Шепот в тумане тьмы

Глава 8. «В глаза страху»

– Ну что ж, сегодня мы выйдем на улицу, – торжественно сказал Астерион.

– Решил вывести прогулять меня? – фыркнула я.

– Мы будем тренироваться, просто сильнее и мощнее, чем прежде, а я не хочу, чтобы мы случайно разнесли мою пещеру.

Он надел черный плащ, я меховую накидку. Хоть еще был август, прохлада усилилась, горный ветер пробирал до костей. Мы стояли недалеко от пещеры, почти на том же месте, где боролись с тварями. Вокруг – ни души. Так пустынно, только шум волн слышался да завывание ветра.

– Ты будешь отражать мои атаки, – предупредил Астерион, встав спиной к обрыву, я же стояла ближе к скале, уходящей вверх.

– А если пропущу твой удар?

– Тогда умрешь.

Сомнение и страх смешались на моем лице, я развернулась, намереваясь вернуться в пещеру. Но передо мной резко возникла плотная стена тумана, не дававшая мне дальше пройти.

– Я пошутил, – донесся до меня голос Астериона. – Я не допущу твоей смерти.

И сразу же в меня понеслась волна тьмы. Это была именно черная поглощающая тьма, а не его туман. Чудовищная, странная, чуждая спокойному привычному миру.

Я не успела среагировать, чтобы защититься магически, но тут же отскочила в сторону. Только волна была нацелена на меня, и она быстро достигла цели. Удар небольшой, но я некрепко стояла на ногах – меня тут же отшвырнуло в сторону.

– Тьма – это тебе не летящий в тебя предмет, от нее не ускачешь, – проговорил Астерион.

– Ты сказал, что не будешь убивать, – прокряхтела я.

Астерион оказался около меня и подал руку, чтобы помочь встать. Его жест я демонстративно проигнорировала, чем вызвала у него усмешку.

– Так ты и жива, – подметил он.

– С такими темпами ненадолго.

Астерион снова отошел в сторону, в этот раз соизволив предупредить:

– На счет три. Раз, два... – В меня полетела новая волна тьмы, но и в этот раз я не успела подготовиться.

Магия стихии притянула ветви растущего рядом дерева. Крона загородила меня, но тьма тут же превратила ее в пепел. Мое сердце бешено застучало от осознания, что передышек и пауз, чтобы сосредоточиться, у меня нет. Астерион уже подготавливал следующий удар.

– Соберись, – крикнул он мне.

Я же должна уметь защищаться от тьмы. Мне ведь грозила опасность от нее, но, казалось, мне никогда не хватит сил справиться с ней.

В следующий удар я снова неосознанно закрылась оставшимися ветвями дерева. И они тоже посыпались на землю пеплом. Мне хотелось бежать, но я знала, что тьма нагонит меня везде.

Чувство безысходности застигло меня врасплох. Горло сжалось, не пропуская воздух в легкие, перед глазами поплыло. Астерион дал мне несколько секунд взять себя в руки, но я не могла.

Это как тонуть, не в силах выплыть на поверхность. Ты знаешь, что воздуха скоро не хватит, выплыть не можешь, и тебе остается смириться с неизбежным. И от этого становилось чертовски страшно, что сердце замерло.

От следующей волны тьмы меня укрыла кора, которую магией я притянула к себе, используя как щит. Она разлетелась в щепки, оцарапав мне лицо, а следующую волну я уже приняла на себя.

Я рухнула на колени, волна боли прошлась по мне. Не такой сильной, чтобы действительно мне навредить, но мне стало еще страшнее при виде, как в руке Астериона кружился следующий сгусток тьмы для атаки.

– Стой, – взмолилась я, по щекам моим потекли слезы. – Я боюсь. Я боюсь...

Тьма в руке Астериона потухла, он подошел ко мне и сел на корточки.

– Ты все еще боишься тьмы? – спросил он.

А как я могла признаться, что да? Раньше от неизвестности, а сейчас от того, что я знала – тьма приносит боль и разрушения. Она несет в себе все худшее. В прежних упражнениях особо опасного ничего не было. Даже когда я загораживалась от тумана Астериона. То было не что-то ужасное, а даже наоборот, мягкое, таинственное, от чего и прятаться не хотелось. А тьма в истинной своей сути пугала настолько, что я боялась отгородиться от нее, думая, что мне не хватит сил. Я трепетала перед ней, пока моя сила уходила вглубь, прячась.

– Напомнить, что тьма есть и в тебе самой? Ладно, пойдем, тебе нужно собраться с духом. – Астерион увел меня в пещеру, усадил за стол и налил нам вина в бокалы. Мне не хотелось обсуждать тьму, даже думать о ней. Только глоток сладкого пряного вина заставил напряжение спасть.

– Так ты сам делаешь вино? – спросила я, чтобы отвлечься.

– Да. Если пробраться чуть дальше по горе, с другой стороны отсюда, много диких зарослей. Там достаю и терновник, и малину, и облепиху, из них и делаю вино. А летучие мыши, бывает, в сезон приносят мне виноград, тогда и из него делаю. Как вот это, – поднял он свой бокал. – Когда сидишь много лет безвылазно, а люди к тебе не заходят, приходится чем-то занимать себя.

– Например, преграждать путь обвалом, заманивать к себе в логово всяких девушек и учить их тьме?

– Я тебя не заманивал. А тот обвал устроила ты.

– Я?! – чуть не поперхнулась я вином. – Ничего я не устраивала.