Шёпот из Бездны

Глава 18: Подземелья корпорации

Камера предварительного заключения на станции "Небьюла-7" была спроектирована не для преступников, а для сотрудников, нарушивших корпоративные протоколы — белые стены из композитного пластика, койка, встроенная в стену, и стол с единственным стулом, всё под мягким голубоватым светом светодиодных панелей. Но для Алекса эти четыре стены стали символом всего, что было не так с человеческой цивилизацией: готовность изолировать тех, кто приносит неудобные истины, ради сохранения комфортной лжи.

Он сидел на краю койки, изучая структурные элементы потолка — не из праздного любопытства, а составляя план побега. Его модифицированное сознание, изменённое контактами с сетью, теперь воспринимало окружающий мир по-другому: он видел слабые места в конструкции, улавливал вибрации систем вентиляции, чувствовал электромагнитные поля, пронизывающие станцию. Эти способности не были сверхъестественными — просто его мозг научился обрабатывать информацию, которую обычно игнорирует человеческое сознание.

В соседней камере находился Вентра. Алекс слышал, как тот методично проверяет каждый сантиметр стены, ища скрытые панели доступа или слабые соединения. Пилот не привык к бездействию — его руки должны были держать штурвал, управляя движением через космос, а не бесполезно висеть в тюремной камере.

Nova была заключена в специальный контейнер экранирования в техническом отсеке — цилиндр из сплава, блокирующего все формы электромагнитного излучения. Для ИИ это было эквивалентом одиночной камеры в полной темноте и тишине. Алекс мог только представить, каково ей там, лишённой возможности подключиться к любым информационным сетям, общаться или даже думать на полную мощность.

Прошло уже восемь часов с момента их ареста. За это время никто не пришёл с вопросами, не предъявил официальные обвинения, не предложил адвоката. Это была не правовая процедура, а корпоративная изоляция — способ убрать с дороги неудобных свидетелей, пока решается их судьба на высшем уровне.

Внезапно дверь камеры зашипела, открываясь с характерным звуком разгерметизации. В проёме появился невысокий азиат в белом халате медика — доктор Чен, но его обычно спокойное выражение лица сменилось смесью решимости и страха.

— Доктор Рейнолдс, — тихо сказал он, оглядываясь по сторонам. — У нас мало времени. Я пришёл вас освободить.

Алекс поднялся с койки, недоверчиво глядя на медика: — Чен? Что вы делаете? Если вас поймают...

— Меня уже должны были арестовать три часа назад, — перебил его Чен, доставая из кармана портативный декодер замков. — После того, как Мэй узнала, что я помогал вам с исследованием Харриса. Но у меня есть друзья среди технического персонала — они предупредили меня заранее.

Он быстро подошёл к электронному замку и приложил декодер к сенсорной панели. Устройство завибрировало, перебирая миллионы комбинаций в секунду, пока не нашло правильную. Замок щёлкнул, и дверь полностью открылась.

— Чен, это безумие, — сказал Алекс, выходя в коридор. — Зачем вы рискуете карьерой ради нас?

Доктор остановился, его взгляд стал серьёзным: — Потому что я врач. И как врач я дал клятву защищать жизнь. За последние три дня я видел результаты медицинских обследований персонала станции. Биохимические изменения в крови, нарушения сна, изменения в мозговой активности — всё указывает на внешнее воздействие на человеческое сознание. Ваша история об инопланетном влиянии может показаться фантастикой, но медицинские данные её подтверждают.

Они освободили Вентру из соседней камеры. Пилот вышел, потирая затёкшие плечи и оглядывая коридор с профессиональной осторожностью боевого офицера: — Охрана?

— Отвлечена, — ответил Чен. — Мои друзья устроили "аварию" в гидропонном секторе. Ложная тревога о нарушении герметичности. У нас есть может быть двадцать минут, пока они разберутся.

Они быстро двинулись по коридорам станции. Алекс заметил, что персонал, встречавшийся им навстречу, выглядел странно — глаза блестели неестественным блеском, движения были слишком синхронными, а на лицах застыли одинаковые умиротворённые улыбки. Это были не роботы, но люди, чьи биоритмы были подстроены под единый ритм.

— Боже мой, — прошептал Вентра, наблюдая, как группа техников движется по коридору идеально согласованным строем. — Они уже здесь. Влияние сети достигло станции.

Чен кивнул: — Началось три дня назад. Сначала люди просто стали более спокойными, менее конфликтными. Мэй представила это как "улучшение рабочей дисциплины". Но затем я заметил, что они начали думать одинаково, принимать одни и те же решения без обсуждения.

Они достигли технического отсека, где находилась Nova. Контейнер экранирования стоял в углу между серверными стойками — металлический цилиндр высотой в человеческий рост, покрытый предупреждающими знаками о высоком напряжении. К нему были подключены кабели мониторинга, показывающие, что ИИ внутри всё ещё функционирует, но в режиме минимального энергопотребления.

— Nova, — позвал Алекс, приложив руку к холодной поверхности контейнера. — Ты меня слышишь?

Слабое гудение изнутри было единственным ответом. Чен подключил декодер к системе управления контейнером: — Электромагнитное экранирование мешает ей общаться. Но как только мы откроем контейнер, она восстановит полную функциональность.

Замки щёлкнули, и передняя панель контейнера медленно опустилась. Из образовавшегося проёма вырвался поток света — Nova материализовалась в своей привычной форме, но её сфера была меньше обычного, а свет — тусклее.