Шанс на жизнь

Глава 3.2

Риордан Соррель

Не знаю точно, что именно дёрнуло меня отозваться на вопрос ведущего конкурса: «Что совсем никто не хочет даже попытаться побить его рекорд?». Но я не пожалел о своём спонтанном решении – было очень приятно наблюдать удивление от моей безоговорочной победы на лицах этих заносчивых магов, считающих, что оборотни не способны в магмеханике вообще ни на что. Но ещё сладостнее вдруг осознать, что Кристаллина всей душой болела за меня и в отличие от остальных действительно обрадовалась моей победе. Наверное, я мог бы справиться со сборкой механизма чуть быстрее, но не отказывал себе в удовольствии между делом посматривать за её реакцией, и в этом раунде, за тем, как продвигается дело у моего соперника в конкурсе – она даже не следила. А с затаённым волнением внимательно наблюдала лишь за моими действиями – это воодушевляло, мне не хотелось подвести её честную веру в меня, тем более после того, как она открыто посодействовала появлению в моих руках инструментов. Лишь её эмоции мне оказались важны, её искренние переживания подзадоривали, хотелось узнать, как же герцогиня себя поведёт в случае моей победы. И если изначально я планировал продолжить наблюдать за девушкой лишь со стороны, то когда она меня от самого сердца, не боясь осуждения от окружающих, поздравила с победой…

Я решил проверить: «Пойдёт ли она на явное проявление внимания к моей персоне и дальше?» – и Кристаллина с радостью согласилась при всех составить мне компанию. А если учесть, что она, похоже, реально не знает о предстоящей нам с ней помолвке, то всё складывается совсем уж для меня неожиданно, но очень интересно и, признаться, это было приятно. Хотя, в том, что моя невеста – совершенно не типичная магичка, я понял ещё в тот момент, когда она единственная на этом мероприятии поняла мою шутку про неуместный конкурс, но более того – она её оценила. Я успел отметить её задорную, хоть и на миг мелькнувшую, на губах улыбку и смешинки в сапфировых глазах. В сумме по её поведению выходило так, будто у неё одной в этом зале не было предвзятого отношения к двуликим, а о предрассудках на наш счёт, в которые явно верили все её друзья, она как будто и не слышала никогда вовсе…

Раздумывал я, обо всём этом пока мы шли с ней по залу, продолжая с увлечённостью наблюдать за этой незаурядной девушкой, навязываемой мне в жёны. Герцогиня же всю дорогу с интересом рассматривала окружающий интерьер, впрочем, иногда, словно осознавая, что слишком увлеклась, с усилием переводила взгляд под ноги или смущённо улыбалась. А когда мы оказались у стола, то меня не покидала мысль: «Странная. Какая же она всё-таки странная…» – я уже совсем не представлял, как относиться к тому, что вижу…

Даже на простую еду она реагировала так же, как на всё ранее – как-то по-детски восхищённо. Она со счастливой улыбкой набирала себе на тарелку всех представленных закусок по штучке, словно была не в курсе своих собственных вкусовых предпочтений.

А как она ела – смаковала каждый кусочек, словно боялась не распознать все оттенки вкуса блюда, и при этом на её лице было столько наслаждения от тарталетки с икрой, что казалось, будто у неё в руках самая вкусная на этой планете. А когда она ела пирожное, то вовсе не удержалась и закатила глаза от блаженства, будто оно настолько вкусное, словно его для неё готовили сами ангелы. У меня на тарелке было такое же, я попробовал, и моё – оказалось обычным неплохим десертом. Но мой прагматизм разбивался в дребезги, когда видел её реакцию на следующий укус. Я вдруг поймал себя на том, что просто не могу оторвать от неё взгляд, мне нравится наблюдать её откровенные эмоции, считывать их с её симпатичного личика. «Что же такого восхитительного ты находишь в этом? Расскажи, что ты чувствуешь? Опиши это? Я хочу распробовать в своём десерте то же самое…» – вопросы, которые хотели сорваться у меня с языка, но я так и не рискнул попросить её об этом вслух, боясь смутить своими комментариями.

Над её верхней губой осталось небольшое облачко крема, и я вдруг понял, что хочу наклониться и слизнуть его с её нежных губ. И только от одного представления этого действия и дальнейшего поцелуя – по телу поднялся приятный жар, предвещая невероятное наслаждение от этого процесса.

«Мммхх… – чуть было не простонал вслух – Всевышняя Бездна, да Что со мной? Дан! Возьми себя в руки! Она – магичка, а ты так на неё реагируешь просто потому, что представлял себе герцогиню Кристаллину Лагранж – совершенно другой. И уж совсем никак не ожидал увидеть это нежное и искреннее, с восторгом взирающее на мир ангельское создание – с которым ты теперь не знаешь, что дальше делать…»

- Крисс, – неожиданно обнаружил, что мой голос немного сел, видимо, от сладкого, – Кхм-кхм, – постарался придать ему прежнее нормальное состояние, – У Вас над губой… – но недоговорил и сам аккуратным движением подушечкой большого пальца стёр след от крема, и словно невзначай слегка задел нежную, словно лепесток цветка, розовую кожу её чувственных губ.

Девушка от моего прикосновения слегка вздрогнула и, раскрасневшись, засмущалась, а я окончательно осознал: «Поздравляю, Дан! Похоже, что ты ей тоже очень нравишься. А твои планы на эту поездку и разговор с девушкой на счёт того, каким ты видишь ваш навязанный политический брак – в топку. Но что будет потом, когда ты встретишь свою Истинную пару – Драконицу? Ведь магичка истинной парой дракону быть не может же? Правда? Но отчего же тогда то, что к ней чувствую так на это похоже? А ведь она даже не знает, что мы почти помолвлены. И что делать? Сообщить ей прямо и сейчас или…»

«Или…» – будет интереснее, не сумев сдержать предвкушающую улыбку, посмотрел ей в глаза, в глубине которых мерцал яркий огонёк, который словно гипнотизировал и манил меня к себе. Не знаю, что будет дальше, но, похоже, что я был не прав – этот брак, возможно – прекрасная идея. Особенно, если получу её согласие на него, продиктованное её собственным желанием, а не навязанной политической необходимостью. У меня на это есть целый учебный год, а заодно будет время разобраться действительно ли то, что мы чувствуем друг к другу – притяжение истинной пары.