Шанс для эгоистки

Глава 11

Глава 11
Я хотела спрятаться, исчезнуть на какое-то время. Уж очень я не хотела ехать в военный поход. Пыталась придумать выход из положения, ничего не получалось. Мае, я откровенно сказала, что ехать не хочу. Причину и выдумывать не надо, я боюсь. Она посмеялась над моим страхом, и сказала, что я ей очень нужна. Помимо того что она пытается меня защитить.
Наш господин Калиб Брюса всё время был занят. Все рабыни шушукались между собой обсуждая, что уже много ночей хозяин никого к себе не звал. Обстановка в женском доме была волнительной. В прошлый поход пока хозяина не было, в женском доме происходили разные неприятные происшествия. Как говорится хозяин из дома мыши в пляс. И не только женский дом гудел как рой пчёл, но и весь город. Военный поход намичался очень масштабный. Из всех Мидаров воины съезжались в наш город. Портовый город, именно из него будут отходить военные корабли. За городом вырос огромной палаточный лагерь. Все готовились, провизию свозили, оружие, обмундирование. Все мастеровые старались не покладая рук производя всё необходимое. Войны ожидая похода велись себя разнузданно. Много разных стычек между собой и городским населением. Воинов мужчин хватало, из разных маленьких племён съезжались мужчины и нанимались в наёмники. Для мужчин военный поход был прекрасной возможностью заработать деньги и славу. Всегда в подобных походах обворовывали население и уводили женщин. Так сказать законная добыча сильных. Смерть и увечья мужчин не пугали. Они словно в такие моменты переставали бояться смерти и кидали вызов судьбе. Нас ждало историческое событие по-другому и не скажешь столь масштабный поход.
Перед походом мужчины желали насладиться жизнью по максимуму. Все дома развлечений были переполнены, рабыни в прямом смысле слова умирали под телами ненасытных мужчин. Мая с огромным отвращением возвращаясь в дом здоровья рассказывала, что творится в городе. Она сама без сопровождения охраны не ходила. У неё очень много было работы помимо больных она всё подготавливала все к походу, организовывала. Неоднократно ходила на совещание с нашим господином. Самолично отбирала ткани и всё для перевязки. В дом здоровья всё время свозили просто мешками всевозможные ингредиенты. Мы с сёстрами всё сортировали подписывали делали смеси. Самыми ходовыми смесями из трав это были кровоостанавливающие и обезболивающие. У меня от постоянных перетираний трав просто распух нос. Приходилось прятать лицо. Мелкие частицы травы попадали в нос и всё время раздражали. Глазам тоже было несладко, но защитить их было нечем. Вечерами когда оставались силы мы шили одежду. На континенте куда мы отправляемся, совсем другой климат, более холодный. Поэтому мы готовились к тому, что придется померзнуть.
Я, Мая, и ещё три женщины были приставлены личными рабынями господина во время похода. Поэтому нам предстояло жить непосредственно рядом с ним. За несколько дней до похода глава охраны говорил со всеми нами. Проводил так сказать инструктаж. Рассказал про наши обязанности, долго и много нас пугал. За любую провинность и за любое неразрешенное действие нас будут наказывать. За попытку побега ждёт смерть. Мая слишком проросла корнями в Шандаре, у неё здесь и дети и внуки. Поэтому вряд ли она будет совершать какие-то необдуманные действия. А вот мы рабыни, вполне можем задумать неладное и сбежать, или придать господина. Когда в женском доме узнали, что я буду сопровождать господина все остались недовольны. В последнее время меня шарахались как от прокаженной. А когда узнали, что я еду с ним, смотрели как на врага. Я честно не понимала почему они так себя ведут. Только потом до меня дошло, все эти женщины любили одного мужчину. Вот именно любили, каждая хотела стать для него особенной. А ведь многие даже никогда к нему не прикасались. А всё равно любили, он словно идол которому поклонялись. Я честно не понимала никогда такого. Многих он даже не знал как зовут, они были просто рабынями стирали ему одежду и выполняли другие домашние дела. Понимаю жёны и фаворитки, они самые близкие к его телу и душе. Они конечно тоже меня не очень жаловали смотрели с пренебрежением. За несколько дней до отправки кораблей меня позвали в женский дом якобы у одной из девушек сильные боли в животе. На самом же деле, фаворитки и жёны собрались вместе, чтобы посмотреть на меня. Я ходила всё время в палантине и часто закрывала лицо. Они заставили меня раздеться и показать им себя. Долго смеялись указывая пальцем на мои волосы которые только-только начали расти. Ресницы и брови росли медленнее. Они не стеснялись в выражениях, особенно закутанная в палантин первая жена. Я понимаю, что была больше похожа на юного мальчика, ну такой уж прям страшной себя не считала. Мне было конечно неприятно и обидно, я стояла на них смотрела просто с каменным лицом. В голове крутила только одну мысль - “спасибо высшим силам, что мое здоровье восстановилось. Я могу ходить, говорить и думать. А ведь могла просто умереть или стать калекой от того яда. Волосы вырастут, просто надо подождать. Ну и пусть они смеются, я потерплю”. За тот неприятный момент в моей жизни я собой горжусь, я выдержала все насмешки и оскорбления. Они не увидели у меня ни единой слезинки, и не услышали ни одного слова. Я запомнила оскорбление каждой. Каждая их обидное слово по отношению ко мне и даже моим родителям это камень который я положила в душу. Эти камни я не буду носить всю жизнь, когда вернусь верну им их обратно. После того как я отомстила первой жене во мне словно появилась какая-то сила. Наверное безнаказанность взрастила во мне это чувство. Если с похода я вернусь в этот дом, ух им не сдобровать!
