Шепот оборотня: Стая

Глава 11

Илья стоял посреди комнаты и смотрел на клетку. Холодные металлические прутья равнодушно блестели в свете лампы. Он повернул голову на отца. Сергей замер в ожидании слов или действий, но сын молчал.

— Илюш, ты чего? — мужчина почесал затылок и взглянул на наручные часы: время уже перевалило за двенадцать. — Ты если хочешь что-то сказать — ты скажи. Я тебя всегда пойму.

— Пап, — тихонько позвал мальчишка, озираясь по сторонам, — можно я останусь спать в комнате?

Сергей опешил. «Нельзя» — первая мысль, возникшая в голове. Но язык не поворачивался это сказать. Он смотрел на спокойное лицо сына, который и не возразит, если ему ответить «нет». Отец перебирал в голове столько пунктов в списке «почему это плохая идея», но то, что сын изъявил желание быть нормальным ребенком, перечеркивало все.

— Хорошо, — он погладил мальчишку по голове и тихонько подтолкнул к выходу, — иди к себе в комнату.

На долю секунды на лице сына появилась едва заметная улыбка. Мальчишка залез в клетку, забрал своего пингвина и медленно направился к выходу, будто ожидая, что его вот-вот остановят.

Мужчина какое-то время оставался внизу. Посмотрел на второй выход из подвала, подошел к нему, проверил прочно ли закрыты ставни и, снова остановился.

Он точно понимал, что поступил неправильно и, казалось, пока остается в подвале, последствия его не настигнут.

Он ведь знал, что Илья порой сам спускается в подвал, когда дома никого нет. Видел мокрые от пота простыни и одеяло, грязную и рваную одежду. Знал о том, что сын скрывает. Но ведь он вроде справляется. Это ведь хороший знак, правда?

Он прошел к клетке и запер ее снаружи. Сам и не понял зачем.

— Сереж! — обеспокоенный крик раздался сверху.

Сердце бешено заколотилось, руки затряслись — накатила паника.

Он почти бегом поднялся по лестнице. Обеспокоенная жена налетела на него с порога.

— Света, что случилось?

Жена оглянулась по сторонам, наклонилась ближе к нему и тихо, почти шепотом, спросила:

— Почему он не внизу?

Сергей закрыл глаза, тяжело вздохнул и, проведя пальцем от переносицы до лба, виновато взглянул на жену:

— Я ему разрешил.

— Что? — Света отшатнулась от него, будто обожглась. Брови ее слегка напряглись, глаза смотрели пронзительно. — Я надеюсь, ты шутишь.

— Свет…

— Да что с тобой? Разве ты не понимаешь, что так нельзя? Не понимаешь, что это опасно?

Конечно понимает. Просто поделать с собой ничего не может, когда видит взгляд сына.

— Понимаю. Но не могу так с ним поступать. Ты ведь и сама не можешь.

Зря он это сказал. Испуг тут же сменился гневом:

— Мы ведь договаривались, — сквозь зубы процедила она.

— Договаривались, — подтвердил мужчина.

— Тогда зачем ты мне это говоришь?

— Да потому что! — Сергей повысил голос и, украдкой посмотрев на лестницу, заговорил тише. — Ты просишь меня делать то, чего не смогла бы сделать сама.

— Да, — голос слегка дрогнул, но все еще звучал с упреком, — но ты дал слово. Ты дал слово, и я согласилась, а теперь что? — женщина отвернулась и подошла к столу, поправила рукава длинного черного халата в цветочек и снова надела эту безразличную маску на свое лицо. — Я все никак понять не могу: ты о Сашке совсем не вспоминаешь

Слова больно ударили под дых. Лицо мужчины стало совсем серьезным, глаза слегка прищурились и блестели под светом кухонной лампы.

— Даже не смей так говорить.

Размахивая широкими рукавами, Света подошла к раковине, взяла стоящий рядом стакан и набрала воды из-под крана. Руки ее сильно потряхивались. Она сделала глоток и повернулась, опираясь одной рукой о кухонную тумбу.

Муж не мог не заметить, как гнев сменило пустое выражение лица.

— Ты ведь знала, что так будет, — продолжил он уже мягче, — мы ведь не можем вечно держать его в клетке.

— Тебе не кажется, что мы как будто бы живем по отдельности? — она взяла стакан двумя руками и сделала еще один глоток. — Мы вроде и вместе, но как будто бы и нет. Ты врешь, скрываешь и твои решения… Ты принимаешь решения один. Может, ты чего-то там у себя в голове порешал… — ее слова теперь звучали глухо и сдавленно, тягостно отдаваясь в груди. — Не знаю. Ты думаешь, я не понимаю, почему ты это делаешь? — глаза покраснели, и женщина быстро заморгала, стараясь убрать влагу. — Ты притворяешься, что он не причинит никому вреда. Будто сам не чувствуешь опасность, стоит ему приблизиться. А я что? Должна ждать, когда ты спустишься с небес и…

— Успокойся, — все, что смог выдать Сергей в ответ на этот монолог.

— Хорошо, — саркастично кивнула она. — Хорошо.

Тишина в доме казалась еще более гнетущей, нарушаемой лишь редкими скрипами половиц да далеким лаем собаки.

— А мы вместе? — наконец спросил он.

— Что?

Вопрос явно сбил Свету с толку. Она слегка наклонила голову вбок и посмотрела на него каким-то совсем новым взглядом.

— Мы разве вместе? — он сложил руки перед собой, вопрос дался ему тяжелее, чем думал, но его пора было задать. — Ты как будто сама по себе, и я не знаю, что происходит между вами и… — глубокий вздох позволил сделать небольшую паузу и собраться с мыслями, — и между нами.

Ответа не последовало, хотя это был не вопрос. Сергей прошел к столу, отодвинул стул и уселся перед ней, смотря снизу вверх.

— Мы ведь живем разными жизнями, спим в разных комнатах и не разговариваем. Да, я знаю, что мы это не обсуждали, но… — он наблюдал, как жена считывает сказанное, но не мог распознать. — Ты сказала Юрке, что мы вместе. Что значит это «вместе»?

— Сереж, я…

— А Илья, — он не дал ей продолжить. Не был уверен, что готов это услышать, — он хороший мальчик. Добр и наивен. Что за жизнь мы можем ему дать? Ему нужна возможность выходить на улицу, заводить друзей, жить. Мы загоняем его в клетку, — голос звучал глухо, как будто пробивался сквозь стену усталости.

— Каждый раз, когда я смотрю на него, то вижу ее.