Шепот ночных теней

Шаг в пустоту

Я стояла в белом платье и смотрела на себя в зеркало. Опухшие глаза не могли скрыть даже тонны макияжа. Сзади, прямо за моей спиной, возвышалась миссис Салли Уайт. Она громко раздавала команды охранникам, требуя, чтобы те внимательно следили за мной и не дали мне сбежать.
— Адалин, — обратилась она ко мне, — не стой столбняком. Скоро придут подправить тебе макияж. На столе лежат все данные твоего жениха, прочти их и подготовься. Не опозорь нас перед Джонсонами.
Бросив на меня холодный взгляд, моя матушка скрылась за парадной дверью.
Они вспомнили обо мне год назад, когда мой любимый старший брат сбежал с собственной свадьбы. Джонсоны были готовы расторгнуть контракт, и тогда отец решил заменить брата мной — выдать меня замуж за их сына Уильяма.
Отец пообещал оплатить все расходы на лечение моей тети, которая боролась с раком. У меня просто не осталось выбора, кроме как согласиться.
Но сегодня я узнала, что она умерла. Еще две недели назад. Они тщательно скрывали это от меня, лишив возможности попрощаться с единственным человеком, который меня по-настоящему любил.
Она была против. Ее последние слова перед прощанием до сих пор звучали у меня в голове — Крошка моя, я же тебя учила выбирать себя. Пожалуйста, не уезжай, не соглашайся. Если они тебя достанут, ты же знаешь, куда можешь поехать. У меня времени совсем мало осталось, я это понимаю, и я хочу, чтобы ты обрела истинное счастье.
Тогда я не могла ничего сделать. Поцеловав ее и пообещав приехать через неделю, я ушла. И оказалась взаперти.

От мыслей меня отвлекли вошедшие визажисты. Посмотрев на меня, они молча начали раскладывать свои вещи. В этот момент я решилась на отчаянный шаг. Я больше не буду играть по их правилам. Я исполню последний долг перед тетей.
Я смиренно сажусь на стул и жду, пока они подправляют мне макияж. Вся злость и обида на родителей сейчас играют мне на руку, от дикого стресса меня начинает тошнить.
— Принесите мне успокоительное и что-нибудь от рвоты. Меня тошнит, — дрожащим голосом приказываю я охране через приоткрытую дверь.
Визажистки испуганно останавливаются и предлагают мне дойти до уборной. Я соглашаюсь. Вставая, я намеренно задеваю стол и с грохотом роняю на пол все их палетки и кисти, попутно пачкая свое свадебное платье темными тенями.
— О боже, простите... У меня кружится голова, я очень нервничаю, — лепечу я, хватаясь за сердце. — Не могли бы вы принести мне второе, запасное платье? А я пока схожу в уборную.
Отправив одну из девушек за новым нарядом, а вторую оставив собирать косметику с пола, я пулей сбрасываю тяжелое свадебное платье. Накинув белый атласный халат невесты, я скрываюсь в уборной и с глухим щелчком запираю дверь на ключ.
От бешеного стука собственного сердца я на минуту перестаю что-либо слышать. С трудом восстанавливая дыхание, я сдергиваю с головы фату. Из корзины для белья я достаю свою простую одежду, которую спрятала туда только утром, с горькими мыслями прощаясь со старой жизнью.
Я быстро натягиваю вещи, включаю воду в раковине, чтобы создать видимость своего присутствия, и взбираюсь на подоконник. Быстро осмотрев задний двор, я выдыхаю, окно выходит прямо на мусорные баки. Охраны здесь нет, только суетящийся персонал. Жду пока они скроются, спешно сняв свои дорогие свадебные украшения, я прячу их в карман джинсов, чтобы в случае чего использовать как откуп.
Я до упора распахиваю узкое окно и протискиваюсь наружу. Нещадно исцарапав руки о раму, я зажмуриваюсь и прыгаю вниз.
Я падаю прямо в пищевые отходы. Несколько секунд лежу неподвижно и молча прислушиваюсь к своему телу. Поняв, что ничего не сломала, медленно приподнимаюсь, смахивая с волос банановую кожуру. К счастью, среди свадебной суматохи никто не услышал шума моего падения.
Я торопливо вылезаю из бака и вдруг замираю: в мою сторону направляются двое охранников. Сердце уходит в пятки. Я резко разворачиваюсь, бегу обратно к зданию и ныряю в первую попавшуюся дверь, служебный вход для персонала.
Там меня тут же замечает пожилая женщина.

