Шепот ледовых пустошей

Глава 7

- К сожалению, я не знал, что меня здесь ждут.
Риман выступил вперед, вставая прямо перед шаманом.
Он был стар. И напоминал изможденного падальщика, сгорбившись, усевшегося на придорожном камне.
Изъеденная морщинами кожа туго обтягивала череп, усиливая ощущение немощи. Поредевшие белые волосы были собраны в косу, переброшенную за спину. Такая же белоснежная борода закрывала подбородок, не пряча, впрочем, тонких губ. Угол их был вздернут кверху, словно тянулся за глубокими шрамами, перепахавшими половину лица. Удивительно, как не лишился глаза…
Душная волна силы, темная и почти ощутимо зловонная. Риман раньше никогда не встречался лицом к лицу с рабом Ратуса, но сразу понял, кто перед ним.
Кровная магия не просто сложна и опасна, она запретна, потому что идет вразрез со всеми Её заветами. И в Гарете попытка прибегнуть к ней карается смертью. Впрочем, желающих не было не только из-за суровости наказания – культ Ратуса не получил распространения на юге, и тех, кто мог бы обучить новых адептов, просто не осталось. Как в Аскейме не осталось вольных магов, свободных от этой скверны. И, как ещё утром считал Риман, жриц - тоже. Если учесть, что одна из них сейчас сосредоточенно сопела за его плечом, кто знает, возможно, стоит поискать и магов…
- Я – Пааво, хранитель местных земель. – Старик поднялся, стараясь не опираться на посох, который держал прислоненным к камню. Худое длинное тело, укутанное в теплый не по погоде плащ, согнулось. Казалось, ещё немного и переломится пополам. Не переломилось. И принц не мог понять, рад он этому или огорчен. Источаемая шаманом тяжелая аура ощутимо пованивала кровью. Но показывать брезгливость он не стал, склонил голову, приветствуя его как равного:
- Риман из рода Ассандер. – Прочие родовые имена произносить не стал. Они и в Кальдоре больше вызывали раздражение, нежели гордость за предков. Можно подумать, если не перечислить ещё с десяток титулов, его никто не узнает. – Приношу извинения, что мы вторглись на вашу землю без предупреждения. Мы не ищем вражды.
Он говорил медленно, взвешивая каждое слово на чужом неповоротливом языке. Звуки были грубыми и гортанными, и приходилось тщательно следить, чтобы не допустить ошибку. Судя по тому, что старый стервятник благосклонно кивнул, произнесено было верно. Впрочем, как оказалось, кивал он не ему.
Повинуясь подзывающему жесту, девчонка выскользнула из-за спины, где её должен был придерживать Назим, и встала рядом с шаманом. О чем-то быстро, едва слышно спросила и, получив такой же тихий ответ, облегченно кивнула.
Хотя слов он не разобрал, Риман был уверен, что Кеа спрашивала о брате. Значит, мальчишка успел добежать в деревню и предупредить шамана.
Плохо.
Отправляясь на разведку, они не взяли с собой дары, предназначенные для старейшины деревни. То, что рядом нет большого города, капитан корабля был готов поклясться. Они отклонились с курса, забрав много западнее, ушли с торгового пути, и крупных поселений в этой части Аскейма нет. Небольшие деревни, пара сотен жителей, разбросанные по островам. Слишком незначительные, чтобы привлекать внимание купцов и служить объектом для набегов недружелюбных соседей.
Тем временем девушка закончила говорить с шаманом и, бросив подозрительный взгляд на них троих, нырнула за поворот каменистой дороги. Если Риман правильно понимает, то к воде. Не очень хорошо, пусть Кеа очевидно вымотана, близость родной стихии способна быстро восстанавливать силы…
- Зачем ты ждал меня? – Он жестом показал, чтобы Назим и Тень оставались на месте, и приблизился к шаману. Тот стоял неподвижно, отставив руку с посохом, и будто к чему-то прислушивался. - И откуда знал, что я скоро появлюсь?
Последнее более объяснимо – шпионы есть везде. И пусть официально Аскейм и Гарет не поддерживают отношения, те же купцы бывают и на севере, и на юге. Здесь слово, там намек… А золото способно развязать языки и существенно усилить наблюдательность. Потому о желании Вегарда покончить с родовой враждой, объединив всех северян под своей рукой, Гарету было известно. И это усиливало подозрения Его величества Итара по поводу не самых дружественных намерений далекого северного соседа.
Что же касается первой части… Возможно, это какой-то оборот речи, приветственный ритуал, о котором Риману неизвестно? Если это так, то он готов расписаться в собственном невежестве.
