Шёпот Разорванной Завесы

2.4

Улицы Вейлгарда отражали солнечный свет в лужицах на мощёной мостовой. Я шагала вдоль рядов лавок, стараясь выглядеть, как обычная горожанка, — чуть ниже капюшон, ровная спина, сдержанное выражение лица. Внутри же мысли перехлёстывали друг друга: завтрашнее утро у северных ворот, незнакомец, чьи намерения покрыты густой пеленой сомнений, Теневые Клинки, ритуалы, старые святилища… От этого клубка тайн кружится голова.

Я решила потратить остаток дня на небольшое расследование «между делом»: пройтись по знакомым точкам, где некоторые торговцы или лодочники слышат больше, чем говорят. Эти люди не слишком болтливы, но знают, как улавливать слухи — вдруг кто-то из них упомянет о подозрительных личностях, ищущих дорогу к северным землям. Я не питаю больших надежд, но любая крупица информации может пригодиться.

Спустившись к небольшому ответвлению канала, я оказалась среди плоских мостиков, перекинутых через узкую воду. Здесь, в тихом уголке за рядами домов, не так шумно, как в сердцевине торговых кварталов. Вдалеке слышны голоса, но уже глуше. Некоторые ремесленники вывешивают свежекрашеные ткани, и ветер играет расцветками, будто пытается устроить свой карнавал. Мне вдруг захотелось на мгновение забыть о делах и просто постоять, вдохнуть запах мыла, которым натирают деревянные поручни, и масла, смазывающего петли дверей. Но нет — это был бы побег от реальности.

Остановившись у лавки пожилого торговца солью и пряностями, я наклонилась к его прилавку, сделав вид, что интересуюсь товарами. Старик — худой, с проницательными глазами — не раз помогал мне, иногда за пару монет, иногда из любопытства. Я тихо спросила:

— Слышали что-нибудь о людях, спрашивающих о северных землях, забытых святилищах или странных путниках, ищущих редкие травы? Может, кто-то заходил с необычными просьбами?

Торговец приподнял бровь, оценивающе глядя на меня. Мы знали друг друга давно, и он понимал: если я задаю такие вопросы, значит, дело серьёзное. Он покосился на соседнюю лавку, потом склонился ко мне, понижая голос:

— Недавно один незнакомец, скрывавший лицо, спрашивал о пути к древним лесам. Я посоветовал ему нанять проводника. Он ушёл недовольным, бормотал что-то о том, что «не нужны ему проводники, он сам найдёт путь». Странный тип. Спрашивал ещё о «камнях, окружённых мхом», будто искал место с каменными постройками, давно покинутыми людьми.

Я поблагодарила его, бросив пару медяков в жест признательности, и пошла дальше. Значит, кто-то уже прощупывает почву, пытаясь выйти на северные земли без посторонней помощи. Возможно, это один из культистов. Информация не слишком конкретна, но подкрепляет догадку: они хотят проникнуть к месту силы.

Поднявшись по улочке, обсаженной горшками с цветами, я заметила небольшую кофейню. Её хозяин нередко бывает словоохотлив, когда речь идёт о слухах. Я зашла внутрь, там пахло горькими зёрнами и сладким печеньем. Взяв маленькую чашку крепкого кофе, села у окошка, наблюдая за прохожими. Спросила вскользь у хозяина, не слышал ли он о каких-то странных покупателях, интересующихся старыми дорогами, но тот лишь пожал плечами: ничего необычного.

Когда я покинула кофейню, солнце уже достигло зенита. Город жил своей жизнью, и никакие признаки надвигающейся беды снаружи не были заметны. Нет известных мне тревожных толков, никого не волнует, что в тени плетётся заговор, способный перевернуть картину мира. Я могла бы подумать, что ошибаюсь, если бы не увидела руны в складе и не услышала подтверждения у гномов.

Пора было вернуться, чтобы обдумать план на вечер. Нужно хорошенько выспаться, быть в форме перед завтрашней встречей. Я вспомнила о Хранителе: он примет необходимые меры предосторожности, будет держаться в стороне, готовый вмешаться. Страшновато полагаться на скрытую поддержку, но выбирать не приходится.

Проходя через площадь с каменной статуей старого наместника, я заметила, как группка уличных музыкантов готовится к исполнению утренней мелодии — нежная флейта, триструнная лютня и легкий бубен. Звук несётся по кругу, и мне на мгновение хотелось бы отвлечься, послушать их, почувствовать красоту момента. Но завтра может оказаться уже поздно для таких наслаждений. Я посмотрела на них с лёгкой грустью, отмечая, что даже в самое тревожное время люди продолжают искать радость в искусстве.

Спустившись по узкой лестнице, ведущей к моему скромному убежищу (маленькая комната на втором этаже каменного дома, где я останавливалась, когда наниматели не предоставляли жильё), я чувствовала утомлённость и беспокойство. День выдался насыщенным: гномий архив, незваный гость, разговор с Хранителем, попытка добыть новые слухи. Ничего конкретно нового, кроме подтверждения наших догадок, но и этого достаточно, чтобы не блуждать в абсолютной темноте.

Мне нужно будет продумать, что взять с собой завтра, как стоять, как внимательно следить за жестами незнакомца. Надо немного поспать, дать мозгу отдохнуть, чтобы утром быть свежей. Взгляд упал на окно моей комнаты: из него открывался вид на узкий переулок, где иногда проходили разносчики, выкрикивающие новости. Сегодня они не кричали ничего тревожного. Хорошо бы так и оставалось, но это иллюзия спокойствия.

Я сделала глубокий вдох, стараясь отпустить лишние тревоги. В конце концов, я не бессмертна и не всеведуща. Но я сделала всё, что могла сегодня: нашла сведения, договорилась с Хранителем о подстраховке, попыталась собрать слухи. Завтра — новый день, и он может принести ответы, если я сумею правильно поступить.

Прежде чем закрыть ставни, я бросила последний взгляд на выстланный камнем переулок. Лучи солнца падали косо, высвечивая пыльные частицы в воздухе. Люди проходили мимо, не зная, что в их мире завязалась борьба за хрупкую линию между мирами. А я — всего лишь одна женщина с мечом, кинжалом и упорным желанием не дать безумцам разорвать ткань реальности.

Задернув занавеску, я присела на край кровати. Мысли о Теневых Клинках и магии Завесы крутились в голове, но я заставила себя успокоиться. Наступит утро — и я пойду к северным воротам, рискну, погружусь в неизвестность. А пока нужно дать себе время отдохнуть. Надеюсь, что потом, проснувшись, я буду немного яснее понимать, как вести эту тайную войну с невидимым врагом.