Шёпот Буяна

Пролог

В те далёкие времена, когда мир только начинал путь к своему восхождению, посреди безграничного Океана лежал остров Буян — место, где жили сказки. Его берега мягко омывали воды, переливающиеся бирюзой в ласкающем свете солнца. Волны здесь не разбивались яростно о камни с глухим рокотом, а ласково шептали, обнимая берег, как мать ребёнка.

Леса Буяна представляли собой величие всего острова. Деревья возносились к небу, как колонны храмов, их стволы словно руки великанов держали на себе всю тяжесть буйной листвы. Листья на них не увядали, они дышали, раскрываясь в огромные сочно-зелёные веера. Ветви переплетались между собой, образуя естественные мосты, по которым могли ходить самые маленькие обитатели острова.

Здесь, глубоко в лесах было озеро, вода в котором не отражает небо и деревья, а показывает прошлые жизни. Те, кто заглянет в его поверхность, увидят свои прежние воплощения — и те грехи, за которые им ещё предстоит ответить.

На полянах и в долинах острова росли ландыши, чьи лепестки переливались лёгким звоном, как колокольчики, от дуновения ветра. На склонах холмов цвели маки, олицетворяя жидкий огонь, а их сок мог исцелить любую рану, но только тех, чьё сердце было чисто. А в глубине лесов, где солнце едва пробивалось через кроны, расцветали призрачные лилии. Лепестки их были прозрачными, как лёд, и светились мягким голубым светом, привлекая лунных бабочек с крыльями из тончайшего шёлка.

Животные Буяна были не менее удивительны и диковинны. В реках плавали рыбы с золотой и серебряной чешуёй, днём они сияли, отражая солнечный свет, а ночью их тела наполнялись светом луны, и они превращались в живые серебряные капли. По ветвям деревьев прыгали рыжие белки. Мех их сиял огоньками, ярко контрастировавшими на фоне зеленых крон деревьев.

Но самыми таинственными и неизведанными обитателями Буяна являлись лесные духи. Эти существа были рождены из глубин самого острова. Они имели разнообразные формы: некоторые представали в виде туманных силуэтов, проскальзывающих между деревьев, другие выглядели как необычайные диковинные животные.

Духи любят играть с путниками. Одни предлагают лёгкие пути — но каждый такой путь ведёт в ловушку. Другие крадут вещи, чтобы вернуть их только тем, кто сумеет разгадать их загадки. А третьи просто смеются над теми, кто слишком серьёзно относится к жизни. Они не злы, но и не добры — они просто существуют, как и сам остров, по своим собственным законам.

Немногочисленные люди на Буяне жили в гармонии с магией. Их дома не строили — они словно произрастали из недр острова, как живые организмы. Стены домов были сплетены из гибких ветвей, которые со временем деревенели. Окна состояли из тончайших ледяных кристаллов, которые не таяли даже летом и пропускали только мягкий, рассеянный свет. В каждом доме совместно с человеком проживал свой дух-хранитель, везде разный: иногда это был миниатюрный дракончик, а иногда говорящий ворон, знающий все тайны острова.

Время на острове текло иначе. Часы на Буяне не тикали — они дышали. В центре острова стояли огромные солнечные часы, отбрасывающие тени, двигавшиеся не по кругу, а по спирали. Жизнь здесь не делилась на дни и ночи — она делилась на вдохи и выдохи острова. Когда Буян вдыхал, небо становилось лазурным, а воздух наполнялся ароматом цветов. Когда выдыхал — опускались сумерки, и в небе зажигались звёзды, такие близкие, что казалось до них можно дотянуться рукой.

Именно здесь, на этом сказочном острове, в царившей здесь гармонии рождались сказки и легенды. Здесь любовь была сильнее смерти, а мечты имели силу изменять реальность.

Но… как часто бывает, любой гармонии рано или поздно приходит конец…

Первые признаки перемен были почти незаметны, еле уловимы.

Сначала это был всего лишь лёгкие перешёптывания в листве, будто кто-то незримый проходил мимо, дыша холодом. Потом стали пропадать некоторые вещи и даже некоторые духи. Никто не придавал этому значения ведь на острове, где магия была обычным делом, пропажи не казались странными.

Но затем на остров стал наплывами наступать туман.

Первоначально он появлялся только на рассвете, стелясь по земле. С каждым днём он становился более вязким, поднимался выше, пока не стал стеною, отделяющей небо от земли. Солнце больше не могло пробиться сквозь него — оно превратилось в бледный, едва заметный диск, как монетка на дне колодца. На окраинах острова деревья начали увядать: их листья потеряли свой блеск, ветви опустились, как руки усталого старца. Цветы перестали благоухать, а их лепестки опадали.

Животные острова также претерпели изменения. Белки потеряли свой сияющий мех, он стал тусклым, бледным. Вода в реках помутнела и стала холодной как лёд, а рыбы перестали сиять, их чешуя потускнела.

И без того непредсказуемое время на Буяне совсем сошло с ума. Часы остановились, их спиралевидная тень замерла. День и ночь перемешались. Иногда на небо одновременно выплывали солнце, и луна, но оба они были бледными, как привидения. Люди просыпались и не могли понять, сколько времени прошло — час или год.

Постепенно начали забываться и умирать сказки.

Первыми исчезли самые хрупкие и маленькие. Потом стали угасать легенды, которые передавались из поколения в поколение. Слова потеряли свой смысл, истории распадались на обрывочные фразы, а песни забывались.

Когда-то величественный остров Буян погибал… Но где-то в глубинах тумана еле-еле мерцал маленький огонёк. Искра. Надежда.