Шарлотта. Я служу Тьме

II ЧАСТЬ (7)

***

Территории клана Сен-Мирэ очень обширны и по большей части располагаются под землёй, наверху находится лишь где-то одна десятая от общего количества. Красивые, но уж очень запутанные лабиринты клана внушают уважение, но и страх. Добавить к этому ещё и соседей тёмных эльфов – минотавров, ящеров и змееоборотней – и становится понятно, почему гости на их территориях бывают редко.

Я сама у тёмных эльфов бывала не то, чтобы слишком часто – лишь пару раз, когда сопровождала лэра Блейка, будучи ещё его ученицей. Наставник как раз происходил из клана Сен-Мирэ и изредка навещал отчий дом, хотя от его родственников почти никого не осталось в живых.

Но вот в резиденции первого главы клана Сен-Мирэ мне бывать ещё не приходилось. Полюбоваться на неё со стороны не получилось – мы с Ноэлем воспользовались стационарным порталом Шарэ-Ноу, который перенёс нас сразу же в телепортационный зал внутри резиденции. Там нас встретила парочка стражей, которые вежливо, словно бы лишь для проформы, поинтересовались целью нашего визита и один из них тут же отрядился нас проводить. Ноэль отмахнулся от сопровождения со словами, мол, он лучше стража знает, где находится его мать. Возразить эльф не посмел.

Я увлечённо крутила головой по сторонам, но особой разницы в интерьерах с обычными тёмными домами не заметила. Единственное явно отличие – в окна бьёт не дневной свет, а искусственный белый, исходящий от световых кристаллов, которыми, как я знаю, богато утыканы все жилые пещеры эльфов. Но к этому я уже тоже привыкла, несколько раз побывав в доме Наставника.

Ноэль по сторонам не смотрел вообще: было видно, что он здесь настолько частый гость, что и с закрытыми глазами опишет окружение. В присутствии посторонних он, кстати, вёл себя довольно отстранённо, не пытался меня обнимать или брать за руку: видимо, понимал, что я всё ещё против таких демонстраций. Ну, либо поддерживал статус беспристрастного Долэ, кто знает, какая у него репутация у тёмных эльфов... Последние, к слову, периодически попадались нам по пути, но только раскланивались и не решались с нами заговорить. Я же, глядя на эльфиек, в который раз убеждалась, что при дворе они одеваются ещё довольно скромно – те тряпочки, в которых большая часть здесь щеголяла, было сложно назвать таким гордым словом как “платье”. Нет, если с десяток этих тряпочек сшить вместе, то, может, какое-нибудь более-менее приличное платье и получится... В общем, я в белой закрытой рубашке с объёмными рукавами и тёмно-фиолетовом костюме двойке из жилета и юбки в пол выглядела благочестивой монашкой из Ордена Света, попавшей в бордель. Но что поделать – я хотела встретиться с илэр Амиталой, а не провоцировать Ноэля на продолжение нашего... кхм... “общения”. Впрочем, того мой целомудренный наряд ничем не смутил, и он всё равно попытался “спровоцироваться”. Еле отбилась...

Наконец мы зашли в какую-то просторную гостиную, где находилось с десяток эльфиек. Стоило только Ноэлю распахнуть двери, как они все резко развернулись к нам, их острые ушки буквально встали торчком, а глаза любопытно засверкали. Мне от такого внимания аж захотелось попятиться, но потом я вспомнила о своём положении и храбро шагнула вслед за Ноэлем. Тот же не обратил ровным счётом никакого внимания на такое любопытство и бодро произнёс:

– Приветствую, уважаемые илэр! – и тут же, не дожидаясь ответа: – Попрошу оставить нас с матушкой и сестрицей.

Эльфийки мгновенно подорвались и вылетели в ближайшие двери. Одна же из двух оставшихся девушек вдруг резко подскочила и кинулась к Ноэлю:

– Братик! – и повисла на шее у того.

– Привет, Дели, – мужчина обнял девушку в ответ и поцеловал в щёку.

– Здравствуй, милый, – с улыбкой поднялась вторая девушка, неторопливо подходя к нам.

Аделаида (я кое-как, скрипя мозгами, вспомнила имя сестры Ноэля) наконец отлепилась от брата, и я смогла нормально разглядеть и её.

Ну, что сказать? Если сходство у Амиталы с сыном я ещё могла как-то найти, то вот Аделаида с братом оказались не похожи вообще. Аделаида – хрупкая тоненькая эльфиечка невысокого роста с длинной копной прямых иссиня-чёрных искрящихся волос; кукольные черты лица делают её ещё более невинной и скрадывают возраст; большущие ярко-голубые глаза при этом сверкают лукаво и ехидно. Амитала же напротив оказалась выше дочери, вместо тонкокостности – стройность и невероятная грация. Черты лица, хоть в чём-то и унаследованные Аделаидой, тем не менее не содержали никакой кукольности, будучи более хищными и... порочными? А вот цвет глаз и даже их выражение оказались точь-в-точь как у дочери. Окончательно добили меня аккуратные эльфийские ушки, выглядывающие из тёмно-шоколадных кудрей, спускающихся небрежными волнами на её плечи.

Пока я рассматривала илэр, они занимались тем же в отношении меня. Перейти паузе из вежливой в затянувшуюся не дал Ноэль:

– Шарли, познакомься с моей матерью, илэр Амиталой, и сестрой, илэр Аделаидой. Мама, Дели, позвольте представить вам Долэ Шарлотту Аари.

Формальное знакомство наконец состоялось, мы вежливо раскланялись, и илэр Амитала на правах хозяйки пригласила нас присесть и кликнула слуг обновить чай и сладости. Приказ был исполнен молниеносно, так что к разговору мы приступили уже за чаем. Обе родственницы Ноэля поглядывали на меня с любопытством, явно не понимая, зачем дракон привёл меня. Я начинать разговор не собиралась, скинув проблему на мужчину. Тот решил не церемониться и в лоб заявил: