Шепот темного ветра

Глава 1. Ревность

ВНИМАНИЕ: второй том сразу стартует в космос с крепкой эротикой и очень напористыми и неоднозначными мужчинами, чьё поведение может давить на психику впечатлительных читателей.
Если вам комфортно с таким уровнем страстей — добро пожаловать!!!
Но, пожалуйста, убедитесь, что вам уже есть 18+++ 😉 #мжм

Медленное знакомство с героями и романтика остались в первой книге.
Её можно прочитать по ссылке:
https://litnet.com/shrt/NcH-

ГЛАВА 1

Сегодня Крон сорвался.

И говорить это о вампире, простите, ки-эне — которому десять тысяч лет и о том, кто является главой реликтовой расы, существующей на Земле ещё в эпоху динозавров, — это действительно страшно.

Ещё несколько месяцев назад, увидев его таким, я бы, наверное, предпочла сразу закатить глаза и умереть. Чтобы даже не пытаться узнать, что он мог бы сделать со мной, если бы прикоснулся в таком состоянии.

Но с тех пор, за последние шесть месяцев он прикасался ко мне все время. В таких местах моего тела, о существовании которых я в принципе не подозревала, хотя анатомию знала не плохо. Он постоянно подтрунивал надо мной и называл «ханжой», но за это время успел полностью сломать все мои представления о том, какой именно может быть степень близости двух людей в постели.

В дневное время я до сих пор краснела и бледнела, вспоминая, что он способен вытворять с моим бедным телом… хотя нет. Никаким не бедным. Эта предательская физическая конструкция радостно и с удовольствием принимала его во всех местах, позах и состояниях, нисколько не считаясь с представлениями моего разума о приличиях.

Поэтому разум, как верхнюю одежду, приходилось оставлять за пределами спальни Кронана, чтобы он, бедолага, не свихнулся окончательно. А в дневное время — просто не вспоминать, что происходит ночью.

Хотя Кронан очень любил напоминать. И даже днем нашептывал на ухо всякие любовные пошлости, особенно при всех, посмеиваясь над тем, как я начинала задыхаться от стыда и краснеть. Посмеиваться посмеивался, но сам при этом — не на шутку заводился. Хоть какое-то чувство отмщения.

Одним словом, мои отношения с ним можно было описать как почти идеальные.

За исключением того, что мои представления об идеальной жизни вовсе не ограничивались тем, чтобы полностью раствориться в одних только ночах с Кронаном. И вот тут вся идеальность начинала кряхтеть и разваливаться на части.

Сегодня я прилетела к нему как обычно, ровно в одиннадцать вечера. И не сразу поняла, что происходит, думала — у него плохое настроение, ведь у самой было именно такое. После последнего, «тайного» посещения Рэма, где я почти выдала своё присутствие.

Хотя, почему почти — точно выдала, просто Рэм так и не понял, кто наблюдает за ним сверху, прикрываясь невидимым пологом инопланетного шаттла. Но то, как он смотрел прямо в мои глаза и улыбался, даже не видя их — точно будет иметь последствия.

Я так была погружена в свои мысли, что не сразу поняла: Крон встречал меня на террасе без улыбки и даже не обнял. Просто врезался в мои губы ещё до того, как ноги успели коснуться террасы, подхватил на руки и целовал так неистово, что мыслей в голове просто не осталось.

Это был даже не поцелуй, казалось, он готов поглотить меня, выпить, уничтожить. И в случае с ки-эном это не метафора.

О том, что что-то не так, я могла бы догадаться уже тогда, когда на нечеловеческой скорости он схватил меня, и за один взмах ресниц мы уже очутились в наших апартаментах. Обычно он жалел меня, и вместе со мной так не перемещался, — после этого всегда кружилась голова. Но сейчас, даже не обратил на это внимания.

Я уже стояла на четвереньках на кровати, полностью обнаженная, и только сейчас, когда моё лицо жёстко уткнули в постель, зафиксировав шею, а бедра поставили под опасным углом где-то наверху, я точно догадалась: происходит что-то не то.

— Крон, что с тоб… — я вскрикнула, когда он резко, грубо вонзился в меня на самую длину, только сильнее зафиксировав, когда я начала дергаться.

До этого он долго меня целовал, и я уже была полностью готова его принять, но черт возьми, это было почти больно. И страшно. Крон редко молчал. Всегда говорил мне на ушко всякие вещи, зная: я так растекаюсь, что после этого он может делать со мной, что угодно. Ему и самому нравилось: брать меня не только телом, но и словами.

Сейчас — была полная тишина, только его шумное дыхание, и жёсткие, частые, влажные звуки наших тел. И несмотря на то, что со стороны это походило на жёсткое принуждение, я уже почти кончала. Почти… как вдруг он резко вышел. До ж это такое?

И я начинала бояться по-настоящему — это переставало быть похоже на нашу обычную игру. Особенно, когда он снова переместил меня: усадил на стоящий у стены жесткий пуфик, придавил спиной полностью к стене и одной рукой прижал к ней мои запястья, зафиксировав над головой.

— Крон…

Он встал надо мной, широко расставив ноги, почти оседлав, так что его член оказался прямо перед моим лицом. Я оказалась полностью зажатой между стеной и бедрами Крона, почти подвешенная. Его вторая рука легла на моё лицо, приподнимая под нужным ему углом, заставляя рот широко раскрыться.

Я была абсолютно шокирована тем, что он делает со мной и как, но в его глазах сейчас клубился абсолютный мрак, а за окном вдруг ударила молния. И это было совсем плохо. Никаких игр.

Но я снова перестала соображать, когда он вошёл в мой рот на всю длину. До самого основания, и снова начал трахать. Он наказывал меня. Точно наказывал, снова и снова, полностью входя всей своей длиной.

Но от того, как всё это происходило, я уже почти кончала. Несмотря на ощущение дикой пустоты и незаконченности внутри, когда он покинул моё тело. Черт бы его подрал! Но сейчас я готова была принять его внутри хотя бы так. Всё равно хотела доставить ему удовольствие. Когда видела, как он кончает, сама была готова кончить. Только лишь от этой картины.