Шепот в тумане тьмы

Глава 10. «Сгинь, ведьма!»

Мы сделали привал, дорога занимала слишком много времени. Пока Корен перевязывал свои раны, я нашла родник с чистой водой и немного ягод. По очереди мы немного поспали и двинулись дальше.

– Тебе нужна забота и защита, – сказал Корен, пока мы все еще пробирались через лес, но уже ближе к деревне. – Поживешь у нас, к тому же, мама приютила Хильду.

– А бабушка? – с испугом спросила вдруг я.

– Когда ты не возвращалась, она впала в истерику, тетка дала ей какое-то зелье, она проспала сутки. А потом снова стала вышивать ее любимые глаза. Они теперь на половине вашей одежды. Твоя бабушка почти не спит, не ест, не ходит. Либо неподвижно сидит, либо вышивает. Мама принесла ей еду и спросила, не против ли она, чтобы Хильда с нами пожила, но она совсем не реагировала ни на кого и ни на что, а Хильда еще мала, чтобы самостоятельно жить.

Мне хотелось забрать Хильду и жить как прежде, но, возможно, сейчас и правда было лучше остаться дома у Корена с его семьей. Как бы это эгоистично ни звучало, я была слаба, а голова по-прежнему отзывалась болью после того злополучного обвала и стычкой с тварями. Тянуть хозяйство на себе я сейчас явно не в силах. Хотя бы первые несколько дней, пока не почувствую себя лучше.

Дорога до деревни заняла целую вечность, и когда мы наконец пришли под покровом ночи, я уже не чувствовала ног от усталости. Стало еще холоднее, но меня согревала теплая накидка, подаренная Астерионом. Я бы сожгла ее сразу, но она была такой теплой, что я не собиралась мерзнуть.

А еще от нее исходил запах пачули и полыни.

Его запах.

Об Астерионе думать не хотелось, но все-таки меня не покидала мысль, почему же он так просто отпустил меня и не удержал силой. Это казалось подозрительным, но ведь главное, что я свободна, так ведь? Может, его сильно задели мои слова, но я все еще не могла определиться, что чувствую. Ужас от совершенного Астерионом, и того, что он даже не демон, а наполовину тварь, смягчался воспоминаниями, как всего лишь несколько часов назад я наслаждалась прикосновениями его тумана и теней, и как смогла довериться ему. Но почти сразу это доверие рухнуло.

Мне было жаль Рина, и я чувствовала неприязнь от того, что Астерион пропустил мимо ушей мои мольбы и просьбы. Что был готов погубить всю деревню, где живут те, кого я люблю. У меня даже начали появляться мысли, что он все-таки призовет сюда тварей обратно. Интересно, сможет ли он подвергнуть риску меня?

– Ты о нем думаешь, да? – догадался Корен.

– Неважно.

– Но ты же станешь моей женой. Не думай о нем, не думай о своей ведьминской силе. Все пройдет.

– Нет, темное диво, не позволяй себя ограничивать. – Второй раз я слышала уже шепот по дороге, но, оборачиваясь, никого не замечала. И не понимала, шутки ли это Астериона или я начала сходить с ума.

Как моя бабушка.

Мы уже шли по деревне, и меня пронзили воспоминания о глазах. Голубых глазах, которые бабушка изображала везде. Хмурых, холодных и нечеловеческих.

Мне резко стало не по себе. Я сорвалась с места и, забыв об усталости, побежала к себе домой.

– Бабушка! – позвала ее я, хотя знала, что она никогда не откликается. Сейчас она сидела в своем излюбленном месте в саду и безотрывно смотрела на яблоню, хотя была уже глубокая ночь.

– Бабушка, чьи это глаза? Это ведь его, Астериона, да? Демона из гор? – бросилась я к ней.

Бабушка резко повернула ко мне голову, чем напугала меня, и посмотрела отсутствующим взглядом. Сердце после бега и страшной догадки не желало успокаиваться. Я знала, что она ничего не расскажет, как и всегда.

Тогда я вернулась на улицу, где Корен медленно подходил к моей калитке. Вид его был слишком изможденный, одежда в грязи и крови. Мне даже стало его жалко, ему нужно отдохнуть.

– Тебе не рассказывали, когда моя бабушка такой стала? – спросила я его.

– Кажется, когда ты была маленькой. Просто ни с того, ни с сего.

Но я в это не верила.

– Ты устала, пойдем к нам, – взял меня за плечи Корен и отвел к ним.

Не помню, как я съела ужин, как мама Корена, Бода, отпарила меня в бане, как меня уложили на диван. Я все думала, как моя бабушка связана с Астерионом. Это ведь были его глаза, их я ни за что не перепутаю.

Мне стало дурно от этих мыслей, и я открыла окно, откуда сразу ворвался ночной холод. Даже туман застелил сад под окнами. Я вдыхала ночной воздух, эти пряные, дымные нотки...

– Ты преследуешь меня, что ли? – вдруг прошептала я туману. Как я сразу не заметила его! Он же всю дорогу кружил рядом.

– Убеждаюсь, что с тобой все в порядке, – донесся ответный шепот.

Хотелось ругаться и злиться, но вместо этого я спросила:

– Как ты связан с моей бабушкой? Это ты свел ее с ума?

– Она сама виновата.

– Как?

Но он не успел ответить, как в комнату вошли Корен и его мама, освещая путь свечкой. Астерион, точнее, туман рассеялся.

– Дафна, какая холодина! – воскликнула Бода. – Замерзнешь, заболеешь! С кем ты говорила?