- Море сказало. – Шаман смотрел прищурившись, и глубоко посаженные глаза, некогда ярко-голубые, казались выцветшими от старости. Но не утратившими ни внимательности, ни остроты. – Отошли их, я буду говорить один на один. – Он кивнул на его спутников. Оба они стояли в нескольких шагах поодаль, даже не пытаясь делать вид, что не прислушиваются к разговору.
- Не могу, - принц едва заметно пожал плечами, будто расписывался в собственной беспомощности по этому вопросу. – Им велено не спускать с меня глаз и не отходить далеко. Ты ведь знаешь, кто я?
- Знаю… - Старик медленно кивнул, и лицо его, и без того обезображенное шрамом, искривилось в отталкивающей улыбке. – Ты - сын вашего короля. И мой конунг осыплет золотом того, кто принесет ему твою голову.
Риман не стал хвататься за оружие. И поднял руку, призывая спутников не делать поспешных движений. Шаман не пытался угрожать, а в его словах если бы и было преувеличение, то небольшое. Да и тактики ведения переговоров принц видел разные, всё же отец не позволял наследнику пропускать дружественные визиты послов.
- И ты хочешь получить золото за мою голову? Сомневаюсь…. Тогда стоило убить меня, а не говорить это в лицо.
- Я не хочу, чтобы мой народ захлебнулся в крови. – Он поднял руки, полы плаща распахнулись. Под ним была простая рубаха небеленого льна с узкой полоской вышивки по горловине и подолу, темные штаны, заправленные в сапоги. На поясе висел десяток костяных фигурок, таких же, как в его волосах. И таких, как были в косах девушки, всё ещё не вернувшейся с берега. Риман сдержался, чтобы не оглянуться, проверяя, не вернулись ли Кеа. Тень прикрывает спину и не даст напасть сзади, но он никогда не сражался против жрицы. Пусть даже и совершенно необученной. Никто из них никогда не сражался против жрицы, сама мысль напасть на отмеченную Её милостью казалась кощунственной. Вот только была ли Кеа из Её паствы, и не случилось ли так, что кровавый бог варваров нашел способ обращать в свою веру и женщин? – Оружия на мне нет. Да и убить тебя сил мне не хватит, сын короля.
- Я могу сделать так, чтобы нас никто не слышал, но стоит ли? Позже я всё расскажу своим спутникам.
- Не трать силы напрасно, - хоть шаман и недовольно покосился в сторону Назима, возражать и требовать сохранить беседу в тайне не стал. – Здесь чужая для тебя земля, будешь собирать их по крупицам.
Пааво замолчал, ожидая ответа принца.
Риман ещё не пытался чаровать на землях Аскейма, потому в восстановлении магии не нуждался, и проверить правоту старика не мог. Да и верить ему на слово не торопился. Всё это – и попавшаяся по дороге девица, оказавшаяся одаренной, и удивительно благодушно настроенный шаман, выглядело подозрительно. Вот только он сам выбирал, к какому из островов причалить, и ни один амулет не сработал на попытку ментального внушения. Если шаманы Ратуса вообще на него способны. Судя по грубой силе, с которой действовала девица, для неё подобные чары вообще недоступны. Не тот уровень владения дара.
- Чего ты хочешь?
- Выслушай меня, пустынник. – Слово это в языке Аскейма было ругательством, но на подобную мелочь принц решил не обращать внимания, заинтригованный речью Пааво. – Помоги мне, и я помогу тебе.
- Мы с благодарностью примем искреннюю помощь твоего народа, но команда и сама справится с починкой корабля. Как и с тем, чтобы найти дорогу в Рендебю. – Риман медленно приближался к старику, который слушал его внимательно и, казалось, даже с удовольствием. Разве что удовлетворенно не кивал на каждое слово. – Так чем ты можешь мне помочь?
Шаман задумчиво пожевал губами, глядя почему-то не на наследника, а на Назима. Тот хмурился и даже чуть побледнел, будто в приступе дурноты, но на ногах стоял крепко.
- Говорил же не расходовать по пустякам… - Со вздохом покачал головой Пааво, бросив ещё один укоризненный взгляд. – Вот этим и могу помочь. Ты ведь не мира ищешь, пустынник. Впрочем, и не войны. Ты хочешь знать, почему ваша сила, на которую вы слишком часто надеетесь, не работает здесь. И почему чарам шаманов не мешают ваши пески.
Последнее прозвучавшее слово затихло, будто всплеск брошенного в воду камня, но никто из них не торопился заполнить тишину.
Шаман прикрыл глаза, подставив худое лицо солнечным лучам и разве что не зажмурился, будто сытый кот. Гостей он не торопил, понимая, что им нужно время. То, что он только что предложил, было фактическим предательством, это понимал он, понимал и наследник Гарета, на его взгляд преступно молодой и беспечный, впрочем, спешить с выводами старик не спешил.
