Шатакараба. Школа адар Том 2, часть 1

Глава 3. Хмарные топи

Тайла вышла за барьер Зимней школы не обернувшись.

Она и без того оставила там, на чёрной проталине, часть себя. Стоило закрыть глаза, как перед ней снова возникал Вох. То чудовищем с влажными пятипалыми жгутами, вырастающими из-под рёбер, то неподвижным оплывшим телом. Это она его убила. Не спасла от хтона, изменившего его. Не сумела. Не заметила вовремя, пока ещё не стало поздно. Не…

Тайла неслышно скулила, слёзы текли по щекам, капали с подбородка. Механически, не понимая, что делает, она переставляла ноги, карабкалась и спускалась.

Всю дорогу до Летней школы с ней нянчился Линн. Ни на минуту не оставлял одну и постоянно о чём-то болтал. Возле них крутился второгодка Ёрт, во все уши слушал россказни и, кажется, принимал байки за чистую монету. Поначалу слова пролетали мимо Тайлы, не задерживаясь в голове, бессмысленные, как шелест листьев или звук шагов. Потом обрывки начали запоминаться, но она ни за что не смогла бы связать их воедино.

— …там всегда зима. В самые сильные морозы из моря выходит сияние, и кто на него посмотрит, сразу обращается в дым. Именно поэтому…

— …они украли все амулеты и книги, созданные магами до Катастрофы, и спрятали в закрытых городах, а теперь ходят среди людей и посмеиваются, и никто их не может распознать…

— …такой город, где люди ходят на головах. Если там окажешься, тоже перевернёшься, и сама не заметишь. А потом…

— …только во сне. Если тебе снится кто-то, значит он — там — думает о тебе.

Вох не снился.

Вместо этого Тайла видела пепелище на месте родной деревни. Среди чёрных углей и сажи белели кости отца и Дэёля, бессмысленным камнем торчал в небо оплавленный остов печи, на выступе висела охра, покачиваясь на ветру. Витая деревяшка отрывисто и дробно стукала по камню. Сквозь этот звук еле слышался другой — шелест шагов по слежавшемуся пеплу. Тайла поднимала голову и видела: это уходит Инша. Ветер трепал полы её хотты, вздымал с земли клубы пыли. Тайла кричала, бежала за ней, звала, но подруга не слышала и скрывалась в темноте.

Тайла стонала и металась, не открывая глаз, и не сумев вынырнуть из сна до конца, прижимала к груди Иншину игрушечную черепашку и падала обратно в омут. Она оказывалась возле крепости, осознавая: необходимо найти Воха раньше, чем с ним случится беда. Она бегала, искала, но видела только следы — вначале человеческие, а дальше сплошь искажённые, чудовищно неправильные. Сердце холодело: опять не успела. Опять! А из-за яблоневого сада в небо поднималась гигантская зубастая тень.

Тайла вскакивала в поту, готовая бежать, спасать, драться — и вспоминала, что Воха теперь нет. Никого из самых близких людей рядом не осталось, даже ребята из её группы шли в Летнюю школу отдельно, с другими наставниками.

Их группу вела адара Алатея, строгая и немногословная. Она коротко раздавала указания, где делать привал, когда затаиться, а когда идти без остановок, быстро и осторожно глядя под ноги.

— Скоро придём в Летнюю школу, — мечтательно болтал Линн, искоса наблюдая за Тайлой, — красота! Будем объедаться фруктами! И орехи скоро созреют. Таши испечёт булочки…

— Ещё только начало весны, балбес! Фруктов и орехов ждать и ждать, — встревала Этси.

— Ну и что, — смеялся он в ответ, — зато наконец-то скинем тёплые хотты, прогреем косточки! Как же я соскучился по жаре!

Тайла молчала. Перед глазами вперемешку мелькали моменты прошлой жизни. Вот они с Вохом бьются на спарринге — каждый пытается задеть другого, извалять в пыли, а потом дружно умываются в бочке с холодной водой и хохочут, просто так, ни о чём. Вот с Иншей сидят на краю сада у самого барьера, так, что спины опираются на холодную гладкую преграду. Обе молчат, дышат садом, слушают щебет птиц, но это молчание — уютное, так же как и чувство тёплого плеча рядом. Вот идут все втроём по заросшей улице Раотола в сторону моря, пахнет солью и йодом, влажный ветер шевелит волосы и гладит по щеке.

Как она могла не ценить время, пока они были рядом? Почему принимала как должное? Отчего думала, что так будет всегда?

Путь проходил спокойно: ни крупных хтонов, ни хмарей. Только дорога под ногами, да люди рядом, да тяжёлые мысли, гремящие в пустой голове. Один предел сменялся другим. Стоило шагнуть за границу, как бескрайние хатожские степи уступали место красным скалам и ущельям Хору, а те, в свою очередь — зелёным предгорьям Аалтры.

Когда до Летней школы оставалось примерно полдня пути, пальцы внезапно закололо, предупреждая о хаосе. Шарик амулета на шее Ёрта разгорелся тускло-красным огоньком.

Тайла подняла глаза от тропки и чуть не врезалась в спины ребят. Среди цветов и молодой зелени внезапно возникло буро-серое пятно. Деревья на этом пятачке пожухли, кора и кроны подёрнулись инеем. В воздухе хрустело, пощёлкивало. Хмарь сквозила холодом даже на расстоянии. Тайла поёжилась: ей захотелось достать свёрнутую в рулон хотту.

— Вот тебе и жара, — пробормотал Линн.

— Обходим, — скомандовала адара Алатея.

Тайла повела плечами, почти ощущая давление шнурка на коже и твёрдую деревяшку охры подмышкой. Но нет. Мамин оберег остался на пепелище дома. Она сама его там бросила. Как же сильно его теперь не хватало!

Скоро хмарное пятно скрылось позади. Снова запищали птицы, дикие вишни распушились белыми и розовыми лепестками, из-под ног выскочила полосатая ящерица и скрылась в траве. Казалось, всё в порядке, всё как обычно, вот только откуда-то по-прежнему тянуло не то гнилью, не то холодом. Что-то было не так, и это чувствовали все, кроме, разве что, самых младших. Шепотки и разговоры прекратились. Даже болтун Линн замолчал, цепко поглядывая по сторонам. Адара Алатея шагала впереди, суровая и прямая. Её коса белела во внезапно помрачневшем лесу, как путеводный амулетный светляк.

Вроде бы случайное препятствие, не редкость в заграничье. Но спустя полчаса они набрели на другую хмарь. А потом ещё на одну. Чем дальше, тем больше их встречалось на пути. Приходилось петлять и кружить, а порой и вовсе возвращаться по своим следам и огибать поражённые места по широкой дуге.