Шепот сакуры, голос тайги

Глава 8

Сидеть в баре с двумя приятелями оказалось очень приятно — как будто я вернулась на встречу выпускников, половина из которых не пришли. Никакого излишнего интереса, никаких шуточек и неуместного флирта, просто, как старые одноклассники или товарищи, беседуем и отдыхаем.

Как же это всё произошло? А просто после того, как мы выполнили условно полулегальную контрабандную доставку груза на склад, оба товарища пригласили меня пойти с ними в бар после работы.

Нет никакого сексуального подтекста или флирта — у японцев это вообще в крови. Если ты устала, хочешь отдохнуть, иди после работы с коллегами в бар и там снова обсуждай работу.

И все люди за границей кругом говорят, что русские алкоголики? Да, по сравнению с русскими эти японцы — алкоголики, по-русски так — заядлые трезвенники.

Работали мы в этот раз втроём — хоть и люлька была рассчитана на двух человек, но по грузоподъёмности могла поднять и нас троих и ещё даже груз. "Мальчики", — с высоты прожитых лет язык не поворачивался называть их мужчинами, — решили сами затаскивать мешки в люльку, после чего я нажимала пуск, поднимая всех нас троих на нужный этаж, после чего они снова стаскивали мешок уже внутрь.

В таком нехитром темпе за пару часов мы перетаскали все мешки. Кано оценил все прелести в монтажной люльке и первым предложил вместе посетить бар. Да-да, эту идею предложил он, а не шебутной Рин.

— А ты смелая, — слегка осоловелый Рин стал ещё более болтливым. — Стоишь, и даже глазом не моргнёшь!

Смотреть на него было одно удовольствие: ровные русые волосы лежат, как всегда, ровно, а вот глаза чуть поблескивают от выпитого, и речь, и жесты становятся ещё более открытыми. Так он становится больше похож на русского рубаху-парня, точнее, на русского из Бурятии — такой же узкоглазый с монголоидными чертами лица, а ещё разговорчивый и дружелюбный.

Пожалуй, если сейчас пригубить немного, то можно легко представить, что я отдыхаю где-нибудь в Забайкалье с парой давно знакомых местных.

Я только гордо улыбнулась в ответ на его комплимент — не сознаваться же в том, что это мне помогает опыт предшественницы.

— Мидори, не так давно я был о тебе немного другого мнения. Так вот, я был неправ, — кивнул Кано, который тоже принял на грудь, а потом и на плечи.

В отличие от открытого Рина, он так и остался серьёзным — ни дать, ни взять истинный самурай, для которого честь превыше всего. Однако вид у него стал более что ли открытый.

Я только молча улыбнулась ему.

— Как мы их! — лихо взмахнул рукой Рин.

Я только снова слегка улыбнулась улыбкой умудрённой годами женщины.

— А как же так получилось? — поинтересовалась я. — Наша компания — одна большая дружная семья, а тут… то Рин тайком едет… сами знаете куда, то… вы вдвоём… ездите…

— Это только на словах! — махнул рукой Рин.

— Как я понимаю, ты умеешь хранить тайны, — задумчиво посмотрел на меня Кано. — Значит, я могу тебе рассказать.

Я заинтересованно кивнула.

— Рин прав — это мишура. На самом деле у нас ведутся целые войны между отделами — кто кого подсидит, и то, что ты видела — это как раз то, что я сейчас говорю. Фокус с проверкой электронного документооборота Ирисава сделал по чьей-то подсказке — кто-то знал, что я заказал товар устно, но перед эти мне выдали заказ с почти истёкшим сроком исполнения, чтобы я точно не мог его сделать. Поэтому по-другому я не мог сделать его никак. Подставу с машинами устроил кто-то из логистов, и как устроил-то хорошо — не подкопаешься.

Я только с умным видом кивнула — похоже, коллеги везде одинаковы.

В какой-то момент всем стало весело — Кано в туалет поддат и пошёл на улицу, чтобы им что-то показать, так и осталось неизвестно что, но мне пришлось, а греха подальше, затаскивать его обратно и даже некоторое время отвлекать, пока не вернулся Рин.

После этого мы вдвоём посадили пьяного Кано на такси, после чего отправили его домой, а сами остались постоять на свежем воздухе, чтобы хмель чуть-чуть выветрился из наших голов.

— Мидори, — сказал Кано, несколько виновато глядя на меня, — спасибо, что согласилась помочь сегодня ещё раз, и, пожалуйста, постарайся не запоминать выходку Рина. Он и без этого был несколько раз долбаем, а после того, как прошёл обучение в Европе, регулярно заносит.

Что никто не узнает, я наконец-то с чистой совестью отправилась домой.

Кано спокойно, без происшествий доехал домой. Не стоило, конечно, так напиваться сегодня, но вроде бы он выглядел довольно пристойно и не делал ничего позорного. Просто эти постоянные попытки его подсидеть и подлянки его изрядно утомили. Первым делом он пошёл под душ, выгоняя из головы остатки хмеля. Приведя себя в приличный вид, он утерся матерчатым полотенцем и набросил махровый халат. Я вышел, чтобы выпить чашечку чая и поужинать наконец нормально.

Внезапно зазвонил сотовый. Кано глянул на дисплей телефона — звонила мама.

— Добрый вечер, мама.

— Добрый вечер, сынок, — с какой-то особенной интонацией сказала мама, — тебя можно наконец-то поздравить, у меня будут внуки?

Кано поперхнулся на месте.

— С чего ты взяла, мама?

— Ну как же, дорогой мой? Говорят, сегодня поздно вечером тебя видели у одного кафе с какой-то девушкой, любующимися звёздами.

— Мама, это не то, что ты подумала!

— А что я подумала? — иронично спросила госпожа Кано.

— Мама, это мы просто коллеги, только!

— Ещё лучше! Теперь, по крайней мере, она постоянно будет на работе рядом с тобой, и ты не станешь мне говорить, что у тебя нет времени на девушек уже просто потому, что ты всё время на работе.

— Мама, мы работаем в совершенно разных отделах и никак не пересекаемся!

— Но по какой-то причине вдруг оказалось, что вы пьёте вместе кофе.

— Это было лёгкое пиво, мама! И мы были не в кафе, а в баре.

— О, наконец-то сознался! В баре, значит? И как продолжаете знакомства, ты сейчас у неё, может мне перезвонить?