— Dios mío! Ты что здесь делаешь? Откуда ты свалилась?! — женщина округлила глаза и начала громко, возмущенно тараторить на испанском, взмахивая руками.
— Пожалуйста, умоляю вас, тише... — я судорожно бросилась к ней, зажимая одной рукой рот, а второй протягивая бриллиантовые серьги. — Возьмите. Пожалуйста. Они настоящие. Мне просто нужно уйти. Меня убьют, если вернут туда.
Женщина мгновенно замолчала, уставившись на сверкающие камни в моей испачканной руке. Она перевела взгляд на мое лицо, залитое слезами и размазанной тушью, и в её глазах что-то дрогнуло.
— Chica loca... (Безумная девчонка...), — тихо выдохнула она, быстро пряча серьги в карман фартука. Она цепко схватила меня за локоть и толкнула в сторону раздевалки. — Быстро. Снимай это. Живее!
Она сорвала с вешалки черную футболку, серую куртку и фирменную кепку кухонного рабочего, швырнув их мне:
— Надень. Волосы убери под кепку. Иди!
Я быстро сбрасываю испачканный верх своей одежды и натягиваю то, что дала мне эта женщина. Короткие волосы тщательно прячу под плотную кепку и выхожу из кабинки к своей спасительнице.
— Ponte esta máscara (Надень эту маску), — быстро шепчет Инес, протягивая мне медицинскую маску. — Иди через задний двор там стоит грузовик, мой друг Пабло тебе поможет, скажи ему, чтобы отвез тебя к заправке. Он поможет. Dile que vas de parte de Inés — скажи, что ты от Инес.
Вытолкнув меня на задний двор, она стремительно уходит. Буквально через секунду из глубины коридора доносятся встревоженные голоса охраны, видимо они наконец поняли, что я сбежала, и начали прочесывать здание.
Сердце уходит в пятки. Я пулей бегу к стоящему у ворот грузовику Пабло, дергаю ручку и запрыгиваю прямо в кабину. Мужчина лет сорока вздрагивает от неожиданности и хватается за руль.
— Qué коño? Ты кто такая?! Выметайся из машины! — грубо прикрикивает он, округлив глаза.
— Пожалуйста, стойте! — я судорожно натягиваю маску на лицо и красноречиво указываю ему на кухонную кепку и форму, которую мне дала его знакомая. — Меня прислала Инес! Она сказала, вы поможете. Довезите меня до заправки, прошу вас! Она сказала De parte de Inés.
Пабло замирает, услышав имя подруги. Он с явной опаской смотрит на меня, затем переводит взгляд на зеркало заднего вида, где у дверей отеля уже показались люди в черных костюмах. Времени на раздумья нет.
— Черт бы побрал эту Инес с ее вечными проблемами... — сквозь зубы ругается водитель на английском с сильным акцентом. — Живее, пригнись в ноги! Ложись на пол, кому говорю!
Я мгновенно сползаю на грязный коврик под пассажирским сиденьем и сжимаюсь в комок, едва дыша. Пабло резко включает передачу, мотор грузовика оглушительно ревет, и машина срывается с места.
Мы проскакиваем ворота как раз в тот момент, когда охрана начинает прочесывать двор. Пабло резко закладывает руль в переулок и гонит машину вперед, сердито бормоча себе под нос —Mierda, mierda, mierda!.. (Черт, черт, черт!)
Минут через десять, когда отель скрывается из виду, он сбавляет скорость и кивает мне
— Oye (Послушай), можешь подниматься. Ты что, беглая невеста? Madre mía (Боже мой) Если хозяева узнают, кто тебя увез, нам обоим несдобровать.
Я медленно поднимаюсь с грязного пола и смотрю в боковое зеркало. Опасность осталась позади. Я наконец перевожу дыхание.
— Меня обманом хотели выдать замуж насильно. Если они поймают меня... я не знаю, что со мной сделают. Спасибо вам огромное за помощь.
— Tienes a dónde ir?— хмуро спрашивает Пабло, косясь на меня. — Тебе есть куда податься?
— Да. Но нужно как можно скорее уехать из этого города. У моей семьи здесь везде связи.
Пабло тяжело вздыхает
—Qué locura—(Что за безумие).
Он достает телефон, быстро набирает номер и начинает эмоционально говорить на испанском, активно жестикулируя свободной рукой. Мое сердце пропускает удар, я судорожно пытаюсь угадать по его интонации, не сдает ли он меня. Наконец Пабло сбрасывает вызов и поворачивается ко мне
— Ладно, слушай сюда, chica (девочка). Инес сказала отвезти тебя к ее кузине. Она даст тебе нормальную одежду и немного наличных. Инес передала, что это сдача с твоих брюликов. А после этого сразу vete, уезжай из города.
Я с огромной благодарностью смотрю на него, сглатывая подступившие слезы. Пабло снова сворачивает в переулок, окончательно увозя меня прочь от прежней жизни.