклада в исследование не было, но я помогала развивать бессалийскую магическую науку, как жена. Делала счастливым своего мужа.

— Одного не хватает, — вдруг продолжил он очень тихо, — нашего сына или дочери. Сколько месяцев прошло со дня свадьбы? Синэрий обещал, что я верну глаза, но запущенной регенерации не хватило даже на то, чтобы я состоялся как мужчина.

— Глупости говоришь, — перебила я. — Беременность с первого раза наступает только в книгах. Или в насмешку над теми, кто детей не хочет. Всем остальным нужно время. Я здорова, ты тоже. Иначе Мари не отпустила бы нас с осмотра так легко. Всё получится. Просто жди.

Франко замер на мгновение и медленно выдохнул. Я понимала его расстройство. Сама каждый цикл прислушивалась к телу, переживая, что долгожданные признаки не появляются. Куда запропастилась тяга к солёным огурцам? Где моя плаксивость и перепады настроения? Прибавка в весе, квадратная талия, отяжелевшие ноги — не было ничего. Зато “красные кхмеры” восставали чётко по графику. Мне даже плакать хотелось. Каждый раз, когда бельё пачкалось кровью, я теряла частицу веры в себя.

Неужели страх перед родами из прошлой жизни настолько силён? Неужели у меня он отражается, как у Эрдама Гаудамо висящая плетью рука? Вроде бы все женские органы есть, они здоровы, но не работают как надо. Психологическое бесплодие. И если верить репродуктологам с Земли, ситуация исправлялась только с помощью ЭКО. Оплодотворением в пробирке. Вне тела.

Но где ЭКО, а где магический мир? Здесь акушерки из санатория для тёмных леди могли предложить грязевые ванны. Диету на травах, выращенных в храме Диты, богини-матери. Упражнения, прогулки, здоровый сон. Ага, я узнавала. В последнем письме Мари не без сожаления писала, что меня не от чего лечить. “А раз так, то нужно всего лишь найти внутренний покой. Расслабиться. Забыть на время, что хочешь забеременеть”.

Отпустить ситуацию, выражаясь по-современному. Или взять бубен, спуститься в бездну и выкорчевать с корнем боль принцессы Укок. Жаль, у меня не получалось ни того, ни другого. Слишком много было “похоронено”. Я тонула в чёрном болоте. Задыхалась от жара и захлёбывалась криком. Потому и нужен шаман-проводник. Тот, кто этой боли не чувствует. Тот, кто смотрит на неё со стороны.

Попросить Этана о помощи? Франко не отпустит меня в клан. Да и не позволит рассказывать о том, что считает личным позором. “Я не состоялся как мужчина”. Хоть об стену головой бейся. Но я поцеловала мужа и перевела разговор на другую тему.

После чудесного исцеления королевского казначея, бесслалийская знать о нас вспомнила. Приглашения на балы и званые вечера стали приходить пачками.

— Анри, конечно, пишет всем, что ты занят, — защебетала я. — Но отказываться скоро станет неприлично. Давай сходим куда-нибудь. В опере новая постановка. После неё будет скромный ужин, как мне написали.

— Всего-то шестьдесят человек? — иронично усмехнулся Франко. — Знаешь, а давай. Наверняка к тебе кто-то хочет напроситься на шаманское лечение, но без моего приглашения стесняется появляться на пороге особняка. В опере проще. Да и на ужине при всех условностях этикета — тоже.

От радости я поцеловала его в нос. Светилу бессалийской науки просто необходимы выходные. А я чуть позже ещё раз напишу Мари.