Шепот оборотня: Стая

Глава 14

Руки Димы тряслись, сердце бешено молотило, дыхание сперло.

Вокруг раздался приглушенный звон. В голову резко ударило яркое воспоминание.

Удар по лицу, больно ощущался в костяшках.

Дергающийся Стас пытался подняться и снова получил по скуле.

Дима моргнул, стараясь дышать глубже. Изображение проигрывалось в голове, не позволяя видеть реальность.

Удар — из носа идет кровь.

Второй — ссадина на щеке.

Третий — красная трещина на губе.

Удар.

Еще один.

Еще, еще, еще.

Стас уже не сопротивлялся.

Голоса постепенно становились громкими, заглушая звон: «Хватит!», «Перестаньте!» — звучало с разных сторон.

Последнее, что мелькнуло в памяти: резкая боль в локтевом сгибе, за который его отдернул учитель ОБЖ.

Сейчас побитый Стас в упор смотрел на Диму. Сердцебиение последнего, казалось, ускорялось с каждым ударом.

Но стоило бывшему другу сделать шаг навстречу, у Димы внутри вдруг все затихло. Он пытался вспомнить, как дышать, но почему-то вдох удалось сделать только через рот.

Еще один шаг Стаса громко отдался в ушах.

Дима сам не понял, как рванул с места и, пролетев мимо Туменского, оказался за воротами школы.

Стас стоял на месте и пытался понять: ему настолько сильно по голове прилетело или Димка только что пронесся мимо него на полной скорости.

Мальчишка буднично прошелся по коридору. Все так открыто пялились, что хотелось куда-то спрятаться.

Ну хотя бы делали вид, что не смотрят, хоть какое-то приличие проявили бы.

К Стасу даже подошло несколько одноклассников и спросили: «Как ты себя чувствуешь?».

Отвратительный вопрос.

Он чувствовал себя плохо — разве это не очевидно? Но Стас лишь легонько пожимал плечами, улыбался и отвечал, что все отлично.

В школе он теперь сидел с Русаковым. Артем сам к нему подсел, и Стас был совсем не против. Все лучше, чем сидеть одному.

Но уже на втором уроке у мальчишки разболелась голова. Бросив ручку, он наклонил голову, массируя виски пальцами.

— Стас? — нежно позвала Татьяна Егоровна. — Все хорошо?

Мальчишка слегка дернулся, когда услышал голос учителя. Обычно к нему такого ярого внимания не проявляли.

— Да, — спокойно ответил он, продолжая потирать виски, — просто голова немного побаливает.

— Ох, — женщина тяжело вздохнула и так жалостливо посмотрела на него, что у мальчишки скрутило желудок, — мог бы еще немного дома посидеть. Необязательно было сегодня приходить.

Мог бы.

Да только скучно сидеть дома одному. Да и что уж греха таить — хотелось увидеть Димку. Он-то думал, что они хотя бы сегодня смогут поговорить. Кто ж знал, что друг сбежит прочь при первой же их встрече.

— Нет, Татьяна Егоровна, все хорошо.

Мальчишка натянуто улыбнулся, на что учительница неодобрительно качнула головой:

— Сходи тогда, умойся хоть.

— Хорошо, — ответил он и, благодарно кивнув, вышел из класса.

Туалет находился через пару кабинетов от того, в котором проходил урок. Внутри никого не было, потому что, как правило, на уроках в туалет никого не выпускали.

Он включил холодную воду и несколько раз резко брызнул в лицо. И правда, стало немного легче.

Мальчишка некоторое время стоял, вцепившись в раковину. Глубоко дышал, периодически плеская водой на лоб. Казалось, что он стоял всего пару минут, но неожиданно по голове ударил треск звонка. Похоже, он тут уже долго.

Вернувшись в класс, медленно собрал рюкзак и, дождавшись, пока все одноклассники выйдут, негромко спросил учителя:

— Татьяна Егоровна, мне что-то и правда нехорошо, можно я домой пойду?

— Пойдешь? — удивленно переспросила она, усаживаясь обратно на стул. — Ну нет, я твоему дяде позвоню, пусть заберет тебя.

— Дяде?

Ага, да. Будто бы Леша найдет на него время.

— Посиди пока, сейчас ему наберу.

Стас закатил глаза, плюхнулся на стул и, обняв рюкзак, положил на него подбородок.

Стоило учительнице набрать номер, как на звонок тут же ответили.

— Здравствуйте, Алексей Александрович.

Господи, к нему даже в школе обращались на «вы».

— Стас плохо себя чувствует, можете его забрать? — она вслушивалась в ответ, а потом сказала, — да, хорошо, ждем.

Неужели согласился?

Стас вопросительно посмотрел на нее. Татьяна Егоровна поджала губы и ласково ответила:

— Сказал, что приедет через пятнадцать минут, посиди пока тут.

Удивительно. И как время-то нашел? Ну заберет и заберет — плевать. Ему просто хотелось лечь на кровать.

Следующего урока у учителя не было, так что Стас уткнулся головой в парту и закрыл глаза. Поначалу учительница пыталась с ним поговорить, и он даже отвечал ей, правда очень кратко, но отвечал. А затем совсем затих. Было не до разговоров. Пульсирующая боль никак не унималась.

Вскоре дверь открылась, и внутрь заглянул Леша:

— Ну как ты, ребенок? — неловко усмехнулся он.

Стас снова закатил глаза, медленно поднялся и вразвалочку направился к выходу. Леша положил руку ему на плечо и, слегка подтолкнув племянника, приоткрыл ему дверь.

— Алексей Александрович, можете задержаться на минуту?

Леша остановился и удивленно оглянулся. Слегка нахмурившись, посмотрел сначала на учителя, потом на племянника и протянул последнему ключи от машины:

— Подождешь немного?

— Нет, — ответил Стас без единой эмоции, — уеду. У меня ж есть права, да?

Леша легко усмехнулся, но, когда не увидел ответной реакции со стороны Стаса, неловко цокнул.

Мальчишка забрал ключи из его рук и вышел в коридор, прикрыв за собой дверь. Сделав пару шагов к лестнице, остановился и стал прислушиваться.

Соседние кабинеты были открыты, легкий гул тихим эхом раздавался по коридору. Слова учительницы поначалу звучали обрывисто:

— Алексей Александрович… Стас… Алферовых…

Но спустя некоторое время слух адаптировался, голова будто и не болела больше, и голоса можно было разобрать: