Шепот оборотня: Стая

Глава 5

Стас старался не шевелиться. Легкий ветерок прошел мимо, обдувая уши. Сердце громко стучало. Тяжело, настойчиво, словно изнутри что-то с боем пробивалось от ребер к горлу. Казалось, мир сузился до этого заглушающего все вокруг стука в груди:

Тук.

Морозный холодок пробежал вдоль позвоночника.

Тук.

Дыхание замедлилось.

Тук.

Мальчишка сам не заметил, как перестал дышать носом и перешел на рваное дыхание через рот. Глаза невольно закрывались. Позади послышался приглушенный рык.

Тук-тук-тук-тук-тук.

Медленно, почти незаметно поворачивая голову, он едва ли не перестал дышать. Руки, широко расставленные, сами собой поднимались вверх. Корпус осторожно поворачивался вслед за шеей.

Из темноты на него смотрели два светящихся желтых глаза. Голова хищника поднялась, обнажая белоснежный в лунном свете оскал. Рычание стало чуть громче, глубже, ближе.

И стоило легкому хрусту ветки раздаться где-то в темноте, как Стас, не задумываясь ни на секунду, сорвался с места и сломя голову рванул вперед.

Сердце теперь не стучало — оно молотило, заглушая все: хруст веток под кроссовками, свист воздуха в ушах, собственное хриплое дыхание.

Позади раздался новый звук: уже не рык, а тяжелый, пружинистый топот. Четыре конечности мягко, но быстро двигались по земле, приближаясь.

Глаза хищника мелькали в темноте: два желтых фонаря, то исчезали за деревьями, то вспыхивали ближе. Расстояние сокращалось. Неумолимо.

Понимая, что в скорости он сильно уступает, Стас резко, всем телом, крутанулся влево. Не бегом, а броском. Ноги скользнули по траве, потеряли опору. Кроссовки проехали по земле, оставляя две глубокие борозды. Колени подогнулись, ладони врезались в землю.

Он упал на бок, перекатился через плечо. Из легких вырвался короткий стон.

В тот же миг хищник метнулся следом. Слишком быстро, слишком уверенно. И, похоже, не заметил перед собой массивный ствол березы. Послышался глухой, тяжелый удар. Череп врезался в кору с такой силой, что дерево качнулось.

Существо отшатнулось, мотнуло головой, из ноздрей вырвался короткий, злой фырк. Желтые глаза на мгновение потухли.

На миг оглянув существо, Стас заметил, что оно втрое превосходило его размерами. Кожа тонкая, местами потрескавшаяся и натянутая. Сквозь нее на ребрах пульсировало тревожное красное свечение, будто внутри билось что-то живое, чужеродное. Каждый толчок отдавался слабым мерцанием, перекачивая свет по венам.

Желтые глаза открылись, вспыхнув еще ярче.

Существо качнулось, его голова дернулась, словно оно пыталось сфокусироваться. Стас не стал ждать.

Опираясь на пальцы и носки кроссовок, он выпрямил руки, как при низком старте. Мышцы ног напряглись. И он рванул в сторону.

Бежал, пригнувшись, почти на четвереньках первые секунды, пока не распрямился полностью. Ветки хлестали по лицу, рвали рукава.

Позади раздался громкий гортанный рык. Топот возобновился. Существо снова нагоняло его. Расстояние постепенно сокращалось.

Но оно, казалось, уже не так стремительно приближалось. Каждое движение давалось с заметной паузой.

Не раздумывая, Стас резко свернул к ближайшей березе. Прыгнул, вцепился пальцами в кору, подтянулся. Ноги скользили, ладони обдирались, но он карабкался вверх. Быстро и отчаянно. Кора сыпалась под ногами, дыхание вырывалось короткими всхлипами.

Зарычав, существо прыгнуло следом, вытянув непропорционально длинные конечности. Когти вонзились в ствол ниже, чем нужно. Дерево вздрогнуло, но существо не дотянулось. Оно подтянулось еще раз, когти снова царапнули воздух в десятке сантиметров от кроссовка Стаса.

Мальчишка полез выше, ветки скрипели под весом. Он видел: хоть существо еще не сдалось, но уже слабеет. Теперь преимущество, пусть и маленькое, было у него.

Он лез вверх, цепляясь за ветки все выше, пока руки не начали дрожать от напряжения, а дыхание не превратилось в короткие, жгучие всхлипы. Он ждал нового прыжка, нового скрежета когтей, нового рыка, но ничего не происходило.

Тишина.

Он замер, прижавшись к стволу, и осторожно посмотрел вниз.

Существо стояло на земле, неподвижно. Оно больше не прыгало. Не рычало. Просто смотрело вверх, запрокинув голову. Желтые глаза тускло мерцали в лунном свете. Оно вертело головой из стороны в сторону: медленно, почти растерянно, словно пыталось поймать его силуэт среди веток и теней. Взгляд скользил мимо, возвращался, снова уходил в сторону.

Стас вдруг понял: зрение существа, хоть и острое в темноте, было несовершенным. Оно искало его, но уже не находило.

Мальчишка вцепился в ветку сильнее, пальцы побелели. Его глаза встретились с желтыми фонарями внизу, и на короткий, невыносимый миг ему показалось, что в этом взгляде мелькнуло что-то человеческое.

Но это длилось лишь секунду.

Существо пошатнулось. Его тело дернулось — резко, конвульсивно. Красное свечение на ребрах мигнуло неровно, потускнело, вспыхнуло снова и угасло. Оно отступило на шаг, потом еще на один. Голова мотнулась вбок, из пасти вырвался хриплый, надсадный звук: не рык, а почти стон.

Оно развернулось и, пошатываясь, скрылось в тени леса.

Стас остался на дереве. Тело дрожало, руки онемели, пальцы едва разжимались. Он не знал, сколько времени прошло. Ночь все еще была глубокой, луна висела высоко, лес молчал, как будто ничего и не было.

Он сполз чуть ниже, на более толстую развилку, прижался спиной к стволу и закрыл глаза. Сердце все еще колотилось. Он пытался дышать ровно. Пытался убедить себя, что все кончилось.

Стас глубоко выдохнул, и в этот миг лес ожил странными звуками.

Сначала едва заметно: низкий, вибрирующий гул, будто где-то далеко-далеко проехал тяжелый поезд по рельсам, которых здесь нет. Гул нарастал, переходя в пульсирующую вибрацию, от которой дрожали мелкие ветки.

«Паника, — подумал он. — Просто паника. Усталость. Адреналин играет шутки».