Шепот песков

Глава 5

В комнатку оба беглеца явились только в день отъезда. И если Морока я бы и дальше не видела, то на Артиста была искренне обижена. Но рыжий этого даже не понял. Довольный с улыбкой до ушей бегал по комнате собирая вещи и хвалил всех сразу за добычу.

Меня он подобрал точно так же, как вещь, которую нельзя забыть. Схватил за руку и застыл посреди комнаты, оглядываясь.

– Вроде все, – констатировал задумчиво. На мою попытку забрать руку даже не повернулся, попросив, – Холь не крутись, а то останешься здесь одна.

Сдувшись, замерла. Все равно мою крохотную сумку с вещами взял Итван. Камни давно висели на поясе, а остатки денег на шее. По привычке, ближе к груди.

Остальные так же задумчиво оглядели пустое помещение, разом улыбнулись, поняв, что происходит, и вышли, не закрывая дверь. Морок, как всегда, пошел разбираться с хозяином дерева, а мы медленно двинулись к реке. Улица была главной, самой широкой. Даже когда навстречу друг другу шли два дерева, мы могли спокойно идти посередине, не опасаясь, что нас раздавят. По дороге Морок еще и продал часть вещей. Те, что не нужны были на корабле.

Кораблик был совсем крохотный. Гораздо меньше, чем наши современные. Да, наверное, и меньше старинных, морских. Он больше напоминал старый утюг, только сверху паутина веревок на двух мачтах. Надстройка, которую по картинкам я помнила совсем небольшой, здесь занимала почти две трети кораблика.

Команда бегала по перекинутым к причалу доскам: носили ящики и мешки. При их виде я искренне застонала. Это были все те же зеленые люди-птички.

О том, что Морок рядом, узнала, только когда он обошел нас, первым подходя к застывшему крупному птицу в белой безрукавке. Одежда, наверное, как-то по-другому называлось, но суть та же.

Мы с ребятами стояли чуть поодаль, ожидая конца переговоров. Итван хмурился, уставившись под ноги, а Артист с интересом рассматривал корабль, не выпуская при этом моей руки. Предосторожность излишняя, что-что, а оставаться в одиночестве среди местных мне точно не хотелось. Так что я изучала нашего капитана, несколько недоумевая: Морок упоминал, что уже купил билеты. Так чем же вызвана эта задержка? В голову невольно стали приходить мысли о похищенных камнях. Ребята говорили, что ледяные с местными не слишком общаются, но вдруг ради нас сделали исключение?

Наконец, прерывая мои, несколько панические, размышления, Морок махнул рукой подзывая. С палубы к нам быстро сбежал еще один зелененький человечек и протянул поднос, на котором лежало что-то сушеное, коричневое.

Первым кусочек этой штуки взял капитан, съел и кивком указал на нас.

Морок потянул следующий кусочек. Пока же брали остальные, медленно прожевывая угощение, он едва слышно шепнул мне.

– Не бойся, это мясо, не насекомое.

Я благодарно кивнула. Как раз пришла моя очередь брать угощение. Прожевать этот кусок резины удалось с большим трудом. Радовало одно, он был солененький, довольно приятный на вкус.

Птиц удовлетворенно кивнул и указал рукой на трап.

Первым, естественно, пошел Морок. Перед тем как уйти, этот паразит успел бросить мне дополнение к мясу.

– Надеюсь, на эту еду у тебя будет не такая бурная реакция.

Нет, ну как можно быть таким козлом?!

У меня тут же скрутило живот – просто на всякий случай. Но страх потек по телу, превращая его в желе.

Артист с тревогой смотрел, как я все сильнее цепляюсь ему за руку. А я проклинала Морока, переставляя и без того непослушные ноги.

Никаких неприятных последствий от кусочка мяса не было. Я лежала на койке, разглядывая деревянный потолок и тихонько радовалась. Наконец, можно было побыть одной. Мне выделили отдельную каюту! Правда, клетушка эта была чуть больше самой кровати. Зато никаких мрачных типов рядом не лежало, и храп Итвана ушел вместе с ним к Артисту.

***

Прошла почти неделя пути. Развлечений на корабле было откровенно мало, но меня это абсолютно не беспокоила. Никогда еще не чувствовала себя так хорошо. Природа, друзья и бегущая вода успокаивали лучше любых таблеток. Я могла весь день просидеть на носу, разглядывая берега и кипящую под килем воду. Даже про завтрак забывала, погрузившись в спокойные, как эти дни мысли. Меня не беспокоило даже то, что я в другом мире. Словно я в отпуске и старательно отдыхаю от семейной жизни. Это было несколько непривычно, обычно я весь день только и делала, что перебирала необходимые занятия: купить, убрать, позвонить – всегда были со мной. Теперь же, будто кто-то стер мою прошлую жизнь, оставив на нее легкий намек.

По вечерам или когда на палубе было слишком много зеленых, которых я все еще побаивалась, я допрашивала мальчиков о мире. Как ни странно, чаще мне попадался Итван. Артист не мог долго находиться на одном месте, и под любым предлогом убегал. А великан, наоборот, укладывал мне на колени голову и рассказывал. Я, в свою очередь, слушала и перебирала мягкие волосы. Так что, мы оба получали то, что хотели. Об острове Итван говорил мало. Похоже, память все еще вызывала в нем душевную боль. Я не настаивала, получая знания о других землях.

В этот день Артиста Морок гонял по палубе, стараясь воскресить в нем, как он выразился: давно забытые умения. С Итваном он закончил и тот лежал, пристроив голову на моих ногах, и, прикрыв глаза, отдыхал.

– Итван, – украдкой покосившись на закрытую дверь, спросила я вполголоса. – Морок, кто он такой?

Итван приоткрыл один глаз, окинув меня лукавым взглядом, и вновь закрыл.

– Крошка, тебе лучше спросить об этом у него, – мягко намекнул он.

– Ты издеваешься?! – я вздохнула, накрутив прядку на палец и, чуть-чуть подергав, попросила, – ну хоть в общих чертах.

– В общих, – задумчиво протянул Итван улыбаясь. – Он Тень.

– Итван! – возмущенно возопила я, когда поняла, что общие сведения у великана закончились. – Ну, пожалуйста!

Он негромко рассмеялся, все еще не открывая глаз.

– Тени одни из меченых, – все же соизволил он ответить. – Считаются самыми сильными. У них даже посвящение немного отличается, растянувшись аж на пять этапов, после которых они получают имя.