Шёпот Ночных Сказок

Глава 69: Поиск Предателя

Подождав, пока бойцы выйдут и начнут выстраиваться перед таверной, я показал жестом, что идём в сторону конюшен. Они выстроились в две шеренги. Я встал перед ними и, помотав чуть головой, произнёс:

— Грей, выйти из строя!

Я заметил, как Грег дёрнулся, но быстро вернулся в обычную позицию. Несколько солдат выглянули и, посмотрев на меня, словно говорили: “Какой Грег? У нас нету такого”. Я сказал следующее:

— Матис, Костолом, Живчик, Грег, выйти из строя!

Они вчетвером сделали шаг вперёд. Подойдя к ним, я жестом показал, чтобы сгруппировались, и они встали возле друг друга. Матис смотрел на меня, чуть прищурившись. Костолом – с лёгкой усталостью. Живчик – словно не понимал, зачем это всё нужно. А Грег покрылся каплями пота на лбу.

— Бойцы, снять снаряжение личное с лошади и подготовить к досмотру его.

Матис, развернувшись, начал бурчать: “Да как замучили эти досмотры, что во дворце, что здесь началось.” Костолом молча развернулся и пошёл к лошади. Живчик глянул на них, перевёл взгляд на меня и, махнув плечами, пошёл к своей лошади. Я повернул голову к Грегу. Он стоял как истукан, его глаза были открыты от удивления. Встав напротив него, я рявкнул: — Грег, личные вещи к досмотру, что не понятного?

— Я… з…

— Выполняй.

Ещё пару секунд постояв, он вообще потерялся. “Скрываешь. Сука?”

Обратив внимание на нескольких бойцов, я ткнул на них: — Ты, ты и ты. Знаете, какая лошадь его?

— Да, я знаю, — поднял руку самый старший на вид из этих троих.

— Принесите сюда личные вещи и его боевое снаряжение.

— Как скажете, милорд.

Они вышли из строя и направились в конюшню. В это время Матис вернулся и стал раскладывать свои вещи возле меня: сначала аккуратно раскрутил спальник, затем, доставая вещи из сумки, стал раскладывать их на спальник. “Котелки, ложки, верёвка, рыболовные крючки, пергамент?!”

Взяв пергамент, я начал его раскручивать и увидел кусок сыра. Завернув обратно, я положил его и продолжил. “Уксус, бинт, точильный камень, небольшой молоточек и стамеска с маленьким топориком, первая фляга, вторая фляга.” Открыв по очереди, я учуял алкоголь и обычную воду. Посмотрев на него, я не стал ничего ему говорить, закрутил обратно и положил обратно. Осторожно отодвинув край, я заглянул в спальник и, проведя рукой, ничего не нашёл странного. На ощупь произнёс: — Матис, благодарю, сворачивай вещи.

Проведя так же осмотр на Живчике и Костоломе, я теперь остановился на вещах Грега, которые он так и не удосужился разложить.

— Что же… раскладывай, “писатель”.

Он, опустившись на колено, стал раскладывать. Его пальцы дрожали, лицо было уже всё в поту. Я смотрел на своих людей, в их взгляде я, наверное, выглядел как экзекутор, но мне пофиг. Мне нужно найти предателя, и наконец, когда он разложил вещи, я стал их проверять. Но мне сказали, что он писатель и что-то пишет. Почему нет перьев, чернил и бумаги? Где она, сука?

Начав переворачивать всё вверх дном, так что я уже дошёл до спальника, изнутри, почти у ног спальника, я ощупал что-то странное. Начав выпатрашивать это всё, упала колба с чернилами. “Где перья и листки?”

Подняв на него взгляд, я произнёс: — Где письма и перья, а Грег? Где они, которые ты писал своей девушке, пока мы шли сюда?

— Они… их нету, милорд.

— Выворачивай карманы, снимай кольчугу, быстро!

Начав очень медленно раздеваться, я достал кинжал из-за пояса. Из-за его спины я услышал: “Чё творит, ублюдок.” Заглянув за спину, я попытался найти того, кто это произнёс, но не увидел. И когда он снимал кольчугу, я увидел часть листка бумаги, выглядывающего из штанов. Я приставил к его груди нож и сказал: — Стоять!

И, аккуратно схватившись за край, потащил. Выпало три письма.Я заметил, что два уже помятые, а одно было слегка, словно вот-вот, совсем недавно было написано. Взяв его, я заметил, что оно было завёрнуто как конверт и с помощью воска как бы “опечатано”. Отведя нож от Грега, я начал вскрытие, и он начал возмущаться:

— Командир! Как вы смеете? Это для девушки моей, Эммы!

— Молчи.

Раскрыв его, я начал читать.

“Милая Эмма,

Эти летние вечера так прекрасны, как и ты. А помнишь, как мы с тобой гуляли по берегу? Я помню каждый лучик солнца, который касался твоих волос. Очень скучаю. Вчера видел во сне наше будущее. Рядом с тобой мне всегда так тепло. Лето, как ты и говорила, быстротечно.

Уже скоро мы будем вместе, я верю. Ты знаешь, что жду нашей встречи больше всего на свете. Радуга после дождя напомнила мне о тебе. О тебе и только о тебе все мои мысли. Мне снится наша будущая жизнь. Грег.”

— Что за?.. — Дождь, лето, лучик, вчера ты вообще в дозоре был. Что за хрень? Вчера было туманно, сейчас конец зимы. Какой сон? Что за хрень?!

Подняв взгляд на него, я произнёс: — Как ты передавал ей письма? Его губы начали едва шевелиться, и я продолжил: — КАК ТЫ ПЕРЕДАВАЛ ПИСЬМА? Мы находимся на миссии, о которой никто не знает. Здесь три письма, может, ещё есть. Ты писал почти каждый вечер. Как ты передавал? Через путников, караваны? Я не допускал, чтобы кто-то подходил к ним без моего ведома! Саботаж, предательство? Отвечай, сука!

Он нервно сглотнул, словно не зная, что ответить.

— Хорошо… Значит, слушай сюда, Грег. Или, может, всё-таки “Грей”? Боец Сумеречных волков, затисавшийся в рядах Королевской гвардии и работавший на нашего противника. И я, не зная шифра к твоему письму, могу предположить, что они ждут от тебя команды на наши действия. Я прав? Я абсолютно прав. Они будут ждать тебя, а получат нас. Что же… Бойцы!

Я подозвал жестом двоих.

— Связать, кляп в рот, на второй этаж таверны. Обыскать с ног до головы, отобрать всё, что можно использовать, и… — я надавил слегка ножом на его щёку. — По-хорошему убить тебя без суда и следствия, но я буду изящнее. Я отдам тебя королеве лично в руки. Так что, мой совет: откуси себе язык и сдохни. Взять его!

— Командир! Что вы творите? — взревел он.