Время пролетело в сборах очень быстро. Вещевые мешки и мешки со всем необходимым были собраны. Настроение у меня было хуже некуда. Внутри словно озеро с очень большими волнами тревоги. Мая, и другие рабыни были заняты мне даже некому было поделиться своей тревогой. В назначенные время мы покинули дом. На телегах нас перевезли в порт, там провели и показали где наша каюта. Показали где готовить рабыням еду для господина, где набирать воду для омовения. В общем полностью проинструктировали. Каждой из нас повесили на шею тонкую цепочку с металлической пластиной . На ней была гравировка, что мы принадлежим господину Калибу Брюса. Также на каждой пластинке имя рабыни. На корабле будут другие женщины, и чтобы никто не позарился на чужую рабыню их так скажем помечали как собственность. Хорошо что хоть клеймо не ставили как скоту.
Господина я увидела только вечером перед тем как корабли стали отходить от берега. Он посмотрел на меня кинув только один взгляд, и мне показалось что он мне улыбнулся. Я давно его не видела, и даже немного соскучилась, когда на него посмотрела где-то глубоко внутри что-то ёкнуло, появилась лёгкое чувство радости. Внешне он абсолютно не изменился в отличие от меня, ну может немного посвежел перестал много пить. В огромной каюте господин находился вместе со своими помощниками и военными командирами. В первую же ночь они пили как не в себя. На развлечения не звали рабынь. У меня почему-то было чувство, что он меня позовет и я плохо спала. Но промаявшись полночи я поняла, что видимо мой внешний вид его отталкивает. Я не сказала бы чтобы я сильно расстроилась. После отравления ядом, некоторые мои взгляды и желания поменялись. Я уже не очень хотела быть обычной рабыней. Я больше не хочу чтобы на меня смотрели свысока другие женщины. Я же говорю, после отравления ядом во мне что-то изменилось, повзрослела, и молодая женщина во мне стала желать большего.
По кораблю нам было позволено передвигаться свободно. Впервые когда я вышла на верхнюю палубу и посмотрела на бескрайние воды моря испытала приступ паники. Несколько дней привыкала к качке. Мне не хватало земли, деревьев травы. Вода меня пугала, я старалась не подниматься больше на палубу. Большую часть времени я находилась в очень маленькой каюте где мы жили впятером. Кровати не было и спали мы все вместе на полу. Заняться особо было мне нечем. Я была помощницей лекаря, и работы у нас пока не было. Три другие рабыни, они ухаживали за каютой господином и готовили ему еду. У них как вы понимаете работы хватало. Но ещё через пару дней работа появилась и у меня. В один из вечеров личный и главный раб господина постучался в нашу каюту и позвал меня.
Я зашла в огромную каюту господина абсолютно спокойная. Он раскинувшись на низкой софе пил вино. Когда я зашла он поднял глаза и заговорил со мной.
-Саира, моя синяя роза. Проходи смелей, я давно хотел с тобой поговорить. Я рад что ты выжила. Мне даже тебя не хватало. Ты можешь говорить, позволяю.
-Приветствую вас господин, ваши речи словно самая сладкая сладость на мою душу. Мне очень приятно знать, что вы думали обо мне.
-Тебе хотелось прийти ко мне?
-И да и нет, скучала очень. Мне было очень страшно увидеть вашу реакцию. Яд сильно испортил мой внешний вид. Мои волосы опали, самое было для меня страшное увидеть отвращение в ваших глазах. Каждый вечер думала о вас, просила богов чтобы они хранили моего великодушного господина. И поскорее излечили моё тело.
