Шатакараба. Школа адар Том 2, часть 1

2.2

День перевалил за середину, когда наконец показались дома, огороженные бревенчатым частоколом, как на картинках в книгах. К этому моменту пальцы уже плохо слушались, ветер продувал насквозь. Снова посыпалась снежная крупа. Додинар ускорил шаг, почти побежал, но подойдя ближе, встал столбом.

Поселение было странным, не похожим ни на одно другое. Угрюмые стены без флагов и фонарей, без лент и соломенных кручёнок, будто вчера не было праздника. У прикрытых ворот — никого. Только брякали на ветру привешенные пластинки старинных защитных амулетов. Заброшенный посёлок? Тут что-то случилось? Додинар прислушался. Нет, изнутри явно раздавались голоса. Он поколебался и вошёл, иначе где ему узнать о станции? А ещё было бы неплохо согреться и попросить хоть немного еды. Ему нечем заплатить, но может, добрые люди помогут и так? Добрых — большинство.

На боковых столбах сидели птички, такие же, как в лесу, только крупней и детальнее сделанные: на груди узор из перьев, а в глазах чёрные камушки, отчего казалось, что охранные амулеты смотрят, как живые.

Сразу за воротами тянулась пара низких строений без окон, похожих на склады. За ними вразнобой стояли бревенчатые домики, какие бывают в деревнях — маленькие окошки со ставнями, треугольные крыши. Улица плелась между ними, как хотела, постепенно взбираясь всё выше к горе.

Додинар шёл на голоса и вскоре увидел людей. Мальчики его возраста сидели на корточках у ступеней высокого крыльца и о чём-то спорили. Нет, играли.

— Эй! Как кидаешь? Тут мой камень первым лежал!

— Пф! Был твой, стал мой!

— Врёшь! Дай сюда.

— Нишкни! Щас эта как услышит, всем надаёт!

Додинар вежливо кашлянул, но никто даже не повернулся. Один из ребят толкнул другого локтем, тот отшатнулся, в просвете мелькнули отчерченная на земле бороздка и горсть цветных камней.

— Щас я! — мальчик понизил голос, видимо, опасаясь «эту»: — Глянь как надо!

Он наклонился, упёршись левым кулаком, прицелился и метнул камешек. Тот ударился о землю, столкнув пару других, отскочил и лёг аккурат поперёк борозды.

— Во! Теперь ты мне должен!

Кто-то досадливо цыкнул.

Додинар устал ждать, когда его увидят, и подошёл почти вплотную.

— Ребят, подскажите, где тут ближайшая станция?

Мальчики повернулись и уставились на пришельца.

— Ты в Порядке? — поднялся с корточек один из них.

Он сунул руки за пояс широких штанов и смотрел с прищуром. Длинная чёлка упала на нос.

— Я-то в порядке. Только немного заблудился. Покажите, где станция у вас? Далеко?

Ребята переглянулись. Встали. Кто-то сгрёб в карман камешки.

— В порядке он!

Мальчик с чёлкой сплюнул и шагнул навстречу, это движение Додинару чем-то не понравилось. Он еле удержался, чтобы не попятиться.

— Гля, парни! Во цаца, а?

В один миг его окружили, беззастенчиво разглядывая одежду. Додинар сглотнул. Да, он успел порядком испачкаться и порвать рукав, но это ж не повод относиться к нему… вот так?

— Ребят, — повторил он, — в этом районе нет станции? Скажите, где она, и я пойду.

— Во расфуфырился-то, а?

— Ты откуда такой?

— Из Тангской инженерной школы.

Даже в таком глухом углу должны были про неё слышать. Не совсем же они дикие, да? Додинар на всякий случай ткнул пальцем в школьный значок на отвороте сюртука.

— Чё? — переспросил заводила и расхохотался. От него несло чесноком. — Ты где тут школу увидел?

Додинар поморщился и на всякий случай уточнил, проговаривая, как для детей:

— Не здесь, в Танги. Я инженером буду. Поезда строить.

— Жоха, гля! Он чудной какой-то.

— А шмотьё ничё так.

— Может, он того? Из города?

— Сам ты того! — Жоха отвесил щелбан приятелю. Тот зашипел, схватившись за лоб. — Обоз видел? Нет! Чего б он один припёрся?

Они говорили так, словно Додинара тут не было. Он попятился.

— Извините, я тогда пойду. Спешу. Мне на станцию надо.

Не стоять же тут с этими?

— Слышь, ты, Станция. А сыграй с нами.

Ребята обступили Додинара, кто-то ухватил за рукав и сунул в ладонь плоский камешек.

— Кидай!

— Я не хочу играть! Даже правил не знаю!

— Да тут всё просто!

Его подтолкнули к прочерченным на земле линиям.

— Я не буду играть! — Додинар выкинул камешек в сторону.

— Не попал! — расплылся в ухмылке Жоха, — Шмотки гони и иди куда хошь.

— Чт-то вы говорите?

— Шмотки, грю, гони! Давай сюда!

Додинар шарахнулся, но его схватили за руки.

— Вы чего? Это же моё!

— Сымай, сымай! Проиграл — плати!

Рукав затрещал. Додинар в ужасе дёрнулся, всё ещё не веря, что на него напали.

— Не надо!

— А чё ещё с тобой… — Жоха придвинулся вплотную, дыша чесноком и ещё какой-то мерзостью.

— Сымайте, парни.

Додинара с двух сторон потянули за рукава, стягивая одежду.

— Пустите!

Он заорал, изо всех сил рванулся и угодил лбом обидчику в лицо. Что-то хрустнуло. Кто-то позади заржал и осёкся.

— Ну ты! — Жоха вытер кровь с разбитой губы. — Во гад! — и саданул кулаком в живот.

Додинар охнул, согнулся. Второй удар угодил в лицо, и сразу ещё — под рёбра. Он не понял, как оказался на земле, скорчился, закрывая руками глаза. Пинки выбивали воздух, мешали вдохнуть.

— Н-на, гад! Н-на!

— Ты на кого полез, а?

Хлопнула дверь.

— Эт-то что тут такое? — раздался громкий голос.

Обидчики отскочили и притихли.