Шёпот алых роз на склонах Каэр-Мор

Глава 5. Искры в полумраке

Вечер в Цитадели Драконов пах не горной свежестью, а тяжелым фимиамом, раскаленным металлом и старым камнем. Мирабель стояла перед зеркалом в Янтарных покоях, разглядывая женщину, которую едва узнавала. Лина и вторая служанка, Эйла, трудились над ней больше двух часов. Теперь на ней было платье из тяжелого шелка цвета «ночной розы» глубокого, почти черного бордового оттенка, который при движении отливал кровавым золотом. Корсет стягивал ребра, заставляя держать спину прямо, а кружевные рукава, едва прикрывавшие плечи, подчеркивали белизну её кожи.

- Вы выглядите как королева древности, госпожа, - прошептала Лина, закрепляя в волосах Мирабель заколку в виде золотой лозы.

- Королевы древности были свободны, - горько ответила Мирабель, поправляя подол. - А я иду на ужин, где меня будут изучать, как редкое насекомое под стеклом.

Она знала, сегодня Эриан решил официально представить её узкому кругу своих советников. Это был вызов. Представить «простую травницу» как почетную гостью, значит заявить на неё свои права перед лицом всей драконьей знати, которая веками кичилась чистотой крови.

Когда двери её покоев распахнулись, на пороге стоял Эриан. В этот вечер он не был тем расслабленным мужчиной из библиотеки. Черный парадный мундир с золотыми эполетами, высокий воротник, подпирающий волевой подбородок, и холодная, непроницаемая маска на лице. Он был Принцем-Драконом, существом, чей гнев мог испепелить город.

Однако, когда его взгляд остановился на Мирабель, маска на мгновение дрогнула. Золотистые искры в его глазах вспыхнули с такой силой, что в комнате, казалось, стало жарче.

- Ты... - он замолчал, медленно подходя к ней. - Я думал, что изумрудный твой цвет. Я ошибся. Этот багрянец... он говорит о том, кто ты есть на самом деле. Пламя и жизнь.

- Надеюсь, ваши советники не ослепнут от такого «пламени», - съязвила Мирабель, хотя её сердце предательски забилось быстрее. Эриан предложил ей локоть.

- Они будут пытаться ужалить тебя словами, Мирабель. Они будут искать в тебе изъяны, будут называть тебя «случайностью». Но помни, ты Хранительница. В твоем мизинце больше истинной власти, чем в их родословных за тысячу лет. Не давай им спуска.

Обеденный зал был залит светом сотен свечей, но их огонь казался тусклым по сравнению с аурой драконов, собравшихся за столом. Здесь было пятеро, трое мужчин и две женщины, все высокие, с хищными чертами лица и надменными взглядами. Когда Эриан вошел в зал, ведя Мирабель под руку, разговоры мгновенно стихли.

- Ваше Высочество, - первым заговорил лорд Валериус, старый дракон с глазами цвета застывшей лавы. - Мы полагали, что это будет частный совет. Мы не ожидали... украшений в этот вечер.

Слово «украшение» прозвучало как пощечина. Мирабель почувствовала, как её магия внутри всколыхнулась. Розы, стоявшие в вазах на столе, внезапно потянулись в её сторону, их аромат усилился, становясь почти агрессивным.

- Мирабель не украшение, Валериус, - голос Эриана прозвучал как удар меча о щит. Он усадил её по правую руку от себя, место, которое традиционно занимала либо супруга, либо невеста правителя. - Она наследница рода Хранителей. Та, кого мы ждали три столетия.

По залу пронесся шепоток. Одна из женщин, леди Изольда, прищурилась, рассматривая руки Мирабель.

- Хранители исчезли, Эриан. Это просто девчонка из предгорий, в которой проснулась пара искр стихийной магии. Ты рискуешь репутацией короны, сажая её за этот стол.

Мирабель почувствовала, как гнев вытесняет страх. Она вспомнила слова Эриана о том, что её магия, это жизнь. Она медленно положила ладони на тяжелую дубовую столешницу.

- Леди Изольда, верно? - голос Мирабель был спокойным, но в нем вибрировала сила, от которой пламя свечей синхронно качнулось в её сторону. - Мои предки не исчезли. Они просто ждали, когда драконы станут достаточно мудрыми, чтобы понять, без нас ваше пламя превращает вас в пепел. Вы называете меня «девчонкой», но прямо сейчас под вашими ногами корни замка поют от радости, чувствуя мою кровь. А что слышите вы, кроме собственного высокомерия?

Тишина стала абсолютной. Эриан едва заметно улыбнулся. Он не скрывал своего восхищения. Его рука под столом накрыла колено Мирабель, и этот жест был настолько интимным и властным, что у неё перехватило дыхание. Тепло его ладони просачивалось сквозь шелк платья, даря ей странную уверенность.

Ужин превратился в психологическую дуэль. Советники пытались поймать её на незнании этикета, спрашивали о тонкостях управления потоками магии, на что Мирабель отвечала с прямотой и мудростью, почерпнутой у самой природы. Она не пыталась казаться аристократкой, она была силой, с которой невозможно не считаться.

К середине вечера Валериус, разозленный её стойкостью, решил пойти в атаку.

- И что же, эта «Хранительница» готова доказать свою полезность? Нашим границам на юге не хватает влаги, а леса выгорают от летнего зноя. Если она та, за кого ты её выдаешь, Эриан, пусть она вернет к жизни засохший сад в старом внутреннем дворике. Прямо сейчас.

- Она никому ничего не должна доказывать, - отрезал Эриан, и в его глазах вспыхнул опасный золотой огонь. Он начал медленно подниматься, и аура дракона заполнила зал, заставляя советников вжаться в стулья. - Она гостья Цитадели и моя...

Он запнулся, и Мирабель взглянула на него. «Моя кто? Пленница? Любовница? Артефакт?»

- Она под моей личной защитой, - закончил он, и его голос вибрировал от сдерживаемой мощи. - Любой, кто оскорбит её, будет иметь дело со мной.

Когда ужин наконец закончился, и они вышли в прохладный коридор, ведущий к её покоям, Мирабель чувствовала себя так, будто провела день на тяжелой пахоте. Эриан шел рядом, его шаги были бесшумными.

- Ты была великолепна, - тихо сказал он, когда они остановились у её двери.

- Я была собой, Эриан. Не обольщайтесь, я сделала это не ради вас, а ради своего имени.

Он внезапно прижал её к стене, преграждая путь руками. Его лицо было в нескольких дюймах от её. Запах грозы и разогретого золота окутал её, лишая воли.