Успеется.
И обдумать, и за будущим королем южных соседей понаблюдать. Если когда-нибудь он станет королем, в чем шаман не был уверен. Но понаблюдать нужно обязательно… И взять слово. Хотя бы даже и на всякий случай.
Риман же старательно просчитывал все варианты.
Он может отказаться, более того, это наиболее разумно. Если варвары просто не любили его народ, то шаманы ненавидели любого, в чьей крови есть хоть крупица дара. И первый удар в войне, которую прошел его отец, нанесли по магам. Их вообще уцелело едва ли больше половины… Впрочем, шаманов выжили вообще считанные единицы. И что-то подсказывало, что этот воняющий кровью старик был из их числа…
Назим старательно сдерживал тошноту – земля вот она, под ногами. Любимая и верная подруга, стихия с виду не поворотливая, но отзывчивая к тому, кто близок по духу. И если от варваров он в любое мгновение ожидал удара в спину, то озлобленность, с которой его отвергла родная природа, была неожиданной и даже немного обидной. Словно он в забытьи потянулся не к той, что была щедра и ласкова к своему дитя, а к её противоположности. Он ведь просто хотел проверить, как далеко ушла растрепанная девица. Может статься, что пока старик держит их на этой полянке, подлые сородичи, предупрежденные этой ведьмой, стягивают цепь, чтобы перебить одним ударом… Поисковая сеть, брошенная вслед, неожиданно щедро зачерпнула его силы, так, что Назим в первом мгновение даже растерялся, не веря происходящему. Будто не простейшее заклинание, подвластное даже ученику второго года обучения сплел, а полноценное боевое заклинание. Ухнувшая в никуда сила, конечно, восстановится и сама, но сейчас каждая кроха на счету, потому и решил восполнить…
- Что ты хочешь за помощь? И почему я должен верить тебе?
Риман подошел к старику вплотную, игнорируя явственно ощутимое неодобрение спутников.
- Говорят, слово твоего рода нерушимо. И всякий, давший его, скорее умрет сам, чем нарушит обещание. – Пааво потянулся за трубкой, чем изрядно насторожил свиту пустынника. И хоть движение его было медленным, а утратившие силу и ловкость пальцы едва сгибались, немой охранник принца оказался на расстоянии удара меча с такой скоростью, которую не всякий мог отследить.
И отступил, уловив едва заметное движение глаз своего господина. Забавные они, эти южане… Считают за честь отдать своего сына в услужение королевской семьи, где тот станет безмолвным рабом, а потом отчего-то считают варварством обычаи шаманов. Поневоле задумаешься, нет ли в святотатственных сказках о том, что некогда они были одним народом, отголосков истины, хотя об этом даже думать смешно.
- Это правда, но и дается оно только тому, кто расстанется с жизнью, но не предаст мой род.
Старик медленно кивнул:
- Я научу тебя тому, что ты хочешь узнать. Расскажу то, что не дано знать иноземцу. Покажу то, что видел далеко не каждый сын Аскейма. И дам клятву на крови, что не замышляю дурного против тебя или твоего рода.
Судя по тому, как на мгновение приподнялись брови принца, ему удалось удивить пустынника. Настолько, что он не сразу ответил:
- А если откажусь?
- Я стар, да и не беден, но золото конунга придется взять… Обидится ведь.
Пааво обнажил желтоватые зубы в кривой усмешке, которая принца, впрочем, не испугала. Как и слова. Наоборот, мальчишка его поддержал, тоже тихо хмыкнув. И мгновенно подобрался, хотя и до этого расслабленным не казался. Шаман не мог видеть мага так, как видят их сами вольные чародеи юга, но по сгустившемуся как перед грозой воздуху, от которого кожу покрыл ледяной пот, понял, что незваные гости готовы атаковать в любой момент.
Глупцы, что тут сказать… Может, стоило даже позволить им это, чтобы сами поняли, насколько они тут беззащитны, но Пааво не хотел рисковать. Ни к чему тревожить силы, которым пока лучше не знать о чужаках.
- Какое моё слово нужно взамен?
- Поклянись, что, отправляясь назад, возьмешь с собой человека, которого я укажу. Будешь заботиться о нём, поможешь устроиться в твоей стране. Беречь от смерти наравне с членами своей семьи.
- Этот человек важен для Аскейма? Он из рода конунга?
- Нет, в нём ни капли крови высоких родов, и конунг даже не знает о его существовании. - Значит, не выкрасть кого-то из наследников ярлов, это облегчает дело. – Ты видел этого человека. Эту. Моя внучка Кеа.
… или не облегчает.