Шатакараба. Школа адар Том 2, часть 1

1.4

* * *

Додинар очнулся на земле. Тело колотило ознобом, руки и ноги ослабли и еле двигались. Над головой висело бесконечное тёмное ничто. Он моргнул, раз, другой, по щекам сами собой скатились слёзы. Постепенно сквозь тьму начал просачиваться свет. Маленьких искорок становились больше, они ширились и мерцали. Звёзды?

Где это он?

Додинар попытался сесть, но мышцы плохо слушались. Он с трудом приподнял голову, потом сел, опираясь на дрожащие руки. Каждое движение вызывало боль, будто тело стало невероятно тяжёлым. Приходилось напрягать все силы, чтобы заставить его шевелиться.

Что случилось?

Глаза немного привыкли к темноте, и он разглядел прозрачные стены. Высоченные сосны за ними изгибались и дробились на части кривым стеклом.

Он всё ещё во Дворце дождей. В хтоновом лабиринте, где кристаллические столбы вырастают там, где их только что не было. Путая. Пугая. Даже эта комната стала другой. Потолок опустился, стены сдавливали со всех сторон.

Додинар пополз на четвереньках, пока не стукнулся лбом о преграду, невидимую в темноте, и снова оглушительно чихнул, так что в глазах потемнело. Из носа текло. Колени болели, видимо, от прошлого падения. Он переборол головокружение и встал, придерживаясь руками за стену, и пошёл, ощупывая путь перед собой.

Под ногами что-то лежало. В темноте было трудно разобрать, но судя по форме — черепа и кости. Додинар дотронулся и потом долго пытался оттереть пальцы о край сюртука, будто смерть с них могла перейти на него. Некоторые кости были большими, и он старался не думать, чьи они, и только аккуратно перешагивал, пока не наткнулся на полусгнившую звериную шкуру. Она лежала оплывшим сугробом, и Додинар чуть не провалился в неё ногой, в последний момент успев отскочить и только слегка задев. Вонь поднялась удушливым облаком. Додинар зажал нос и боком-боком обошёл гадость вдоль стены.

Ловушка. Это ловушка! Он тут останется навсегда. Обессилеет, упадёт, истлеет.

Додинар метался в узких коридорах. Проходы путали и ветвились, то сужались, то раздавались вширь. Местами он протискивался боком, а потом тоннель стал таким низким, что пришлось ползти на животе, обдирая лопатки о жёсткие края, до тех пор, пока не ткнулся лбом в стекло. Тупик. Додинар задёргался. Назад? Нет, никак. Потолок крючьями цеплялся за одежду. Застрял! Теперь он точно останется здесь. Или стены сожмутся и раздавят! Тогда он будет, как та птица, вечно смотреть сквозь стекло мутными глазами. Додинар закричал, дёрнул единственно свободной рукой — и угодил локтем в широкую дыру. Оттуда веяло прохладным воздухом, холодило мокрую шею и бок — или так только казалось?

Додинар глубоко задышал. Успокоиться. Сейчас надо успокоиться. Вдох. Выдох. Вдох. Сердце колотилось, как бешеное. Горло сдавило спазмом. Спокойно! Это не конец. Выдох. Вдох. На новом выдохе он прижался к полу и осторожно толкнулся назад, упираясь ладонями и пальцами ног. Получилось чуть-чуть сдвинуться. Ещё немного. Ещё. Вот и боковой лаз. Додинар изогнулся и протиснулся в него — и вдруг заскользил, как с ледяной горки. Бух!

Внизу оказалось чуть свободней, и потому удалось подняться. Колени дрожали. Стволы сосен за стеклом, напротив, проявились чётче и ясней. Он просто приблизился к наружной стене, или… Так и есть. Небо начало сереть. Звёзды потускнели. Что случится, когда рассветёт? Дворец дождей снова переместится? От одной мысли ему подурнело.

Додинар побежал по коридору, спотыкаясь и оскальзываясь. И вдруг очутился у совсем прозрачной стены. Это же выход! Он сунулся наружу, внезапно потерял опору и кубарем скатился вниз. Тут же в панике зашарил вокруг, убеждаясь: под ним земля, жёсткая осенняя трава, сухая хвоя. Он отполз в сторону и только там позволил себе упасть без сил.

На пороге за его спиной лежал засохший кусок тыквенного пирога, но в предутренних сумерках его было почти невозможно различить. Скоро весь Дворец дождей задрожал, подёрнулся рябью, как будто по его стенам стекали струи воды, и исчез. Растаял в сером мареве.