Щепотка магии для вкуса

Незваный гость. Инга

Кот Мяврик умывался на крыльце. Его хозяйка сидела рядом и переплетала черную косу. Инга задрала подол сарафана так, чтобы лучи полуденного солнца попадали на бледные девичьи ноги. Ведьма устала.

Раз в неделю, чаще всего по вторникам, Инга вставала ни свет ни заря. Надевала поношенный льняной сарафан. Вешала на ворота листок бумаги с рисунком злой бабы в шляпе и с метлой в руках. Надпись на листе гласила: “Сегодня не тревожить, а то прокляну”. Стоить отметить, что ведьма так ни разу никого не прокляла, но несколько непонятливых односельчан все же получили по голове метлой.

По вторникам ведьма занималась домашними делами и никого не принимала. Она делала исключение, только если дело касалось вопроса жизни и смерти. К счастью, в последний месяц ничего чрезвычайного и смертельного с людьми не происходило, и Инга приводила хозяйство в порядок. Сегодня до обеда она уже успела натаскать воды из колодца, полить огород, собрать урожай и помыть полы в избе. Оставалось постирать одежду и сделать соленья на зиму. Ведьма вздохнула. В последние летние деньки ей хотелось искупаться в речке, но, когда живешь одна, да еще и единственная ведьма на сотни верст, не до развлечений. Тут еще столько кабачков выросло… Бытовая магия сильно упростила бы жизнь, но Инге она никак не давалась. Другое дело зельеварение и врачевание.
Колдунья так увлеклась мыслями о быте, что не услышала, как к дому кто-то прискакал на коне.

Скрипнули ворота. Инга вздрогнула. Шерсть Мяврика встала дыбом.

- Ты кто? - опередил с вопросом хозяйку черный кот.

В воротах стоял высокий молодой человек с открытым и благородным лицом, темноволосый и сероглазый. Кожаные сапоги и длинный плащ в дорожной пыли. Под глазами темные круги. Ингу насторожил закинутый на плечо арбалет.

- Позови ведьму, - прохрипел незнакомец. Говорящий кот его ни капли не смутил.

Инга не привыкла, что с ней разговаривают приказным тоном. Неприятно кольнуло и то, что в ней не сразу распознали колдунью.

- Ты читать не умеешь или слепой? - съязвила раздраженная ведьма. - Я сегодня не колдую.
- Мне нужно приворотное зелье или яд, - мужчина мимо ушей пропустил укол девушки. - Заплачу золотыми.
- Ты еще и глухой. Повторюсь, я сегодня не колдую. Приходи завтра, может, и помогу. Сразу говорю, людей не травлю, - ответила ведьма, демонстративно отвернувшись в сторону Мяврика.
- Бесполезная. Еще и ноги худые, - бросил незнакомец.

Ведьма залилась краской и мгновенно одернула сарафан вниз. Мужчина резко развернулся и скрылся из поля зрения Инги. Через минуту она услышала стук копыт. Незнакомец ускакал в сторону замка пэра Франца. Гордость гордостью, а любопытство жгло ее: что привело к ней такого странного гостя.

- Мда. Запрос у него интересный, конечно. Кого только в нашу глухомань не заносит. А он точно неместный, - подытожил Мяврик. - Заметила, что арбалет из красного дуба? У нас такой не растет.

Инга призадумалась. Что-то последнее время в их деревне слишком много необычного происходило. Все началось два месяца назад, после того как Инга испортила свадьбу бывшего возлюбленного, рассказав о его внебрачном ребенке. В итоге после брачной ночи сын пэра был отправлен герцогиней, матерью невесты, подальше от ее дочери - в воинский поход. На следующий день после скандала замироточила икона святого Василиска, покровителя этих земель. Через неделю зацвела сухая столетняя вишня, через две - забил новый родник у старого кладбища, через три - дети нашли в Глухих горах самоцветы. Плодоносило все, что только может, а женщины деревни беременели чуть ли ни от взгляда мужей. Пополнение ожидалось даже в семье пожилого мельника, а его жене уже за пятьдесят. И вроде все замечательно, только Инга чувствовала, что причины у чудес недобрые. Аура проклятия витала над деревней, только ее никто не чувствовал, кроме молодой колдуньи и престарелой повитухи Марты.

- Да ну это все, - отогнала тревожные мысли ведьма. - Сегодня у меня выходной. Пойду-ка сделаю кабачковую икру.

Постирать белье Инга не успела: кабачки “сожрали” остаток дня. Под вечер ведьма мечтала только о том, чтобы помыться и рухнуть в кровать. Кабачков было так много, что не хватило банок. Инге пришлось еще печь овощной пирог и жарить кабачковые оладья. Мяврик возмущался, что столько еды Инге одной не съесть, а он не предаст любимую рыбку.

Жар валил от печи, ведьме пришлось распахнуть настежь все окна и оставить открытой дверь: дышать в избе было нечем. Она решила воспользоваться свободной минуткой и смазать скрипящие петли ворот. Только подошла к забору, как во двор вбежал сосед Петро. За полноватым молочником шел незнакомец, который днем приезжал к ведьме.

-Инга, выручай. Велвелу негде ночевать, - сходу озвучил проблему Петро. - Он к пэру приехал, а его нет. Леди Виктория побоялась красивого мужчину оставлять в замке на ночь. А сельчане...Знаешь же, наши иноземцев не любят. Я бы к себе пустил, да у меня каждый угол детьми занят. А ты одна живешь. Инга, не ломайся. Нельзя, чтобы о деревне плохая молва разлетелась.

Ведьма от напора растерялась. Повисла тишина. Незнакомец пристально смотрел на колдунью. Мяврик тем временем обнюхивал мужчину.

- Петро, не утруждай себя. Переночую в поле. Не в первый раз, - нарушил молчание иноземец .
- Останешься у меня, если дрова нарубишь. И бани у меня нет, могу предложить только ведро воды, - Инга сама удивилась своему решению. - И веди себя смирно, без сюрпризов, а то прокляну.
- Ты не пожалеешь. До утра могу отдать тебе свой арбалет, - предложил уставший путник. - И спасибо.

Велвел улыбнулся, и сердце Инги екнуло. Ведьма рукой махнула в сторону избы, приглашая гостя в дом, и попрощалась с молочником. Иноземец пошел за конем.

- Инга, от него пахнет псиной, - тихо сказал Мяврик.

Ведьма пожала плечами.

- Ну хоть не навозом. Лишь бы ночь спокойно провести и больше никогда его не видеть.

Инга была дважды неправа.