Шепот забытых заклинаний

Глава 15: Кровь и зеркала.

Лицо двойника.

Существо, принявшее облик Васи, улыбнулось неестественно широкой улыбкой. Кожа на его лице треснула в уголках рта, обнажая ряды острых клыков, слишком длинных для человеческой челюсти.

– Я – твоя настоящая сущность. Тень, которую ты всегда подавляла, – его голос звучал как многоголосый хор, в котором Вася с ужасом узнавала отголоски собственных мыслей. – Ты боится своей силы, поэтому я пришла за тобой.

Вася отступила назад, но стена за ее спиной вдруг стала мягкой и теплой, как живая плоть. Камни пульсировали под ее пальцами.

– Это ложь, – прошептала она, чувствуя, как фиолетовые искры бегут по ее рукам. – Ты – часть Его. Часть болезни.

За спиной двойника раздался крик. Светлана (настоящая ли?) билась в невидимых путах, ее глаза были полны слез.

– Он в твоей голове с самого начала! – хрипела она. – С того дня, когда ты впервые посмотрела в зеркало!

Битва в зеркальной сфере.

Колодец внезапно вскипел черной водой. Жидкость поднялась в воздух, образуя идеальную сферу вокруг них. В ее отражающей поверхности мелькали образы:

Демьян бился в воде как пойманная рыба, его рот открывался в беззвучном крике.

Морозов в отчаянии колотил по стеклянной поверхности изнутри, его борода была покрыта инеем.

Лиза... ее лицо было искажено ужасом, она что-то кричала, прижимая к груди обгоревшую книгу.

Двойник сделал шаг вперед, его форма начала течь и меняться.

– Они – твои оковы. Я – твое освобождение. Прими меня, и ты станешь цельной.

Последний голос матери.

Из глубины колодца вдруг раздался знакомый голос – теплый, живой, настоящий:

– Василиса, вспомни...

И память ударила как молния. Тот день. Мать, бледная как смерть, ведет ее в подвал. Кровь на полу. Зеркало, трещащее по швам. И главное – заклинание, которое мать шептала, проводя окровавленной рукой по ее лицу.

– Ты не мост, доченька. Ты – замок. Засов на двери, которая не должна открыться.

Последний ритуал.

Вася посмотрела на свои руки. Серебристый узор теперь покрывал их полностью, светясь из-под кожи, как луна сквозь тонкую ткань облаков. Она вдруг поняла – настоящую цену победы.

– Нет! – зашипел двойник, но Вася уже подняла кинжал.

Лезвие вошло в грудь с странным хрустом, будто резало не плоть, а стекло. Кровь – фиолетовая, густая как ртуть – хлынула в колодец.

Падение и пробуждение.

Мир перевернулся с ног на голову. Вася падала вверх, сквозь слои реальности, мимо кричащих лиц и вспышек света. Последнее, что она увидела – своего двойника, рассыпающегося на миллионы осколков.

Тишина.

Вася открыла глаза. Она лежала в своей кровати в Академии. За окном пели птицы, солнечный свет падал на привычные трещины на потолке.

Но когда она подняла руку – серебристого узора не было.

И зеркало напротив... просто отражало ее бледное, изможденное лицо. Обычное зеркало.

Первые признаки изменений.

Когда Вася вышла в коридор, Академия казалась прежней, но:

Зеркала больше не шептали – они просто отражали.

Книги в библиотеке лежали неподвижно на полках.

Студенты... они вернулись, но никто не помнил, куда исчезал.

Только Светлана, встретив ее взгляд, поняла. Она молча показала свое запястье — там, где был шрам в виде глаза, остался лишь бледный рубец.

– Что ты сделала? – прошептала она.

Вася не ответила. Она чувствовала – что-то внутри нее спало. И это было хорошо.