-Покажись, разденься. Я хочу увидеть тебя такой какой ты стала. Мая мне рассказала, что последствия яда проходят. И волосы твои начали отрастать, зрение вернулось полностью.
-Да мой господин, и более того теперь ночью я вижу практически как днём.
-Нет худа без добра.
Я снимала с себя одежду и смотрела за реакцией господина. Словно заворожённый он наблюдал за каждым моим движением. Каждое моё движение было выверено, я прекрасно знала как красиво раздеться. Каким боком повернуться, как более эффектно нагнуться. Раньше когда я перед ним раздевалась я улыбалась, в этот раз с холодным лицом я смотрела ему прямо в глаза. Это можно сказать величайшая наглость так себя вести рабыне. А самое удивительное ему это нравилось и я видела это в его глазах. Он покраснел, его дыхание стало частым. Глаза загорелись страстью. Всё что с ним происходило автоматически для себя отмечала.
Несколько часов страсти, у нас с ним никогда так не было. В этот раз старалась не только я но и он. Он даже не пил вина и не отвлекался. Моя внешность жутко его возбуждала. Всё то время, что мы плыли на корабле каждую ночь я проводила с господином. И каждая ночь была не похожа на другую. Он придумывал каждый раз что-то новое. Обмазывал меня с ног до головы ароматными нежными маслами. Ему нравилось как моё тело блестит в свете свечей. Придумывал всевозможные позы для соития. Каждый вечер просил раздевшись стоять неподвижно. И тогда он доставал бумагу и рисовал меня. Мне нравился тот этап жизни. Мне было спокойно, днём я высыпалась, а ночью развлекала господина. Я удивлялась, ему хватало несколько часов для сна. Мы много разговаривали о войне. Господин мне рассказывал про те походы в которых он участвовал. Я всегда осторожно задавала ему вопросы и он им удивлялся. У женщин всегда другое видение событий. Некоторые вопросы даже вводили его в ступор. Я как наблюдатель всегда подмечаю детали, и из них складываю картину. Мне кажется он даже удивился моей такой способности. За тот период пока мы плыли мы стали ближе. По крайней мере я так думала. Ну к великому сожалению хорошее, плохое, всегда чередуется. Светлая полоса, тёмная полоса. Всегда думала почему не бывает чего-то промежуточного, серого.
До материка мы плыли две недели. Большая армада кораблей плыла навстречу с новой землёй, с чужой. Я прекрасно понимала, что мы агрессоры. Но своё мнение всегда держала при себе. Войны поддерживали свой дух как могли. Первый раз когда я услышала как воины поют песню все вместе я даже испугалась. Эта песня словно молитва для бога войны. Все мужчины на всех кораблях в одно и то же время начинали петь. Зрелище конечно потрясающее, один раз я даже вышла на палубу чтобы это посмотреть. Прижав руку к сердцу мужчины стоя пели песню. Слова конечно чудовищные, просьбы у бога только выжить и помочь убить врага. Корабль на котором я плыла был в десятке первых, а следом за ним сотня других.
Увидев наконец землю стало очень радостно. Я с великим наслаждением почувствовала ногами землю. Когда наконец из шатающиеся шлюпки вышла на берег. Доплыть оказалось ещё не самое трудной задачей для хана. А вот сойти на берег и организовать войска это не просто. Творился полный хаос. Люди терялись, кричали, искали своих командиров. Люди, кони, всё смешалось! Я очень боялась потеряться, и как неразумный ребенок все время хваталась за свою наставницу.
Побережье оказалось очень удобным для того чтобы как можно ближе подошли корабли. Широкая полоса суши с мелким камнем. Места было очень много абсолютно ровное побережье. Несколько дней флот Шандарского ханства сходил на берег. Шатры ставили только для хана ,командиров и тех кто был в совете. Обычные войны и рабы спали под открытым небом. Долго находиться на берегу командиры не планировали. Хан, и его приближенные жили в хороших условиях. Моя же первая ночь под открытым небом прошла ужасно. Погода стояла хоть и тёплая но всё равно спать под открытым небом мне было некомфортно.
