Щепотка магии и море любви

Всемогущество волшебства

В одной далёкой стране жил маг. Он мог всё на свете. Из воздуха создавал прекрасные вещи, читал книги, не открывая их. Умел волшебник и перемещаться - мыслью и телом - в любую точку пространства. Дом и сад его были полны разнообразных чудес. В саду росли синие розы, а кошка с серебристой шерстью, умела петь на человеческом языке! У кошки имелось волшебное сопрано, и она исполняла вовсе не простенькие песенки, а арии из классических опер.
Об убранстве комнат во дворце мага и говорить нечего - светильники в виде яблонь, каждый фрукт из которых светился собственным светом. Белые диваны умели парить над полом не хуже легендарных ковров-самолётов. Столиками в форме бабочек и подсолнухов служили большие и причудливые игрушки, а свечи в виде фигурок разнообразных животных сами зажигались по воле хозяина. Словом, чудесам не было числа! Но самым большим чудом собственной жизни маг считал дочь Онегу. Мать Онеги умерла, давая жизнь дочери, поэтому с самого рождения в душу малютки вошла не только радость, но и - не менее огромная печаль.
Онега, родившаяся в ночь полнолуния, росла нежной, как луна и такой же таинственной. Отец никогда не учил её магическим премудростям, но она сама по себе, без особого труда и напряжения, овладела множеством сокровенных тайн. Прямо из воздуха, лёгким движением руки создавала она фрукты, которые оказывались слаще их настоящих собратьев. Из лунного и солнечного света девушка ткала себе платья, прекраснее которых не было на свете. Божьи коровки, которых она обожала, слетались к ней полчищами, и приносили крошки из самых вкусных в мире небесных хлебцев. Онега взмахивала рукой и миллиарды крошек срастались в замечательный каравай, которым дочь волшебника и угощала своего отца и всех жителей его дома.
Все ели хлебцы и причмокивали от удовольствия. Надо сказать, в доме мага, кроме его и дочери, жила семья, состоящая из его добрых помощников. Садовник по имени Карл выращивал для волшебника те самые редчайшие синие розы, которые так любил почтенный маг. Жена Карла Мариэтта готовила замечательные обеды, а сын Ланиэль мог и столярничать, и плотничать, и строить. Но его главный талант заключался в управлении тройкой сноровистых лошадей, возивших карету мага, когда тот выезжал в ближайший город.
Конечно, маг мог бы легко и лошадей, и даже обеды трансформировать из воздуха, но он, хотя и являлся волшебником, справедливо полагал: многие вещи хороши именно в первозданном виде. Маг ценил исключительно подлинники, что выгодно отличало его от подмастерий магии.
Великие маги всегда за подлинность в главном, а те, кто могут лишь выглядеть магами, чаще всего изощряются в подделках.
Блинчики Мариэтты и яблочные пироги в её же исполнении, жареный на сливках картофель, салат из семи разноцветных овощей, приправленный оливковым маслом с семью особыми травами, секрета которых Мариэтта никому не выдавала, были чрезвычайно хороши. Именно потому маг ни за что не променял бы их вкус даже на самое изощрённое колдовское блюдо.
Что до синих роз, даривших всем, кто смотрел на них счастье, то такого оттенка сапфира нельзя добиться даже с помощью сильных заклятий. Садовник Карл не только правильно взрыхлял почву и поливал её чистейшей родниковой водой. Он ещё и разговаривал с розами, гладил их лепестки. Именно поэтому цветы вырастали настолько невероятно прекрасными, что старый маг порой плакал, как дитя, любуясь на них. Плакал, понимая, сколь совершенные создания живут в несовершенном мире.
Карл тоже часто печалился, глядя на волшебные розы. Его мучала мысль, что он не может – из- за наказа волшебника - рассадить такие цветы по всему городу. Садовник считал несправедливым, что столь удивительные создания цветут только для их дома и сада. Но что он мог поделать с хозяйской волей?!
Садовник твёрдо знал главное правило всех цветов в мире – ими непременно должны любоваться люди, иначе они начинают чахнуть, зябнуть и даже всерьёз заболевать.
Цветы не должны быть заперты в садах, за недоступными взгляду заборами.
Розы - как и люди подвержены лихорадкам и гриппу. Они подвержены угасанию, если не чувствуют не только заботы но и любви.
Красота вдохновляющая других, сама нуждается в восхищении.
Старый садовник переживал за судьбу синих роз.
Ну а магические кони.…Три белоснежных коня с раскосыми, карими глазами иногда лакомились кусочками радуги прямо из рук старого волшебника. Кони, созданные им, с помощью волшебных заговоров, умели не только быстро бегать, но и летать. Но они (и это отличало их от реальных красавцев-собратьев и даже от синих роз), никогда не нуждались в ласке.
«Быть совершенными - значит не нуждаться ни в чьей нежности», - хмурился волшебник и - затворяя волшебный загон, спешил в обыкновенную конюшню, чтобы погладить коней не столь совершенных, зато радующих душу своей ласковостью и открытостью.