Шанс на спасение

Воздух

Темнота. Мое сознание было затуманено ею. Она проникала во все уголки моей тяжелой головы, и лишь душа оставалась нетронутой.

Я проснулся посреди пустого города. Чей-то сухой кашель резко ударил по моим ушам. Открыв глаза и вдохнув немного воздуха, я почувствовал, что задыхаюсь. Что-то явно было не так. И вовсе не со мной, а с тем, что происходило вокруг. Прокашлявшись, я понял: в воздухе что-то переменилось. Будто стало вовсе нечем дышать. Я с трудом поднялся с земли и, отряхивая свои штаны от пыли, огляделся вокруг. Никого не было.

Смутно понимая, что здесь произошло на самом деле, я охватил взглядом город. Дома стояли серые и безжизненные, словно в них никогда не резвились шаловливые дети, словно никто и никогда не рассказывал им сказки перед сном, словно здесь никогда и вовсе не было людей...

Я побрел по улице, слабо перебирая ногами. Моя голова сильно кружилась. Наверное, от недостатка кислорода в легких. Я подошел к зданию и, опираясь на угол мощной кирпичной стены, в сравнении с которой выглядел полным ничтожеством, перевел дух. На ум непроизвольно пришла цитата из какой-то давно позабывшейся книги: «Каждый наш шаг — это баланс между падением и равновесием». Перебирание тусклых страниц, длинные строчки, сон... Почувствовав опору, мои ноги начали медленно расслабляться и отказывать в дальнейшем перемещении. Тело потихоньку сползало вниз по стене. И вдруг... я почувствовал, что кто-то сзади ударил меня по голове.

Очнувшись, я увидел незнакомку. Она сидела около меня и тихо плакала. Ее щеки становились все краснее от того, что она вытирала лицо, и всего за пару секунд я уже успел проникнуться жалостью к этой девочке. На вид ей было всего лет четырнадцать. Лица ее я не видел, она закрыла его своими худыми ручками, которые были ничуть не толще ее ног. Она и не заметила, что я пришел в себя, и это оказалось мне только на руку. Я попытался вспомнить, что произошло, и, увидев недалеко от девочки лежащий на земле камень с маленьким, но четким пятном крови, все понял. «Боже, так это что, моя кровь?!» — пронеслось у меня в голове, и я тут же необдуманно потянул затекшую руку наверх, старчески кряхтя и завывая (хоть это и было мне совсем не по возрасту).

Заметив, что я начал двигаться, девочка с криками вскочила с места:

— Вы... вы живы? Вы живы?! — то ли с отчаянием, то ли с надеждой прокричала она.

— Жив-жив, — с небольшой долей сожаления прошептал я.

— Но как вы?.. Я же вас убила, — выдавила она сквозь слезы.

— Видимо, ты не мастер в этом деле, — держась за голову и приподнимаясь с асфальта, саркастически проговорил я.

Она была напугана. Я тоже. Мы оба смотрели друг на друга, и оба не знали, что произойдет в следующие минуты. И вот когда я по одним только ее глазам понял, что она не собирается меня убивать, не выдержал и решил разрядить накалившуюся обстановку.

— Так как тебя зовут?

— М... Морена, — недоверчиво проговорила она.

— Будем знакомы, — сказал я с улыбкой. Ей нужно было знать, что я не попытаюсь отомстить за это происшествие. Нам обоим следовало бы начать сначала. — Можешь сказать, что здесь произошло? Вернее... то, что ты ударила меня, я уже понял, — я на секунду замешкался. — Давай забудем об этом. Лучше скажи, почему ты на меня вообще напала? Я ведь ничего не сделал. И... — оглядевшись, я снова перевел взгляд на собеседницу. — Что произошло с городом?

Взгляд Морены стал мягче, мышцы лица расслабились, но глаза и поза оставались скованными. Немного помедлив и удостоверившись, что я не представляю для нее никакой опасности, она собралась с мыслями и начала рассказывать все по порядку.

— Я жила здесь вместе со своей семьей еще до начала ВНК. Но как только о ней сообщили, наша жизнь очень изменилась.

— Прости, что ты сказала? ВНК? — перебил я. По лицу девочки явно скользнуло непонимание. «Что за глупый вопрос?» — шептали мне ее глаза.

— Всемирная нехватка кислорода. Об этом же всем давно известно. По телевидению, по радио рассказывали. Третий год пошел, — сбросив с лица маску недоверия, она аккуратно протянула руку к моей голове. На ее молодом лице вдруг выступили грустные морщинки. — Как вы? Я не слишком сильно ударила вас по затылку? — виновато спросила девочка. Складки на ее лбу вдруг стали еще глубже. Мне даже показалось, что они похожи на огромные скалистые хребты.

— Нет-нет, я просто... Просто я действительно сильно ударился, — соврал я. — Так что дальше?

— Сначала закрыли торговые центры, школы и садики. Мы с моим младшим братом очень радовались, что домашку можно больше не делать, — по ее губам непроизвольно растянулась теплая улыбка. — Мы проводили много времени вместе. Играли, смотрели разные фильмы, — и вдруг глубокие складки снова полезли на ее лоб. — Но нам перестало быть весело, когда взрослым сказали, что выходить на работу им больше нельзя. Мама с папой начали часто ругаться. И у нас дома почти не осталось еды...

А дальше у нас все происходило так же, как и в остальных городах, — продолжала она, ненадолго прервавшись. — Всех охватывала паника, многие бежали из города к родственникам или знакомым. В общем, в те места, где с пищей дела обстояли еще хорошо. А другие находили себе убежище или скрывались в бункерах. Прятались подальше от людей, которые незаконно тратили «их часть воздуха», — девочка тяжело вздохнула. — Те же, кто все-таки смог сохранить свою жизнь в городах, выживали как могли. Им оставался только один вариант: запираться дома. И моя семья делала то же самое.

Чем больше было людей поблизости, тем меньше оставалось кислорода. Большинство умирало от его нехватки, остальные же со временем начали звереть*. В буквальном смысле, — прошептала она и тут же поймала мой недоумевающий взгляд. Ей пришлось объяснить подробнее, чтобы я понял истинный смысл сказанных слов. — Мои родители объединились с парой семей и по ночам убивали общих соседей. Только это варварство* помогало нам выживать на протяжении долгого времени. Они постоянно говорили мне, что если я хочу выжить, то просто обязана буду убивать других. — По лицу Морены вдруг потекли слезы. Задыхаясь, она поняла, что слишком часто задышала, и тут же заставила себя успокоиться. — Они говорили, что я обязана защищать младшего брата, если с ними вдруг что-то случится...