Хана Машита Брюса я увидела впервые случайно. На рассвете солнце только показалось из-за горизонта окрашивая море в рассветные краски. Я проснулась от голосов, мужчины собирались на совет с ханом. Я спала рядом с шатром своего господина и слышала сборы. Мимо меня прошёл мужчина очень высокого роста с густой и длинной черной бородой. Одет он был как обычный воин, вот только цепь на его шее с огромным алмазом посередине кулона говорила о том, что он не простой воин. Мая меня толкнула в бок и прошептала, что это главный Хан. Он зашёл в шатёр моего господина и они стали о чём-то спорить. Я знала что господин является братом хана.
Потом был долгий и нудный переход в глубь материка. Я не буду описывать все трудности перехода. Одно скажу было очень трудно идти пешком. Мы двигались медленно. Хан собрал очень большую армию. И нам ещё повезло что мы шли впереди, тем кто шёл за нами было сложнее глотать пыль от копыт лошадей. Обозы с провизией и всем необходимым двигались самые последние. Днём практически не останавливались, весь день шли и только вечером обустраивали лагерь. Питание было скудным, с водой иногда тоже были перебои. Мне повезло что я периодически проводила ночью с господином. После того как делала ему омовение он разрешал искупаться мне. Господин постоянно был задумчив. Война дело сложное. Иногда бывало что он полночи проводил в шатре хана. Пока был переход никто не употреблял алкоголь это было строго запрещено. Войны вели себя достаточно спокойно. Все так уставали за время дневного перехода, что вечером не находилось сил для стычек. В армии был жёсткий порядок. Это я всё узнавала от других рабынь. И кстати говоря рабы мужчины нашего господина оказались очень слова охотливые. Они похлеще женщин сплетничали. Это даже было забавно. На нас рабынь господина никто не засматривался. Прекрасно знали, что могут лишиться глаз и рук. Поэтому я не боялась ходить по лагерю, конечно тоже были определённые правила. Женщины рабыни должны ходить низко опустив голову. Нам было запрещено смотреть в глаза другим мужчинам чтобы не вызывать в них желания. В конце каравана ехали несколько обозов с женщинами для мужских утех. Вот их мне было искренне жаль. Что такое несколько десятков женщин для тысяч мужчин…
Долгое время ничего не происходило мы просто шли и шли. Прошло двенадцать дней, я даже расслабилась. В моей голове тогда юной, даже были такие надежды, что кровавых сражений не будет. Ну кто в здравом уме будет сопротивляться такой огромной армии?! Разве можно победить таких сильных и отважных воинов? Многие войны прошли не одно сражение.
Погода благоволила, и мне очень нравилась природа. Климат очень приятный, не было изнывающей жары как на нашем континенте. По ночам даже было прохладно. Кони с повозками с лёгкостью преодолевали дорогу. Конечно иногда дороги абсолютно не было, и приходилось идти и по высокой траве и по камням. Не единожды приходилось толкать повозку. В общем было трудно, но терпимо.
В один из вечеров я проводила в шатре у господина. После наших развлечений расслабленный и довольный господин сказал мне.
-Скоро первый город, доносчики и разведчики докладывают, что город защищён. А значит предстоит осада.
-Значит скоро у нас появится работа, лечить раненых.
-Да, ты готова?
-Нет, разве можно быть к такому готовой?
-Первая война всегда сложная.
-Я буду за вами присматривать мой господин!
-Ну спасибо роза. Теперь я буду абсолютно спокоен!-Засмеялся в голос.
-Господин, можно я задам вам вопрос?
-Да
-Я слышала как вы ругались с Машитом Брюсой вашим братом. У вас хорошие отношения?
-У тех кто у власти не бывает хороших отношений. Бывают выгодные, а вот хороших нет. У нас с братом разные взгляды на некоторые вещи и мы спорим.
-В командование армии, много моих родственников. И мы все спорим, это нормально не переживай. У тебя есть оружие?
-Нет, зачем мне оружие?
-Война непредсказуема. Ты тоже воин, пусть и борешься за жизнь людей.
Господин поднялся с низких подушек, подошёл к столу и открыл небольшой сундук. Достал оттуда маленький нож, таким ножом открывают письма. Вытащил его из ножен посмотрел и проверил как он заточен. Потом протянул мне.
-Носи с собой, пусть будет. Если настанет момент когда придётся выбирать свою жизнь или жизнь врага всегда выбирай свою. Даже не задумывайся, инстинкты выживания у тебя в крови не сопротивляйся ему.
Господин много дарил мне раньше подарков, мне было приятно и даже лестно. Что обычная рабыня получает не хуже подарки чем его наложницы и жёны. Ну вот именно нож получить от него было невероятно приятно. Это просто высшее доверие ко мне ведь я с ним провожу много времени. И значит он не боится получить этим ножом себе в сердце. Я была даже немного растрогана.